Все мы (кому положено) следили за той убогой, до презрения смешной, жалкой, грязной мелочью, что представили из себя беглые ведра и швабры в очередную годовщину их провалившегося блицкрига. Перегрызлись, как мелкие злобные болоночки. Франак всех раздел. Глухой тетерев Сохатый и Азаров в желтых шкарпэтках. Это все сплошной анекдот. Мелкого пошиба. Это результат нашей полной, безоговорочной, окончательной победы. Разгрома этой швали. Однако всегда следует помнить: какими бы жалкими и убогими они не выглядели сейчас, в борьбе с этой нечистью у нас есть погибший. Наш Герой. Дмитрий Федосюк. Он видел, что бчб-бандит будет стрелять. Мог отступить. Но за спиной стояли товарищи. И он не отошел. Закрыл собой. Принял картечь. Погиб. Стрелял поганый змагар. Классический. В этой трагедии — вся суть противостояния. Святой парень. Молодой. Семейный. Офицер. Его провожала вся страна. Президент наградил орденом «За личное мужество» посмертно. Уж не знаю, что смущает чиновников. Сколько писали, сколько говорили: «Нужна улица», «Нужен бюст». Чтобы в памяти людей отчеканить навсегда, кто герой, а кто мерзкий преступник. Чтобы люди жили на улице Федосюка и знали: его убил змагар. Ну смущаются чего-то чиновники, и ладно. Но есть гражданское общество. Те, кого этот парень закрыл собой. Те, кто жив благодаря ему. И на очередном заседании штаба патриотических сил предложили учредить премию гражданского общества имени Дмитрия Федосюка. Все однозначно поддержали. Как мне показалось, даже воодушевились. Как будто давно этого ждали. Она будет ежегодной. За патриотизм, преданность Родине, верность идеалам, верность символам, за которые погиб герой. Проголосовали единогласно. Православные знают, что мертвые не уходят от нас. Они с нами в строю. И когда Алексей Талай везет детей, с ними играет Дима Федосюк. И когда Николай Карпенков тренирует юных патриотов, на занятиях им придерживает автомат офицер Федосюк. И когда наша армия выстраивает оборону границы, в укреплениях с ними находится старший лейтенант Дмитрий Федосюк. Он с ГУБОПиКом на задержаниях. Он с журналистами в студии. Он с аграриями в поле. Он с Батькой на всех рубежах. Выполняет приказ Главнокомандующего. Кто будет достоен такой премии? Решит народ. И сам Дмитрий.

Признавайтесь, кто из вас живет по принципу «авось пронесет»? В Threads наткнулась на комментарий под постом о крупном пожаре: «Не поняла, а кто будет возмещать ущерб?» И захотелось спокойно, без занудства поговорить на тему бытового экстремизма. Многим не понравится мой честный ответ: точно не государство. У нас почему-то до сих пор живет убеждение: случилась беда — значит, кто-то должен приехать, потушить, спасти, восстановить, выплатить. Но жизнь устроена сложнее. Существуют помощь при чрезвычайных ситуациях, экстренные службы, забота от города в предоставлении временного крова, однако полное возмещение личных убытков за незастрахованное имущество не автоматическая обязанность государства. Как говорится, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Звучит жестко, но означает простую вещь: если у тебя есть квартира, дом, техника, мебель, ответственность за их финансовую защиту в первую очередь лежит на тебе. Пожарные приезжают, тушат, спасают людей, предотвращают распространение огня, разбираются с последствиями, помогают там, где нужно действовать срочно. И это огромная работа. Но МЧС не страховая. Для подобных вопросов существуют специальные компании, которые возмещают деньги в случае ущерба. Однако только если заранее заключен договор. Есть пословица: «Гром не грянет — мужик не перекрестится». В переводе на современный язык: пока не случится беда, мы часто не думаем о рисках. Нам кажется, что пожар — это где-то в новостях, потоп — у кого-то другого, ураган — в соседнем регионе. Но реальность, увы, не спрашивает, готовы ли мы морально и финансово. Бытовой пример: покупка дорогого телефона. Что делают большинство людей? Дополнительно приобретают чехол, защитное стекло, иногда страховку от повреждений. Ведь гаджет жалко, он стоит немалых денег. Почему телефон мы защищаем, а квартиру с ремонтом, мебелью и техникой часто оставляем на авось? Это как раз и есть самый дорогой тариф. Иначе потом можно получить счет на сумму, от которой потемнеет в глазах. Мой месседж — доброе напоминание с заботой о вас, дорогие читатели. Берегите себя и не занимайтесь бытовым экстремизмом.

