Берег левый, берег правый: о чем спорили минчане 300 лет тому назад

25 Сен 2016 17:35 1 комментарий
klebanski_mlyin_vm_cht-22-sentyabrya-stareyshiy-konflikt_k-950-letiyu-minska_isaychuk-copy

Автор:

Дмитрий Исайчук
Блог автора

В истории Минска есть удивительный факт — старейший хозяйственный спор города не утихал на протяжении трех веков.

Возник он не на земле, а между двумя берегами Свислочи. Причиной стали знаменитые Плебанские мельницы. Когда они возникли в районе современного парка имени Янки Купалы и сквера Марата Казея, доподлинно неизвестно. Может, еще в XVI веке, а может, и раньше. Знаем лишь то, что Свислочь перегородили плотиной, по обеим сторонам которой были оборудованы мельницы. Плотина поддерживала необходимый для их бесперебойной работы уровень воды в реке. Мельницы на одном берегу принадлежали православному духовенству, а на другом — католическому.

Вот тут и возник долгоиграющий хозяйственный спор. Мельницы приносили солидный доход, но и требовали немалых затрат. Между владельцами постоянно вспыхивали споры: кто должен ремонтировать плотину? К тому же созданная ею запруда была богата рыбой. Как ее разделить?

Одним из первых документов, призванных урегулировать конфликт, стало мировое соглашение, которое в августе 1690 года подписали архимандрит минского Вознесенского монастыря Гедеон Шумлянский и каноник Смоленский, декан плебании Минска Ян Савгин. Они обязались не строить друг другу козней, при необходимости совместно проводить ремонт плотины, разделенной специальным знаком ровно посередине. Чтобы хозяевам больше не казалось, что тянущие невод добытчики специально заходят на их половину и ловят чужую рыбу, было решено: рыбачить можно по всей запруде. Главное, чтобы улов после этого был посчитан и честно разделен пополам.

Но эти договоренности продержались недолго, споры возобновились. Продолжались они и при Речи Посполитой, и при Российской империи. Долгое время городское руководство не ввязывалось в эти хозяйственные разборки и дрязги. Но, как говорится, всему есть предел.

Частная собственность была неприкосновенной, но в этом случае явно начала вступать в противоречие с общим обустройством города. Стремительный рост Минска привел к тому, что запруда стала головной болью для властей. Весь мусор, попадающий в Свислочь с центральных улиц и Немиги, скапливался на дне рукотворной запруды. Проведенные инженером Цывинским исследования русла реки показали, что Свислочь на протяжении 1 800 м, от Татарского предместья (ныне район Дворца спорта) до плотины, текла почти без уклона и вода на этом участке застаивалась. Дно все больше покрывалось вонючим серо-зеленым илом, в котором можно было встретить любой вид мусора и останки домашних животных.

Городская управа вновь предприняла усилия к тому, чтобы решить проблему Плебанских мельниц. В 1900 году православное духовенство предложило городу, чтобы он выкупил мельницу за 12 812 рублей и 50 копеек. Дума рассмотрела это предложение и согласилась выплатить указанную сумму. Камнем преткновения стала земля, на которой стояла мельница. Власти настаивали на том, чтобы в собственность города перешли не только строения и плотина, но и прибрежный участок земли. Архиерейский дом отказался от сделки на таких условиях и вскоре переоборудовал свою мельницу, оснастив ее новым турбинным механизмом.

Вторая мельница, принадлежащая Золотогорскому костелу, к этому времени пришла в упадок. Городская управа после паводка 1906 года выкупила ее вместе с земельным наделом за 10 тысяч рублей. Но, понятно, город все еще не мог снести плотину и избавиться от запруды из-за наличия второго собственника в лице Архиерейского дома. В том же году власти вынуждены были дать согласие на ремонт плотины.

Весной 1909-го городской голова Станислав Стефанович упредил сильный разлив реки. Он приказал убрать все засовы на плотине. Таким образом градоначальник спас Минск от наводнения. Однако Стефанович открыл засовы без согласия Архиерейского дома. Архиепископ Михаил за нарушение прав собственности привлек весь состав городской управы к судебной ответственности, а Стефанович лишился должности.

Конфликт между Минском и Архиерейским домом продолжался до весны 1917 года. Той весной половодье снесло плотину, а денег на ее восстановление уже не было ни у духовенства, ни у властей.

После двух оккупаций города и двух революций, когда Плебанская плотина была отдана на милость Свислочи, река оставила от нее лишь деревянные столбы. Неработающие мельницы разрушились и были разобраны. Так сам собой тихо приказал долго жить старейший хозяйственный конфликт.

Комментарии к статье
Добавить комментарий

Николай25.09.2016 | 23:01

Спасибо,очень интересно.