СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. Разведка боем Вениамина Орлова

28 Окт 2015 10:42

Автор:

Блог автора

Ветеран Вениамин Орлов не понаслышке знает, что такое разведка боем.

Вениамин Александрович Орлов родился в 1925 году в селе Тисуль Кемеровской области. Весной 1943-го был призван в армию. На фронте с лета 1943-го по май 1945-го. Продолжил военную карьеру. С 1984 по 1989 год после увольнения в запас возглавлял Республиканский дом ДОСААФ.

Пехотная школа

Весной 1943 года советское командование начало готовиться к летней кампании.

– В апреле стали призывать учеников старших классов, – вспоминает ветеран. – Оставалось всего пару месяцев до выпускного, но окончить школу не дали. Направили в пехотное училище. Получил специальность «пулеметчик».

В августе 1943-го Вениамин Орлов вместе с новобранцами из Кемерово попал в 25-й мотострелковый полк 7-й гвардейской воздушно-десантной дивизии. Боевое крещение принял под Харьковом. Было это 30 августа.

– Самые тяжелые бои развернулись за Днепр, – говорит ветеран. – Наш полк форсировал реку у Градижска в сентябре. Только успели занять оборону, как поступил приказ наступать. Командование посчитало, что противник сломлен и беспорядочно отходит. Это было большой ошибкой. Немцы заняли вторую линию обороны, на которую мы прямиком и вышли. Плотным пулеметным огнем нас прижали к земле, затем обрушилась вражеская артиллерия. Утюжили около получаса. Потом пошла пехота – их бойцы встали в полный рост, играла музыка. Это была психологическая атака на нас. Мы получили приказ отступать. Утянуть 68-килограммовый пулемет «Максим» было невозможно. Командир сказал вынуть замок. Когда вернулись на исходные позиции, ко мне подошел особист, спросил про пулемет, а затем приказал предъявить замок… Почувствовал, как покрываюсь холодным потом. В ту минуту осознал: если бы потерял замок при отступлении, то попал бы под трибунал и в штрафную роту.

Несколько дней немцы атаковали советский плацдарм на Днепре, пытаясь его ликвидировать. Дивизия понесла серьезные потери в тех боях. Командование вывело ее в тыл на отдых и пополнение. Затем были бои за Черкассы. Там в декабре 1943 года Вениамин Александрович получил тяжелое ранение и несколько месяцев провел в госпитале.

Без отрыва от фронта

Когда Вениамин Орлов вернулся в часть, его направили в разведку. Он был опытным бойцом, награжден медалью «За отвагу». Постигать премудрости службы в разведке пришлось сразу на передовой.

– Новичков оберегали, за ними присматривали более опытные разведчики, – рассказывает ветеран. – Вначале давали самые легкие задания – вести наблюдение. Показывали, где и как найти укрытие, чтобы враг тебя не видел, а ты, наоборот, имел хороший обзор; как находить пулеметные гнезда, засекать позиции орудий. Затем задания стали посложнее. Нужно было следить за вражескими часовыми. Смотришь несколько ночей, запоминаешь последовательность смен. Потом сравниваешь поведение разных солдат, определяешь наиболее беспечного. Это тяжелая и кропотливая работа. Затем готовили захват.

На взятие языка выдвигались три группы: поддержки, непосредственного захвата и прикрытия. Меня стали брать в группу после того как присмотрелись, оценили мои способности. В основном назначали в прикрытие. Наша группа занимала оборону в нейтральной зоне. Главная задача – плотным огнем прикрывать группу захвата с языком до тех пор, пока они не дойдут до своих окопов. Отходить можно было только после этого. Полковая разведка на передовой довольствовалась взятием рядовых и сержантов. Офицеры на передовой были редкостью. За ними в глубокий тыл уходили специально подготовленные разведывательно-диверсионные группы. Дважды за всю службу в разведке ходил за языком в группе захвата. Один раз неудачно, а во второй привели немецкого часового. Мы знали, где он стоит. Тихонько подкрались, быстро обезоружили и скрутили. Он не успел поднять тревогу. Так же тихо ушли обратно. Немец тогда рассказал много важной информации. За этот язык меня наградили орденом Славы III степени.

Такие подготовленные вылазки редко происходили. Обычно, когда командованию нужно было оперативно получить информацию, отправлялись на задание без подготовки. Натыкались на часовых, попадали под обстрел.

Страшнее всего – разведка боем. Ее проводили, чтобы узнать, где и сколько у немцев орудий в полосе наступления. Пять-шесть бойцов занимали места на броне танка, который срывался в атаку. Машина выезжала на нейтральную полосу и обстреливала вражескую линию обороны. В ответ противник начинал бить из всего, что было: пушек, минометов, пулеметов. Разведчики в это время, глядя в бинокль, контролировали каждый метр вражеской обороны. Если повезло, то танк возвращался с парой раненых бойцов. Чаще приходили лишь те немногие, кто успел покинуть подбитую машину. Иногда не возвращался никто. Рассказать, что такое разведка боем, очень тяжело. Практически ничего не помнишь и не видишь. Сидишь на танке, вцепившись в броню, вокруг все ухает и свистит. Как только в танк попадет болванка – десант врассыпную и медленно по-пластунски к своим. В разведку боем редко какого бойца больше чем раз-два отправляли. Разве что провинившихся.

Австрийское фото

Во время наступления полковые разведчики выступают в роли обычных пехотинцев, идут в бой на броне танка, занимают оборону.

– Когда наши войска идут вперед, – продолжает Вениамин Александрович, – функции разведчиков выполняет любая подвернувшаяся машина с десантом. Это оперативная необходимость. Кто будет искать танк с разведчиками только для того, чтобы съездить к ближайшему селу и посмотреть, есть ли там противник? Такой приказ может выполнить любая боевая машина с пехотой. Вновь вспоминают о разведчиках, когда полк останавливается для отдыха, пополнения боекомплекта или переходит к обороне.

В остальном же в нашей жизни и службе мы не отличались от обычной пехоты. Жили в землянках на передовой. Рано утром привозили завтрак-обед. Загружали котелки едой. Днем подвезти провизию на фронт было равносильно самоубийству. Немцы всегда открывали ураганный огонь по полевой кухне. Наша часть с боями прошла Украину, Молдавию, Румынию, Венгрию, Югославию и Австрию. Везде враг оказывал отчаянное сопротивление. Но таких сильных боев, как на озере Балатон, не припомню. В мае 1945 года наш полк встретился с союзными американскими войсками в Австрии. Боев уже не было. Появилось немного свободного времени. Так что успели сделать несколько фотографий на память. Мы уже за два дня до Победы знали, что война скоро закончится. Рядом располагался штаб радиоразведки и рота спецсвязи. Очень хорошо работало армейское сарафанное радио. Но радость от сообщения, что Германия капитулировала, меньше не стала.

IMG_1784 - копия copy

Май 1945 года. Вениамин Орлов справа

Еще материалы рубрики:

СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. Особенности службы в аэроразведке

СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. Сын артиллерийского полка

СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. Судьба разведчицы

СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. Стрелок-радист бомбардировщика

СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. После войны была война

Комментарии к статье
Добавить комментарий