В выходные наводила порядок в квартире и в книжном шкафу обнаружила забытый фотоаппарат. Он сохранил теплые воспоминания о студенчестве и об общежитии на улице Академика Курчатова. На одном из снимков запечатлены первокурсницы на фоне маленькой кухни. В центре большая сковорода плова. Теперь эти девушки — популярные ведущие. Металлическая синяя камера заграничной фирмы со шнурком и с самой простой картой памяти помещается в ладонь. Это чудо техники мне купила мама, когда я собралась поступать на журфак БГУ. Аппарат стоил дорого, но родители поддерживали мое желание стать журналистом. Ведь к заметкам в газету требовались снимки. Кто одиннадцатикласснице, мечтающей о такой карьере, выделит фотографа из региональной газеты?  Однако сегодня молодежи чаще доверяют сложные темы, а старшие коллеги делятся с ними опытом. Сейчас горячая пора для абитуриентов — время для определения профессионального пути, круга общения, места жительства. Недавно проходила возле дворика БГУ, а там суета и напряженная атмосфера. Вспомнила, как искала свою фамилию в списке на зачисление в вуз на большой доске объявлений среди юношей и девушек. Вокруг много зелени, памятник, информационные стенды, а на мне белая юбка, бирюзовый пиджак и босоножки. Среди незнакомых людей были те, с кем я позже училась в группе. Одна из них — Света Михович. Мы обе отправились поступать на журфак из Брестской области. Близкими подругами не стали, но хорошо общались в студенчестве и ездили вместе домой. Я немного завидую нынешним абитуриентам — их молодости, энергии. Желаю каждому поступить в вуз мечты.

В центре Бобруйска, откуда родом моя жена (кстати, это крупный промышленный центр, знаменитый не только «Белшиной» и «Красным пищевиком»), вот уже больше года всё чаще можно увидеть смуглых мужчин. По-восточному ярких, однако скромных при общении. Это пакистанцы, которые прибыли сюда, чтобы работать на бобруйских заводах и фабриках. Через два года после хайпа на теме приезда сотен тысяч мигрантов из Пакистана инфоповод ушел на второй план. Ситуация в отдельно взятом городе не изменилась, иностранцы приняли наши правила жизни и законы. Глобализация, за которую ратовали беглые либералы, в действии: Беларусь приняла зарубежные кадры и адаптировала их. В памяти остался только информационный шум. Те, кто постарше, вспомнят еще один инфоскандал. Правда, случился он задолго до эпохи соцсетей. Тогда ныне экстремистская пресса писала о миллионах китайцев, которые скупят всю страну. Не скупили. Но их язык появился в меню банкоматов, на информационных табличках на вокзалах, в аэропортах и даже в меню ресторанов. Беларусь, живущая по законам открытой экономики, отменившая визы для граждан государств Запада, идет по их пути. К нам едут, у нас остаются жить и работать экспаты. Наша система образования популярна среди русских, китайцев, туркменов, узбеков и выходцев из разных стран Африки. Что не так? Не это ли прогрессивное общество, доступное для всей планеты? Правоохранительная система устроена таким образом, что трудовые мигранты лишены возможности формировать крупные кланы и тем более криминальные диаспоры, чем, например, известна российская столица. Нежелание встраиваться в систему отношений и законов заканчивается для иностранных граждан депортацией. При этом трудовых мигрантов, занятых в экономике, у нас менее 1 % от числа всех работников. А вакансий в Беларуси 170 тысяч. И потому инструмент приглашения рабочей силы из-за рубежа использоваться будет. С момента заявления Президента о пакистанцах об этом говорили тысячу раз, приводили десятки примеров нарушителей, которых депортировали. Сейчас же соцсети охватила волна сопротивления узбекам. Но в этот раз пугают не ими. При существующем уровне безопасности и работы милиции, а также остальных спецслужб у нас в стране мигрантов не боятся. Мы не единая Европа, где ночью по улицам ходить страшно. Да и в первую неделю в Беларусь приехали всего несколько сотен граждан Узбекистана. Теперь именно условиями жизни у нас в стране пугают узбеков. Не та форма, не те помещения, якобы жалобы на камеру и