Белорусская модистка покоряет мир авангардными шляпками

02 Ноя 2016 15:40 Комментариев нет
glavnaya1-copy

Автор:

Кристина Криворучко

Шляпных дел мастерица из Беларуси Ива Ксеневич известна на весь мир. Головные уборы из стекла, дерева и даже фар — ей покоряются любые фактуры и техники. Изнанку искусства от-кутюр узнавала корреспондент агентства «Минск-Новости».

1-copy

2-copy 3-copy

Иве Ксеневич всего 31 год, а она уже успела покорить модные столицы. Громкие слова сопровождают факты: ее шляпы и шляпки носят в Европе, Америке, Австралии, Китае.

4-copy

— Цилиндр, федора, театральная — многим знакомы лишь несколько видов. А сколько всего представителей в семействе головных уборов?

— Иногда мне кажется, что проще перечислить все сорта роз, — с улыбкой отвечает Ива Ксеневич. — При этом не очень люблю все «запатентованные» названия а-ля федора, клош, а канотье и вовсе по звучанию «канапе» напоминает. Да простит меня их создательница Коко Шанель. Хотя шляпки-таблетки — моя большая и горячая любовь. Во-первых, с ними можно сотворить что угодно. Во-вторых, они гармонично смотрятся с лицом и идут практически всем. В-третьих, со временем все больше прихожу к минимализму.

5-copy 6-copy 7-copy

Ива Ксеневич делит головные уборы на шляпы — то, что надевают на голову, и фасинаторы — то, что держится на ободках. Попутно удивляет: последние были запрещены на Королевских скачках (!) в 2012 году с аргументом: это конструкция, а шляпа должна быть минимум 15 см в диаметре.

— Но на мои нежные чувства к фасинаторам это не повлияло, признается модистка. — Этот аксессуар выглядит более легким и игривым, чем монолитная шляпа в классическом понимании. Любую жесткую форму мне хочется сделать легче, добавить в нее движения. Наверное, сказывается 10-летний стаж работы парикмахером: когда создаешь на волосах объем и движение, скрывать это под глубокой шляпой — преступление.

24-copy 25-copy 26-copy

— Парикмахер, лингвист — выпускница МГЛУ… Каким образом в список профессий затесалась модистка?

— Иняз по большому счету был «для родителей», — вспоминает собеседница. — А творить мне нравилось с детства. Тем не менее без языковой базы, которую дал иняз, было бы крайне сложно учиться как в Лондоне, так и в Париже. (Ива свободно говорит на английском и французском, попутно изучает итальянский язык. — Прим. авт.). Поработав парикмахером, устала от однообразия: рутинная работа, «станок». Душа просила приключений.

8-copy 9-copy

10-copy 11-copy

— Лондон — Мекка шляпного искусства, Париж — признанная столица моды. Кто из них круче в контексте образования?

— Базу шляпного дела мне дали именно в Англии, чему откровенно рада, отвечает Ива Ксеневич. — Если Франция тяготеет к экспериментам, новаторству пополам с экстравагантностью, то английская школа — шляпное искусство в классическом понятии. Модистка из Лондона Роуз Кори создает головные уборы с 13 лет. На минуточку, на момент моего приезда старушке было уже глубоко за 80! К мастерству, которое шлифовалось в ее семье поколениями, добавляется еще один весомый аргумент: пошив шляп для самой королевы.

Несмотря на угрозу рассыпаться от одного неловкого движения, королевская модистка, по словам Ивы Ксеневич, преображалась, взяв в руки иголку или ножницы.

Ее руки в буквальном смысле слова летали, — вспоминает собеседница. — Причем львиная доля изделий создавалась вручную: никаких машинных швов и клея. Швейная машинка в студии была, но использовалась редко: в основном для пошива флэт-кэп — плоских мужских кепи, популярных в Британии. И Роуз могла соорудить любой головной убор. Одна из ее коронных фраз: «Дайте мне фото любой шляпы, и я скажу, как ее сделать». Сомневаться не приходилось. Учитывая способность этой дамы спасти королевскую шляпу буквально за час.

История гласит: заказала как-то королева шляпку для очень важного мероприятия. И вот все готово, день «Х», как говорится, настал, через час шляпку приедут забирать. А помощница модистки возьми да и пропали утюгом декоративную ленту на тулье. Роуз не растерялась и сообразила другой декор. Причем королева высоко оценила новшество.

— Что касается Эстель Рамуз — моя преподавательница в Париже — она привила вкус к экспериментам, продолжает белорусская модистка. — При том, что ее ателье жило в основном за счет базовых заказов.

