Как одеться в театр

07 Дек 2016 12:12

Автор:

Блог автора

Зрители не понимают, что если они идут «смотреть театр», то и театр устраивает им смотрины

Не знаю, как для вас, а для меня театр всегда удваивается и утраивается. То есть за одно посещение спектакля я получаю несколько постановок сразу. Театр в театре и еще раз в театре. Матрешка, одним словом. Давайте считать. Само сценическое действо — раз. Зрители — два. Люди театра — три. Все, что находится в стенах театра, — четыре. Буфет, разумеется, идет отдельным номером. (Только один пример: как живая стоит перед глазами зрительница, поедающая пирожное. На бедрах — широченная коричневая замшевая юбка-миди, на ногах — синие кроссовки, кое-как стянутые цветными шнурками. Три года прошло. Женщину — фейерверк эмоций! — до сих пор помню, а спектакль — нет. И есть у меня подозрение, что та женщина все три года помнит пирожное, а спектакль — нет.)

Как-то мы с настоящим знатоком и ценителем театра Надей Бунцевич сели в уголке зрительного зала и два часа с лишним удовольствием для себя комментировали друг другу на ухо то, что попадалось на око. Досталось и спектаклю, и зрителям, которые не понимают, что если они идут «смотреть театр», то и театр устраивает им смотрины. Тут ведь все на виду, как на сцене, так и вне сцены.

Вот идет по партеру сорокалетний мужчина — красная шея затянута тугим узлом галстука. Озирается, зыркает. В театре не был с пионерских времен, как из берлоги вылез. Его привела жена-«пионервожатая». А вот и она, с надеждой заглядывающая мужу в глаза… Другая пара: девушка с синими волосами в грубых ботинках демонстрирует себя кавалеру. Подруги общаются: «Ой, Даша, какая ты стала худенькая!» — «Съели», — и показывает на двоих балованных детей-подростков. Микропьесы, микросюжеты… За чем пришли эти люди? Ясно, что не за искусством. Это театр жизни. Перед глазами проходит та самая современность, о которой наши драматурги никак не могут написать приличную пьесу, ибо тайна велика сия есть, наша современность.

Зритель думает, что это театр диктует ему моду на какого-нибудь очередного Вырыпаева. Съездит, мол, наш режиссер в Москву, посмотрит рейтинги и — ага: если у московских аншлаг на трагикомедию Марины Брусникиной, то и у минских прокатит. У них Табаков, а у нас Манаев, у них Чурикова, а у нас Масумян… А театр думает, что именно от публики получает социальный заказ на постановку. Только для такой ориентации надо, чтобы заказчик был талантлив и неглуп, а заказчик, сиречь зритель, ничего не может сформулировать. Получается, как в старом театральном анекдоте, когда на заседание худсовета случайно зашел завхоз, слушал-слушал да и сказал: «Надо взять старого доброго Гольдони, добавить ритмической музыки, вот и все!»

Ну и, наконец, про одежду. С ней ситуация такая же, как с репертуарами: кто во что горазд, дресс-кода нет. Только среди правил посещения одной строчкой сказано о том, что не разрешается входить в зрительный зал в верхней и спортивной одежде.

Опять театр смотрит на зрителя: как ты меня оцениваешь? В смысле — в чем придешь смотреть мою премьеру? А зритель канючит: да вот пришел бы, так ведь надо черные грязные сапоги менять на атласные туфли, хлопотное дело, лучше дома посижу с компьютером (телевизором, телефоном, планшетом, конспектом, сам с собой…)

Чтобы посещение театра было комфортным во всех смыслах, чтобы было и ловко, и уютно, я приготовила шпаргалку.

Узнавайте заранее, во-первых, куда идете, и, во-вторых, на какой спектакль.

Каждый минский театр имеет свой образ, свою репутацию и свою ауру. Большой стиль — это Большой театр. Здесь все приподнято, престижно, прекрасно. На золочение лепнины в фойе и в зрительном зале ушло около 3,5 килограмма сусального золота!.. Не унижайте себя драными джинсами вкупе со стоптанными кедами, даже купленными в дорогом магазине, как бы вам ни хотелось показать индивидуальность. Потому что в Большом выгуливают новые красивые платья и жакеты с пайетками. Роскошь должна быть настоящей, а не фальшивой. Если нет времени на переодевание после работы, положите в сумку яркий платок, бижутерию, шарф — в театре достаточно одного яркого акцента, перебор вредит — чрезмерно нарядившийся человек смотрится так же нелепо, как и плохо одетый. Поход в Большой всегда праздник, но начинаете его вы сами, а театр только продолжает.

Где можно немного похулиганить, так это в РТБД. Тут платье в пол и галстук-бабочка будут «седлом на корове». РТБД незаметно для многих превратился в культовый театр. Париж по-мински. Стоит поломать голову, как в нем выглядеть своим человеком. Повседневная одежда — дурной вкус. Вычурная — еще хуже. Вот если взять шерстяное уютное кашне…

Место, куда можно прийти прямо с работы, не переодеваясь, — это Театр-студия киноактера. Сцена находится в полуметре от первого ряда зрительного зала, и эта камерность сближает души, а им одежды не важны. Театр и в самом деле душевный, атмосфера домашняя. Ну а если учесть, что он давно не ремонтирован, то… простит все, включая пресловутые черные грязные сапоги.

Держите ухо востро с Молодежным театром, там все непросто, как бы не осрамиться. Этот театр сегодня ослепляет не хуже Большого своими люстрами и паркетами. Верняк — брючный костюм, нога на шпильке для женщин и свежий пиджак, свежая рубашка без галстука для мужчин.

Наряжаясь в Музыкальный, оттолкнитесь мыслью от того спектакля, на который идете. «Сильва» и «Летучая мышь» дают возможность продемонстрировать кружева, винтаж, бабушкины и прабабушкины вещи, «Моя прекрасная леди», «Мэри Поппинс» — вельветовые пиджаки со стильными вставками на локтях а-ля Лондон. Музыкальный сегодня очень демократичен: хочешь дорого-богато, хочешь скромно-бедно, хочешь футболку с принтом, куртку с бахромой, каблучищи в полметра — все примет. Что в общем-то плохо. Этому театру нужен лоск и глянец.

Как, впрочем, и Купаловскому. После ремонта «купаловец» выглядит респектабельным господином, аристократом, шляхтичем. Положение спасет удлиненный жилет, который хорош и на худых, и на полненьких, придающий и тем, и другим образ отточенной женственности. Особый шик — прийти в Купаловский в маленьком черном платье, зато с муфтой из нежнейшего меха. А мужчинам необходимы цветные чиносы темных тонов. Купаловскому идет элегантная сдержанность во всем — и в одежде, и в аплодисментах. Мол, все так и должно быть в нашем княжестве…

Горьковский театр законодателем театральной моды пока не является и, похоже, к этому не стремится. Здесь уместны блуза с бантом у женщин и тонкий шнурок вместо галстука у мужчин.

Вещи, которые лучше оставить дома, так это лосины, сникерсы, толстовки, брюки с яркими лампасами, колготки в крупную сетку, кейсы, рюкзаки, полиэтиленовые пакеты…

Дресс-код, действительно, не нужен. Достаточно здравого смысла.

Комментарии к статье
Добавить комментарий

Анна

Ой, голова кругом пошла.. Действительно, «хлопотное дело, лучше дома посижу с компьютером (телевизором, телефоном, планшетом, конспектом, сам с собой…)…»