даже фейковое заявление главы Узбекистана Шавката Мирзиёева. Смысл не столько в том, чтобы посеять страх, — повторюсь, это почти невозможно. Цель — отбить у самих узбеков желание приезжать сюда и перегрузить нашу контролирующую систему. Мы понимаем, что любая жалоба будет проверена, особенно после решения двух глав государств. Но именно по этой причине я не думаю, что традиционное белорусское гостеприимство даст сбой. Во-первых, «Президент поручил», а во-вторых, наши руководители хозяйств знают, как работают узбеки. К сожалению, иногда лучше наших сельчан. А зарплаты у нас хорошие в сельском хозяйстве, их критиковать могут лишь те, кто ни разу не сидел за рулем комбайна во время страды. Кроме того, иностранцам полагаются дом, соцвыплаты. Белорусский лидер просит приезжать семьями, в агрогородках для них и поликлиника или ФАП, и школы. Узбеки — «наши люди», это слова Александра Лукашенко. Они знают русский язык, многие помнят Союз, да и менталитет выходцев из СССР очень близок. А вот хайповать на национальной теме — это национализм, причем двойных стандартов. Если учесть, что большинство инфоатак из Польши, нужно просто понять: наши беглые там бесправные мигранты. Без роду и племени — такие, какими они хотят видеть у нас узбеков и пакистанцев. Но у последних в Беларуси прав больше, чем у польских холуев в Варшаве.

Решил я коснуться объединяющей весь мир темы — футбола, точнее, чемпионата мира, заставляющего бурлить целые страны и континенты. Что ж, лучше так, чем воевать и говорить серьезно о политике, Зеленском и его очередном безумии. Кто-то нынешний мундиаль ругает. Мол, размазан, как манная каша по чистой скатерти, участников слишком много, карликовые государства пожаловали на бал-маскарад. А мне нравится. Эмоции, веселье, открытия. Одна команда из Кабо-Верде чего стоит. Болельщики теперь ищут этот остров с населением в 500 тысяч граждан на карте, умиляются и прочее. Изможденный сорокалетний вратарь кабо-вердианской команды по кличке Бабуся сильно увеличил число своих подписчиков в соцсетях. Норвежец Холанн, почти в одиночку уделавший мажорную сборную Бразилии, просто готовый супергерой. И это он еще не сказал последнее слово на чемпионате. Мир натурально штормит от подвигов аргентинца Месси и француза Мбаппе. Со спортсменами понятно. Но от них чего-то такого и ожидали. Посмотрим, как на этом фоне ведут себя политики. На прошлой неделе сборная Германии проиграла Парагваю, став внезапно чужой на этом празднике жизни. А канцлер Мерц, который у многих немцев вызывает смешанные чувства изжоги и гомерического смеха, как сказал бы мой школьный учитель по физике с фамилией Крупник, после этой «конфукзии» написал в соцсетях, что горд футболистами, их самоотдачей и красивой игрой. Народ стал интересоваться в ответ, издевательство это или признак размягчения канцлерского мозга. Фридрих начал оправдываться, что не то имел в виду, а во всем виновата его пресс-служба. Подставили, негодяи. Но Мерцу далеко до Трампа. Тот и вовсе стал полноценным мемом. Это даже смешнее, чем потуги на звание главного миротворца. В игре со сборной Боснии и Герцеговины лучший американский форвард Балогун чуть не сломал ногу сопернику, увидел перед собой красную карточку и пошел вон. Штаты всё равно победили. Им вот-вот играть снова навылет, правда, без лучшего снайпера, который игру с Бельгией автоматом пропускает. Однако тут за спиной плотного темнокожего нападающего вырос 80-летний рыжий защитник. В прессе веселятся, что в ФИФА позвонили из Белого дома и попросили отменить дисквалификацию футболиста. И ведь отменили же. Дальше мистер президент поблагодарил ФИФУ за восстановленную справедливость. Как шутят теперь в сетях: «Трамп показал, как нужно обращаться с теми, кто решил жить в мире, основанном на правилах». В итоге американцы всё равно проиграли бельгийцам. Вброс Трампа с троллингом в адрес итальянской премьерши Мелони и подписью на фоне ее портрета: «Нужен запретительный ордер» — выглядит как шутки новых русских бабок в молодежном клубе. Дайте наконец нормальный футбол без политики и откровенного шулерства.

