Душа балета: как харьковчанка стала ведущим мастером сцены Большого театра Беларуси

22 Ноя 2015 12:00

Автор:

Блог автора

Яна Штангей приехала в Минск из Харькова пять лет назад. Сегодня в свои 20 лет она – ведущий мастер сцены Большого театра Беларуси. Лауреат международных конкурсов артистов балета в Стамбуле и Харькове, дипломант Международного балетного конкурса в Варне.

№ 1 Яна Штангей copy

Душа балета – артист. Есть божественная музыка, отточенная режиссура, красивая сценография. Все правильно. Но настоящего чуда ждем от па-де-де и фуэте. Страстно жаждем поймать тот волшебный миг, когда «…И вдруг прыжок, и вдруг летит. Летит, как пух от уст Эола».

Написано рукой Пушкина о легендарной Евдокии Истоминой, а кажется, о нашей Яне.

3 ноября Яна Штангей танцевала Розу в «Маленьком принце» – огонь, спрятанный в прекрасном бутоне. 15 ноября она вышла в роли своенравной Флер де Лис – это дебют в «Эсмеральде». 29 ноября в «Лебедином озере» два часа она будет то нежной и преданной Одеттой, то обольстительной и коварной Одиллией – не пропустите. Роли такие эмоциональные и такие искренние, что невольно рождают вопрос: как персонажи сходятся и уживаются друг с другом на пространстве одной личности?

– Не знаю, – говорит балерина. – У меня нет богатого жизненного опыта, однако я люблю наблюдать за людьми, рассматриваю, например, пассажиров общественного транспорта, фантазирую. Все, что во мне накапливается, все, что успела понять в собственном теле и своих эмоциях, входит в работу.

– Яна, как ты, харьковчанка, оказалась в Минске?

– Минск выбрала педагог харьковской хореографической школы Татьяна Черкасова, потому что она здесь училась. Приехали… Я очень волновалась перед экзаменом в хореографический колледж и на нервной почве даже попала в больницу. Но в конце концов все закончилось хорошо.

– Учась в колледже, ты поехала в Гданьск на танцевальное «Евровидение» от Беларуси. В 18 лет. Было страшно?

– Очень! Если честно, не понимала толком, на какой конкурс меня посылают. Оказалось, там все танцуют современную хореографию. А я «классик». Шок! После первого дня репетиций тело болело, колени были сбиты, потому что в современных танцах работают совсем другие мышцы, не такие как в классике. Однако я сделала все, чтобы Беларусь не ударила лицом в грязь. Во всяком случае, так считает мой молодой человек.

– А это не он подарил кольцо – вот это, на правой руке? Помолвочное?

– Да. Такатоши Мачияма из Японии. Он работает в труппе Большого театра Беларуси с 2011 года. Ведущий мастер сцены.

– Где и как вы познакомились?

– Я оканчивала колледж, пришла в Большой на стажировку, там и увидела Такатоши. Чуть позже, когда мы готовили отчетный концерт, мне нужен был партнер. Одна из подружек подтолкнула к нему: «Иди, попроси его с тобой станцевать». Така потом вспоминал: «Работы много, а тут еще какая-то малáя…» Списались во «ВКонтакте», причем я называла Такатоши только на вы, хотя у нас разница в возрасте всего четыре года. Он на репетиции морщился: партнерша не совсем растанцованная. Мы начали притираться друг к другу. Ну и вот… Свадьбу хотим отметить будущим летом в Японии. Месяц назад театр предоставил нам служебную квартиру. Это такое счастье – иметь свое гнездышко.

– С Такатоши ты танцуешь в балетах «Лебединое озеро», «Маленький принц», «Щелкунчик», «Лауренсия», «Баядерка». Совпадают ли на сцене ваши темпераменты?

– Темпераментные японцы – по большому счету нонсенс. Это очень закрытые люди. Однако Такатоши иной. Мы оба эмоциональные, любим яркие хореографические краски, причем я иногда перебираю… Мне очень комфортно танцевать с Такатоши, в его глазах читаю всё.

– Приемлемо ли для тебя предложить балетмейстеру, даже именитому, свои наработки, находки?

– Я работала с Ниной Ананиашвили, Александрой Тихомировой, Андрисом Лиепой – с ним, к сожалению, немного. Балетмейстеры нашего театра знают индивидуальность каждого танцовщика, понимают, что нам больше подходит, и могут, как говорится, взять в соавторы. Иная ситуация с приглашенными хореографами: мы должны делать то, о чем они говорят. Мне большую помощь оказывает балетмейстер-репетитор Людмила Генриховна Бржозовская, которая знает все мои выигрышные ракурсы. Балет – очень умное искусство. На сцене нужно много думать, следить за тем, как работает каждая жилочка, каждое ребрышко, где находится партнер, что выдает оркестр.

– Яна, ты уже стала Одеттой-Одиллией, Розой, Дульцинеей, Никией, Паскуалой… Чья сущность из станцованных героинь ближе к твоей собственной человеческой сути?

– Наверное, Маша из «Щелкунчика» и Никия из «Баядерки». Маша веселая, беззаботная, глаза широко распахнуты. Никия чувственная, стойкая, верная своей любви. Когда приезжаю домой в Харьков, я Маша. А в Минске скорее Никия. Маша – детство, Никия – зрелость. Сегодня во мне есть и то, и другое.

– Какой самый счастливый миг в спектакле?

– Последний. Поклоны. Это как… Альпинист идет покорять Килиманджаро. Достигает вершины и спускается. Все. Счастье.

Фото предоставлены театром

Комментарии к статье
Добавить комментарий