ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Ростислав Филонович: «Начинал фельдшером на скорой»

В проекте агентства «Минск-Новости» — руководители медицинских учреждений. У каждого из них свой взгляд на окружающий мир и современную медицину.

Главный врач 4-й городской детской клинической больницы — о карьере, заработке и платных услугах в здравоохранении.

— Ростислав Михайлович, недавно вам 60 исполнилось. Грустно?

— А что печалиться? К прожитым годам отношусь довольно оптимистично. Есть что вспомнить, есть чем гордиться.

— Например?

Родными. Гармонией в семье, небольшой, но в которой полное взаимопонимание с женой и дочерями. Девочки совсем взрослые стали. Нашли себя в жизни.

Состоялся в любимой профессии, в которую привел случай. Я родился в семье работников леса. Ничего общего с медициной. Однажды бабушка тяжело заболела. Сельская местность, больничка районная. Операцию ей, конечно, сделали. Неудачно. Для меня она была очень близким человеком. Тогда и решил: однозначно стану врачом. Родные не препятствовали, сказали только: «Куда ты после школы в мединститут? Начинай со среднего медработника».

Поступил в медицинское училище в Бресте. Окончив, распределился в Минск, на станцию скорой медицинской помощи фельдшером выездной бригады, которая специализировалась на кардиологии. Получил определенный опыт, поступил в Минский государственный медицинский институт на педиатрический факультет.

Интернатуру проходил по детской травматологии и ортопедии в 6-й клинической больнице. Продолжать по списку?

— Как пожелаете.

— 3-я детская больница, где сначала работал травматологом-ортопедом, а после заведовал отделением. Жизнь шла своим чередом. Предложили должность заместителя главного врача по медицинской части 15-й детской поликлиники. Затем руководство новой 8-й детской поликлиникой в Малиновке. Необычное медучреждение, целенаправленно построенное для детей переселенцев из Чернобыльской зоны. На обслуживании тогда было ни много ни мало — 3,5 тысячи таких ребят. Им особый медицинский контроль и помощь требовались. Минули годы. С мая 2009-го работаю главным врачом 4-й детской больницы.

— Повыше уровень…

— Скажем так, другой. И ответственность другая. Больница многопрофильная. С кафедрами Белорусского государственного медицинского университета и Белорусской медицинской академии последипломного образования. С республиканскими центрами детской офтальмологии, кардиоревматологии и городским центром челюстно-лицевой хирургии. Круглосуточно оказываем неотложную хирургическую стоматологическую и офтальмологическую помощь.

— Много звездных врачей?

— Не звездных, а специалистов высокого класса. Если выделить одного, другие обидятся.

— Знакомая картина. Но тогда по направлениям. Какие самые рейтинговые?

— И снова рискую. Но уговорили, назову. В алфавитном порядке: кардиоревматология, офтальмология, челюстно-лицевая хирургия.

— Есть еще и психиатрическое отделение…

— Понял теперь, куда клоните. Есть такое отделение, но не забывайте, что наша больница — детская. И потому в это отделение не госпитализируют очень сложных больных. Вот девочек-подростков с анорексией, зацикленных на похудении, лечим. 14–15-летних. Их пугает, что положили в психиатрическое отделение, но то, что в детскую клинику, — успокаивает.

— Сколько их у вас?

— Сейчас немного. Не сезон. По весне обычно пик.

— Лично общаетесь с ними как врач?

— Скорее, как отец, дедушка. Не скажу, что на 100 % доверяют. Но общий язык находим. Девчонки попадают к нам в тяжелом состоянии. С ними работают психологи. Иногда приглашаем на помощь девочек, перенесших анорексию.

— Нестандартный ход…

— Возможно. Однако срабатывает лучше, чем долгие разговоры с врачом. Доктор доносит информацию со своей колокольни, а сверстники — со своей.

— В обществе полагают, что анорексия — дурь в голове…

— Это слишком просто. Скорее, влияние окружающих. Представьте, девочка растет одна в семье. Родители ей постоянно говорят: «Выглядишь прекрасно. Какая ты у нас красавица!» В школу приходит, а одноклассники: «В зеркало посмотри, на весы встань!»

— Разве вы своим дочерям комплименты не делали?

— А как же? По мне, так они лучше всех. Красавицы! Старшая Юлия и Дарья, младшая.

— Сколько им?

— Юлии 30 лет. Окончила Минский государственный лингвистический университет, факультет межкультурных коммуникаций. Владеет английским, итальянским, французским, немецким языками и еще информационными технологиями. Работает по своему профилю в Майами (штат Флорида, США) в солидной компании.

Даше 24 года. Окончила БГУ, филолог по образованию. Замужем. Живет в Европе. Собирается там поступать в магистратуру.

— Успешные дети, а вы зависли в белорусском здравоохранении…

— Бывал я у дочерей, но мне здесь больше нравится. Доходы, конечно, не сравнить. Но нам с супругой, она врач ультразвуковой диагностики в 25-й поликлинике, хватает.

— Верю. Главный врач, с зарплатой соответствующей…

— Наш совокупный заработок позволяет поддерживать определенный уровень жизни. Квартиру купить себе не можем позволить, но построить в ЖСК — вполне. Что мы и сделали в 2000 году. Взяли кредит в банке на 40 лет и обзавелись жильем в Сухарево. Нас устраивает и район, и квартира. Не сейчас, годами ранее, приобрел подержанную иномарку. Неплохую. У жены есть автомобиль.

Не курю, выпиваю исключительно по праздникам. Чем не экономия? Могу еще купить приличный костюм. Не в Минске, а в Вильнюсе на распродаже.

Дача у нас есть в Радошковичах. Пять соток земли. Небольшой деревянный дом. Выращиваем картошку, морковку, лук, помидоры, огурцы. Все свое. Экологически чистое.

— Мясо, рыбу не едите?

— Едим, но предпочитаем овощи, фрукты.

— И все-таки сколько в месяц «чистыми» выходит у главврача?

— Плюс-минус тысяча рублей. С высшей квалификационной категорией и весомым трудовым стажем. Зарплата главного врача зависит от коечного фонда клиники: чем больше, тем выше. Наша клиника на 306 коек.

— А пресловутый внебюджет?

— В детской клинике большого внебюджета нет. Если только родители захотят дополнительно обследовать ребенка, который лечится в больнице, на хорошем оборудовании. Например, эхокардиографию сердца сделать или посмотреть зрение.

Чтобы вы лучше понимали… К примеру, лечится ребенок в отделении кардиоревматологии. Получает медицинскую помощь в полном объеме. А мама, раз в многопрофильной клинике есть такая возможность, хочет заодно проверить ему зрение на классной аппаратуре. Это платно.

— Дорого?

— Да нет, копейки. 10 рублей стоит УЗИ сердца, а УЗИ глаза — около 6 рублей. Обычно делается в последний день выписки, чтобы маме с ребенком лишний раз не ехать.

— Иностранцы у вас лечатся?

— Конечно, но их немного. Приезжают из Украины, Казахстана. Мы, кстати, распространили информацию о возможностях нашей больницы, выполняемых высокотехнологичных операциях, в том числе в посольствах. О нас знают. Нам доверяют. Кризис, наверное, сказывается.

Еще материалы рубрики:

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Сергей Молочко о лечении алкоголизма

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Наталья Мысливчик: «Добро вернется сторицей»

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Владимир Комар: «Верю людям на слово»

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Лариса Сечко: «У нас специалисты не разбегаются»

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Олег Руммо: «Был отличником, но не паинькой»

Самое читаемое