Недавнее решение Международного паралимпийского комитета (МПК) вернуть белорусских и российских спортсменов в международный спорт — сигнал не только для паралимпийцев. Это скорее лакмусовая бумажка для всего олимпийского движения. Если следовать логике­ МПК, то годами ограничивать атлетов бессмысленно. Они ­тренируются, показывают результаты, а политические бури меняются быстрее, чем обновляется спортивный календарь. Полный допуск, а не нейтральный статус вернул бы реальный олимпийский дух: конкуренцию, разнообразие стилей, настоящую борьбу за медали. Ведь без сильных соперников победа не такая сладкая, согласитесь. МОК уже сделал шаг в эту сторону — разрешил россиянам и белорусам выступать на Олимпиаде-2026 в нейтральном статусе. Но теперь возникает резонный вопрос: если паралимпийцы вернулись на полных правах, почему олимпийцы должны оставаться в подвешенном положении? ­Игнорировать этот прецедент — значит подливать масла в огонь политизации спорта. А ведь именно от этого все клятвенно обещали уйти. Украина, как обычно, отре­агировала резко. Министр спорта Матвей Бедный заговорил о «предательстве олимпийских ценностей» и даже намекнул на бойкот. Но давайте честно: угрозы бойкотом звучат уже как ритуал. Одно и то же: «Если будут российские флаги, мы не приедем». И каждый раз мировое спортивное сообщество вынуждено делать вид, что это не шантаж, а «позиция». В реальности же такие заявления превращают спорт в геополитический плакат, а атлетов — в заложников чужих политических игр. Восстановление в правах Паралим­пийского комитета России показывает, что международное сообщество способно принимать решения, исходя из здравого смысла и спортивных принципов, а не из политических ультиматумов. Может, пришло время перестать превращать олимпийскую арену в очередной саммит и наконец дать спортсменам то, чего они заслуживают, — равные условия для честной борьбы?

