Национальный художественный музей готовит выставку белорусской иконописи XVII–XXI веков

Выставку произведений белорусской сакральной культуры XVII–XXI веков посетители увидят в сентябре. Там будут представлены и те экспонаты, которые до 25 июля демонстрируют в музее Ватикана.

Про влияние эпохи на иконописную традицию и скорую помощь реставраторов корреспондент агентства «Минск-Новости» беседует с руководителем отдела древнебелорусского искусства Национального художественного музея Республики Беларусь Еленой Карпенко.

— Судьбы произведений белорусской сакральной культуры полны драматизма: захватнические войны, смена конфессиональной принадлежности храмов, период атеизма. На выставке будут экспонаты, которые пришлось буквально реанимировать?

— Когда икона «Собор архангела Михаила» XVIII века попала в руки реставраторов, сюжета было не разобрать. Ее нашли в заброшенном храме во время научной этнографической экспедиции еще до Второй мировой войны. В музей она поступила в 1964 году как возврат довоенных фондов. Тогда решили, что это «Христос Вседержитель». Все выяснилось, когда потемневший лак был снят, а живопись освобождена от окутавших ее пелен. На выставке будут показаны несколько икон, которые попали к нам в столь же плачевном состоянии. В таких случаях реставраторы говорят: «Пришлось собирать…»

— В этом контексте реставраторы как врачи. Снова обращаюсь к медицинской лексике: операция прошла успешно тогда…

— …когда произведение приведено в тот вид, в каком оно задумывалось автором, но с учетом прошедшего времени. В церкви Давид-Городка на Брестчине сохранился уникальный иконостас, один из двух сохранившихся иконостасов XVIII века в Беларуси. Но для науки он погиб. Живопись закрыли новым красочным слоем… На произведении должна оставаться патина времени. Профессионал никогда ничего не станет дописывать, подрисовывать. Для него самое главное — бережное сохранение авторского слоя.

После реставрации икона «Собор архангела Михаила» получила очень интересное колористическое звучание. Наши специалисты тонировали места утрат, словно приподняли изображение из глубины живописного теста. Контуры практически неуловимы. Ощущение, что образы святых покровителей и заступников, как будто восставшие из пепла, возникают из ниоткуда. Все это создает эффект мерцания красочного слоя.

иконы copy

— Каждое произведение имеет шанс быть спасенным? Или все же есть травмы, несовместимые с жизнью?

— Специалистам хорошо известна икона Андрея Рублева «Спас Вседержитель» из Успенского собора на Городке в Звенигороде. Утрачено 80–85 % изображения. Все, что осталось, — узенькая полоса с изображением лика. И это произведение находится в постоянной экспозиции Третьяковской галереи. Во-первых, потому что от творческого наследия Андрея Рублева сохранилось очень мало. А во-вторых, даже по этому небольшому фрагменту можно судить о силе таланта.

Если когда-нибудь найдется белорусская икона XII века — неважно, в каком виде, — разумеется, мы будем ее сохранять, реставрировать и беречь изо всех сил. А пока самые ранние произведения сакрального искусства в коллекции Национального художественного музея — конца XV — начала XVI века. Одна из наших самых древних икон — «Успение Богоматери», или, как ее еще называют из-за необыкновенно чистого голубого цвета, «Голубое Успение». Это XV век. Ее нашел известный русский художник Илья Остроухов в начале XX века на колокольне собора в Минске и увез в Москву. В 1929 году она попала в Третьяковскую галерею. В 2013-м по нашей просьбе это произведение привозили в Минск на выставку православных икон России, Украины и Беларуси.

— В музейных фондах хранится лишь часть произведений сакрального искусства. Исследуете те из них, которые находятся в храмах?

— Единый республиканский каталог церковных ценностей так и не создан. Хотя о том, что он необходим, говорили еще в 1980-е. Тогда на государственном уровне была принята специальная программа. Наши сотрудники ездили в экспедиции по регионам Беларуси, составляли описи церковного имущества, выделяли предметы, имеющие ценность, делали фотографии. И эти данные до сих пор помогают правоохранителям в случае краж из храмов. Но в 1990-е работа прекратилась и с тех пор не возобновлялась.

— Изучение истории иконописи помогает лучше понять историю Беларуси?

— Когда смотришь на икону «Покров Пресвятой Богородицы» 1751 года из Молодечно, узнаешь шляхтича Игнатия Завишу — он изображен с лентой ордена Белого Орла. В то время стало возможным внедрение в священную ткань композиции реальных людей, которые помогали церкви. Игнатий Завиша стал основателем Лядского монастыря в первой трети XVIII века. Храмовое строительство практически всегда связано с конкретными людьми, которые занимали высокие посты в государстве. Известно о фундаторской деятельности князей Сапег, Радзивиллов, Ходкевичей. Часть своих богатств они жертвовали на возведение храмов и монастырей, заказывали драгоценные убранства икон. Рассматривать произведение искусства вне исторического контекста невозможно.

Федор Повный, настоятель Всехсвятского прихода, протоиерей:

Федор Повный copy

— То, что мы видим в иконописных образах, являет нам духовный строй земли Белой Руси. Икона дает прежде всего уникальную возможность всем соприкоснуться с реальным духовным миром. Образ создается не ради музея, он создается, чтобы можно было предстать перед ним и обратиться к Богу.

Владимир Прокопцов, генеральный директор Национального художественного музея Республики Беларусь:

Владимир Прокопцов copy

— Выставочные площади не позволили показать в Ватикане все, что нам бы хотелось. Сейчас готовим расширенную экспозицию белорусской иконописи, которую посетители смогут увидеть уже в сентябре. Она поделена на три тематических раздела: культовое белорусское искусство XVII–XIX веков, достижения реставраторов Национального художественного музея, произведения современных иконописцев — мастерские Минского епархиального управления, Всехсвятского прихода и другие.

Фото Сергея Лукашова и Елизаветы Добрицкой

 

Самое читаемое