12-copy 13-copy

— Ваши шляпки — фантазийные в хорошем значении слова. Но подойдут ли они консервативным, прямо скажем, белорускам?

— Белорусские клиентки предпочитают фасоны, как говорится, на каждый день, отвечает мастерица. — Говоря откровенно, не многие соотечественницы посещают театры, коктейльные вечеринки и другие мероприятия, где шляпки смотрятся органично. Другой момент: не каждая сумеет достойно «выгулять» шляпу и справиться с волной внимания. Как ни крути, но надела интересный головной убор — будь готова, что тебя будут рассматривать. При этом одна расправит плечи и проплывет королевой, а другая захочет забиться в дальний угол или, на крайний случай, в саму шляпку.

14-copy

15-copy

По словам Ивы Ксеневич, больше всего любят шляпы в Англии и в Австралии. На Зеленом континенте в сезон продают до 75 тысяч шляп на несколько миллионов долларов! Неудивительно, с учетом такой любви к скачкам, различным фестивалям и даже отдельно взятому событию Fashionы on the field (дословно — мода на поле), когда в конкурсе на лучшую шляпку в глазах рябит от обилия головных уборов всех фасонов и размеров.

— В Беларуси интерес к шляпному искусству, можно сказать, только возрождается, считает модистка. — Выставка «Шляпный вернисаж» — первые шаги. Тем не менее приятно слышать вопрос, обучаю ли шляпному искусству. Значит, люди видят потенциал профессии, хотят учиться.

15-1-copy 27-copy

28-copy 29-copy

— Фетр, шерсть, соломка, перья — этими материалами мало кого удивишь — спасибо кинематографу и глянцу. А какие нетипичные фактуры приходилось использовать в головных уборах?

— Вот фетр не люблю — грубоват, отвечает Ива Ксеневич. — А шляпы приходилось делать из стекла, пластика, металла, дерева. Как-то ваяла из листьев остролиста — они очень плотные и фактурные. Ночью ходила по Лондону, срезала их, сушила, покрывала лаком, потом позолотой. В итоге листья украсили тиару, которая отправилась в Ливию. Природные материалы люблю. Сейчас ищу способы, как засушивать цветы, чтобы делать их более стекловидными и не такими хрупкими. В последнее время серьезно взялась за изучение гальваники.

16-copy18-copy

16-1-copy 17-copy

А одним из первых нестандартных головных уборов Ивы Ксеневич стала шляпка-таблетка из фары…

— Нашла на дороге фару от ретромашины, — с улыбкой вспоминает мастер. — По форме напоминала плавник акулы. Очистила ее, задула монтажной пеной, сообразила головной убор. Безусловно, для ежедневной носки тяжеловат, но для фотосессий — самое оно!

Белорусская модистка признается в любви к каркасной технике.

30-copy 31-copy

— В шляпном искусстве используется тонкий железный шнур, обмотанный хлопком, рассказывает собеседница. — Обычно он фиксирует поля головных уборов, но позволяет создавать новые формы и конструкции. При всем этом готовое изделие остается легким и воздушным. Главная сложность — приобрести его можно только в Англии и Америке. В России, к примеру, о подобной технике многие даже не слышали.

— С чего начинается шляпа: декор или основа?

— Телегу впереди лошади не поставишь, философствует Ива Ксеневич. — Но я это поняла спустя какое-то время. Сперва тоже продумывала декор, что и как. Но невозможно украсить изделие, которого еще нет. Идеальная основа — в первую очередь. Если база будет корявой — ее не спасет никакой декор. А иногда для успеха достаточно просто одной основы: она сама станет лучшим украшением. В моей коллекции есть шляпка, сделанная только из кринолина (из двух метров кринолина. — Прим. авт.). Крученая форма, необычный переход с головы на шею — и никаких финтифлюшек не нужно.

19-copy 20-copy 21-copy

22-copy

— Если профессия модистки набьет оскомину, чем займетесь?

— Уже есть конкретный план, отвечает Ива Ксеневич. Хочу создать фонд поддержки творческой молодежи. Иногда есть желание учиться, но нет возможностей. Испытала это на себе. Когда методично роешь информацию о разного рода грантах, а там требуют, условно, то последний курс Гарварда и не менее, то 80 ссылок на твои работы в Интернете. Молодым творческим людям необходимо давать шанс, показывать, что любимое дело — не очередная блажь. Что добиться успеха можно без спонсоров и связей.

23-copy

Фото из архивов Ивы Ксеневич

Комментарии к статье
Добавить комментарий