Идея написать о квадроберах родилась у меня после радиоэфира. Моя гостья Александра Никифорова, многодетная мама, рассказала, что в Новой Боровой увидела девочек 8-10 лет в масках кошек, они фыркали и проявляли агрессию к людям. «Квадроберы в Минске? — удивленно спросила я. — Как это?» Хотя логическая цепочка проста. Прилегающий к столице жилой комплекс «Новая Боровая» известен шатаниями своих жителей-либералов в 2020 году. Они, как известно, лояльно относятся к ЛГБТ. Некоторые из них уехали, кто-то отбывает срок, другие притаились. И пусть это не основная часть жителей, но что творится в таких семьях, неизвестно. Мое мнение: там, где воспитывают детей в традиционных ценностях, почитают бабушек и дедушек, царит любовь и уважение, квадроберов быть не может. А вот родитель, потакающий свежим трендам в TikTok, станет это взращивать либо не обращать внимания на хобби своего чада. А вероятно, на­оборот, расскажет о множестве гендеров, свободе самовыражения ли­бидо и прочем. Стоит отметить, что в Новой Боровой почти нет социального жилья. Прекрасное место для так называемой новой городской буржуазии. Получается, православная церковь права, когда заявляет, что квадроберы — опасная субкультура, которая готовит ребенка к принятию антиценностей — множественности гендеров и ЛГБТ-идеологии? Ждать ли перекосов? Начнут ли рьяные ультрапатриоты требовать отмены новогодних маскарадов в садиках? Кто в детстве не был мальчиком-зайчиком или девочкой-лисичкой? Хочется надеяться, что мы избежим этих ненужных споров, обвинительных речей и сохраним светлые и добрые традиции, которые никому не принесли вреда. А выгуливать собственного ребенка на поводке и разрешать ему есть собачий корм — явная девиация. В этой ситуации должны прийти на помощь общественность, психологи и правоохранители. Если, конечно, дойдет до такой крайности. Наше общество часто пробуют на зуб западные технологи, протаскивая ту или иную субкультуру на территорию Беларуси. Все каналы открыты, а отсутствие контроля мам и пап за детьми в интернете — благодатная почва. Что делать? Давайте без перекосов. Просто надо быть родителями! Не только обеспечивать достойную материальную жизнь ребенка, но и разговаривать с ним, побольше проводить времени вместе и, главное, любить. День матери и День отца — прекрасный повод посмотреть, насколько собственное воспитание дало плоды. Если вы не забываете сказать спасибо родителям за жизнь, то ваши дети сделают то же самое.

В ЦК Коммунистической партии Беларуси накануне Дня Солнца, дня рождения основателя КНДР и Трудовой партии Кореи Ким Ир Сена, состоялись встреча с Чрезвычайным и Полномочным Послом КНДР в Беларуси Зу Зен Боном и показ фильмов о современных достижениях социалистической Кореи. Зу Зен Бон отметил, что за последние пять лет эта страна, несмотря на вызовы ковидной эпохи, постоянные угрозы безопасности и продолжающееся санкционное давление, смогла победить многие проблемы, модернизировала систему здравоохранения, расширила социальную и туристическую инфраструктуру. Выяснилось, что корейцы, как и белорусы, не обращают внимания на санкции и каждый год открывают инновационные производства в разных отраслях хозяйства. В КНДР, как и в нашем государстве, есть собственные сельскохозяйственные машины, бытовая техника и современные предприятия ­пищевой промышленности. В ходе встречи отмечалось, что это страна с рискованным земледелием (из-за горного и муссонного климата). Потому она заинтересована в сотрудничестве с Беларусью в первую очередь в области технологий сельского хозяйства. Северокорейцы активно занимаются модернизацией этой отрасли и стараются применить беспилотники для опрыскивания полей. Потенциал для взаимовыгодных отношений точно есть. Очередной День Солнца социалистическая Корея встретила с позитивом и новыми планами, постепенно открываясь дружественному миру. Не секрет, что в КНДР построили горнолыжный курорт высокого класса, туда предлагают туры. Столица этого государства, Пхеньян, тоже готова принять гостей. Посольство Корейской Народно-Демократической Республики в Беларуси призвало участников встречи не опасаться нового и посетить страну, где рады видеть наших граждан.

