Мороз по коже: история Минского гетто

06 Ноя 2016 14:37 1 комментарий
02-copy

Автор:

Светлана Шидловская
Блог автора

75 лет назад в Минске нацистами был создан один из самых крупных лагерей уничтожения людей на временно оккупированной территории Советского Союза.

В это трудно поверить, как, впрочем, и во многое другое из военной биографии Минска. В историческом центре города — расстрелы… лай собак… душегубки… Распоряжение немецких оккупационных властей о создании особого еврейского района появилось 19 июля 1941 года. Многие тогда впервые услышали страшное слово «гетто». Его граница — замкнутая ломаная линия. В центре — Юбилейная площадь. За пять дней под страхом смерти всем евреям предстояло переселиться в отведенный им район, откуда должны были выехать неевреи. Нацисты обнесли гетто двухметровыми столбами и между ними натянули в несколько рядов колючую проволоку. Вход-выход трудоспособных только в колонне и только в двух местах — на Опанского (ныне Кальварийская) и Островского (ныне Раковская). Принудительная работа евреев на некоторых предприятиях и на расчистке разрушенных улиц — второстепенная цель гетто. Главная — «окончательное решение еврейского вопроса», то есть массовое уничтожение людей.

karta_

Граница гетто на карте современного Минска

Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер, один из главных идеологов Холокоста, был в Минске уже 15 августа 1941 года. Он присутствовал при расстреле двухсот евреев. Стоял, видимо, так близко, что от размозженной выстрелом чужой головы ему в лицо полетели кусочки мозга. Есть фотография, на которой Гиммлер в этот момент вытирает лоб платком. В итоге ему стало нехорошо до рвоты… А сразу после его отъезда начались массовые убийства «неполноценных», в том числе психически больных минчан. А советских военнопленных в лагере у деревни Масюковщина прекращают кормить, пленники умирают от голода…

Слово историку, исследователю Минского гетто Кузьме Козаку:

— Надо помнить, это была еще и война идеологий. Нацисты сразу стали уничтожать евреев, потому что считали их едва ли не главными носителями большевистской идеологии. Среди учителей, юристов, врачей, а также руководителей разных рангов было много евреев. Образованные, интеллигентные, активные, они, по мнению оккупантов, могли организовать сопротивление. И, к слову, так оно и было впоследствии.

В сентябре 1941 года в Минск прибывает Вильгельм Кубе в качестве генерал-комиссара Беларуси. Запускается машина убийств.

— Вопрос, сколько людей было убито в Минске за годы войны, довольно сложный. Как ни считай, это всего лишь попытка приблизиться к объективности, — размышляет Кузьма Козак. — За проволокой гетто оказались тысячи мирных горожан, а также немало евреев-беженцев. С ноября 1941-го в Минск стали свозить евреев из стран Западной, Центральной и Восточной Европы. Появилось зондергетто. Для этого внутри концлагеря была ограждена особая территория. Ее граница шла по Республиканской (ныне Романовская Слобода), Сухой, Обувной (ныне Короля) и Немиге. (Сохранились три здания — свидетели зондергетто.) В Минске оказались около 7 тысяч депортированных евреев. Их жизнь — ад.

Если белорусские евреи имели шанс на спасение, ведь действовали группы сопротивления и существовала связь гетто с подпольщиками и партизанами, то эти люди, не знавшие языка, были полностью изолированы от мира и обречены.

— Депортированные из Австрии, Германии и Чехии евреи погибли, — продолжает Кузьма Козак. — Выжили несколько человек, потому что их отправили в другие концлагеря. Даже этот факт говорит о том, что Минское гетто было самым жестоким в Европе. Из депортированных сегодня жив один Гюнтер Карценштайн, он проживает в Стокгольме.

В общей сложности в Минском гетто погибли более 70 тысяч человек. Теперь к ним прибавляют и тех, кого прямо из эшелонов направляли ко рвам, и цифра растет…

01-copy

Гиммлер и Кубе считали себя культурными людьми, в частности требовали соблюдать культуру убийства. Чтобы к моменту прихода эшелона были готовы и рвы, и конвойные команды, и «специалисты». Чтобы хорошо работала техника. Система правильного умерщвления отрабатывалась именно в Минске. Преступление должно было стать по возможности тайным. Поэтому места убийств выбирали на окраинах и за городом. Это Дрозды, Тучинка, Яма, еврейское кладбище на Сухой, концлагерь на Широкой (Куйбышева), Масюковщина, тюрьма на Володарского, а также Благовщина и Малый Тростенец. Многое делалось для того, чтобы не травмировать палачей криками и стонами жертв. На оккупированном востоке Европы первые машины-душегубки появились именно в Минске и Могилеве. Едет себе такая машина, и никто не знает, что в ней в это время пустили смертельный газ. Каждый день между Минским гетто и Тростенцом курсировали 4 душегубки…

В октябре 1943-го началась ликвидация последних узников. Тогда же зондеркоманды стали уничтожать улики страшных преступлений — вскрывать рвы и сжигать трупы.

— Кузьма Иванович, мороз идет по коже…

— Что такое война, можно понять даже из сухой статистики. За годы оккупации в Минске погибли около 150 тысяч человек — это были мирные жители всех национальностей, а также советские военнопленные. А население города накануне войны составляло около 250 тысяч.

— Известно ли, сколько человек из Минского гетто спаслись?

— Еще один сложный вопрос. От 3 тысяч до 8 тысяч. Евреев выводили в лес, укрывали… (После войны многие спасители были удостоены звания «Праведник народов мира».) Выжив в гетто, евреи довольно часто погибали вне его, так и не добравшись до Налибокской пущи. Война — это смерть на каждом шагу.

— О гетто и о том, что редакция журнала «Рабочая смена», в котором я работала, находится на территории бывшего гетто, я сама узнала только в начале 1980-х.

— В советские времена тема замалчивалась. Четверть века назад в Беларуси, ставшей суверенной, она была открыта. Но настоящий прорыв, я бы даже сказал, революция в этом вопросе произошла 20 октября 2008 года, когда во время мероприятий памяти Минского гетто выступил Президент Александр Григорьевич Лукашенко. Он поставил эту трагедию в один ряд с Бабьим Яром, «Освенцимом» и Хатынью. И что мы видим сегодня? Открывают памятники и мемориалы, публикуют книги, собирают конференции, в Минск едут общественные деятели, историки, публицисты — все, кому болит. Тема большая. Больная. Мы внимательны к каждой судьбе, к каждому фрагменту неприукрашенного воспоминания. Чтобы геноцид никогда не повторился на нашей земле.

Комментарии к статье
Добавить комментарий

Я не я08.11.2016 | 20:15

Автору ,браво! И прав Кузьма Иванович : геноцид, он по отношению к людям всех национальностей геноцид, а палач — всегда палач и не только в еврейском гетто! 150 тысяч для тогдашнего Минска это, как 1.5 миллиона для сегодняшней столицы. Жуть….