В эти дни проходит главное событие в жизни страны — второе заседание VII Всебелорусского народного собрания. По своей значимости оно сравнимо со съездами Коммунистической партии Советского Союза, на которых принимали пятилетний план развития государства. За 28 лет ВНС проводили семь раз, первое заседание VII Всебелорусского народного собрания состоялось 24-25 апреля 2024 года. И вот сейчас, в конце 2025-го, созрела необходимость провести второе. В центре внимания — поистине историческое выступление Президента и принятие делегатами Программы социально-экономического развития Беларуси на 2026-2030 годы. По сути, это народная пятилетка, за которую нужно выполнить масштабные задачи по дальнейшему развитию отраслей производства, обеспечению безопасности в условиях глобальных вызовов, нестабильности в мире — в первую очередь это касается конфликта на Украине. Отдельное внимание в программе уделяют повышению качества уровня жизни людей, созданию рабочих мест и привлечению инвестиций в регионах. Ежегодно столица выделяет 20 % своих доходов районам республики. Однако сейчас происходит активное налаживание трансграничного сотрудничества белорусских регионов с российскими, прежде всего в этом задействованы Витебская, Могилёвская и Гомельская области. Благодаря географическому положению, наличию мощной про- мышленной базы они выступают локомотивом партнерства. Успешно себя проявила и инициатива «Один район — один проект», которая проводится с 2022-го. За это время реализовано свыше 84 проектов и создано 5,8 тысячи рабочих мест. Но на каждый прогресс есть статья расходов. Для нашей страны это социальная сфера. В Минске на нее выделяют 48-50 % от всех денежных средств, в регионах такие расходы тоже превалируют над остальными. Также в центре внимания Программы социально-экономического развития на 2026-2030 годы создание высокопроизводительного агропромышленного комплекса. В условиях мировых проблем с продуктами питания, изменения климата и возникающих локальных конфликтов продовольствие становится новым золотом XXI века. Товары наших агропромышленных предприятий успешно экспортируют в страны как ближнего, так и дальнего зарубежья. Уверен, что за предстоящую пятилетку доля отечественной продукции на мировых рынках значительно увеличится — желание и возможности для этого есть.

Для моей бывшей Родины — Советского Союза — декабрь оказался месяцем роковым. Каждое 30 декабря мы почти 70 лет праздновали день рождения родной страны. А 8 декабря 1991 года ее вдруг не стало. Ты проснулся, а у тебя попросту нет Родины. Совсем! Не верилось… Не верилось даже тогда, когда через 17 дней спускали красный флаг над Кремлем… Не знаю, как для кого, а лично для меня это было огромнейшим потрясением. В декабре 1991-го главы трех республик (России, Украины и Белоруссии) на нашей же земле в Беловежской пуще подписали соглашение о том, что СССР отныне нет. На смену ему, мол, пришло Содружество Независимых Государств. Но прихода этого Содружества как-то никто из простых граждан не заметил. В отличие от обеднения, нищеты, безработицы и национальных конфликтов. Последние, увы, не закончились и по сей день. Помню, как готовили первую полосу одной из республиканских газет о подписании тех самых беловежских соглашений. Идея была в том, чтобы на карте СССР сфотографировать бутылку «Беловежской» и четыре наполненных стакана, один из которых накрыт краюхой черного хлеба. Но задумка оказалась практически невыполнимой, так как во всем огромном Минске «Беловежскую» купить было нельзя. Никогда не идеализировал нашу советскую жизнь, но чем дольше живу, тем все больше и больше скучаю по ней. И все больше раздражает стремление многих постсоветских «политологов» показать и доказать, что мы, советские люди, были, мол, несвободными, идеологически ущербными, нищими и голодными. В истории СССР, как и в истории каждого государства, можно найти факты на любой вкус, все зависит от того, что хочешь найти. Но бесспорно одно: история той страны — удивительная череда порой просто мистических событий. В ней есть все: невероятные победы и унизительные поражения, восторг уникальных достижений и страх внезапных репрессий. Но факт остается фактом: пройдя через множество потрясений, включая две мировые войны и граж­данскую, с 1913 по 1986 год страна увеличила свое нацио­нальное богатство более чем в 50 раз, национальный доход — в 94 раза. Число студентов высших учебных заведений увеличилось в 40 раз, врачей — в 48 раз. На 1986 год национальный доход СССР составлял 66 % от аналогичного в США, продукция промышленности — 80 %, сельского хозяйства — 85 %. Да, большинство из нас были многого лишены. Навороченных игрушек, жвачки, джинсов… Но разве без этого мы были несчастливы? Просто больше ценили каж­дую свою игрушку. Особенно ту, которую смастерили сами. А вместо жвачки у нас были изумительная хлебная корочка, натертая чесноком и посыпанная солью, бабушкины пирожки и пышки, мамино варенье, в котором каждая ягодка сияла, как рубин… Да, наши родители работали много, а получали порой гроши, но никто из нас, детей, никогда не боялся остаться голодным. И даже не мог себе этого представить. Да, магазины, особенно в отдаленных деревнях и поселках, часто были полупустыми, но в каждой семье столы ломились, когда в дом приходили гости. Мы не со­мневались, что когда-то государство подарит нам квартиру, кому-то раньше, кому-то позже, но произойдет это обязательно, причем совершенно бесплатно. Даже «Запорожец» мы могли купить с большим трудом всё из-за того же пресловутого дефицита. А «Мерседесы» видели лишь в кино, и то не всегда самые новые. Но это совсем не мешало нам регулярно навещать близких, если даже судьба забросила их на Сахалин. (И Сахалин нам был почти так же дорог, как Минск и Брест, Киев и Москва, Душанбе и Фрунзе…). Деньги водились у всех, а билет на поезд или даже самолет стоил если не копеек, то вполне подъемных руб­лей. Не так давно двоюродный брат, обжившийся почти новым «Фордом», уверял, что будет заезжать в гости чаще. С тех пор мы стали видеться еще реже. Вот и считайте… Да, мы верили, что человек человеку брат. Что добро возвращается добром. Что честность и трудолюбие — высшие человеческие добродетели. Что родная страна лучше всех… Но разве такая вера ущербна? И разве можно без нее вообще когда-либо и где-либо воспитать маленького человека настоящим гражданином и патриотом? А как без патриотизма и любви к родной стране построить здоровое и процветающее общество? Да, мы были несвободными. Ездить за границу, например. Но и несвободными врать, обижать слабых и старых, хамить учителям… Зато мы были свободными в главном — выбирать и мечтать. Выбирать кружки и секции, пио­нерские лагеря и детские санатории не по прайс- листу, а по желанию, так как все они были бесплатными. Мы не боялись грезить стать космонавтами, летчиками, подводниками, геологами, художниками, артистами, потому что были уверены: это по силам каж­дому, если хорошо учиться и не бояться труда. Поэтому и выбирали свои будущие специальности не по проходному баллу ЦТ, а по толстенному справочнику вузов и ссузов Советского Сою­за, выискивая именно ту специальность, которая наиболее была по душе. И ехали поступать порой за тридевять земель. Воспоминания своего далекого прошлое сегодня — отнюдь не возрастная ностальгия по ушедшему навсегда. Делать это все чаще заставляют мысли о будущем. И совсем не о своем, а о будущем детей и внуков. Когда в мире творится такая чехарда, когда рушатся идеалы, а у твоих границ рвутся бомбы и снаряды, очень хочется назад в СССР. Пусть не в самую богатую и сытую страну, но в ту, которой мы гордились за спокойствие, которую уважали за стабильность, а кто-то даже и побаивался — за силу и мощь. Говорят, если мечтаешь о возрождении СССР, то у тебя нет разума. А если не жалеешь о Советском Союзе, то у тебя нет серд­ца. Что-то в этом есть. И тем не менее формула слишком проста, чтобы измерить все утраченное и приобретенное. Беларусь упрекают, что мы сохранили немалую часть советских традиций и взаимоотношений. Так, может, это и есть повод для гордости?

Таким выражением можно описать закрытие вещания российского оппозиционного телеканала «Дождь» в Латвии, который эмигрировал туда после 24 февраля. Специфичность такого события заключается в глубокой заидеологизированности контента этого канала. Преданность редакции «Дождя» либеральной идеологии порой не просто затмевала этические нормы, но и нарушала законодательство России. «Дождь» поливал свою Родину грязью на протяжении десятка лет. Он споткнулся не впервой. Еще в 2014-м в эфире «Дождя» поглумились над блокадой Ленинграда во времена Великой Отечественной войны, за что вещание телеканала было исключено из кабельных сетей России и ушло в интернет. После установили иностранное финансирование «Дождя», что привело к присвоению каналу статуса иноагента. Наступило 24 февраля, и «Дождь», надеясь на свободу слова и права человека, перекочевал в Латвию. Однако жизнь телеканала в этой стране Евросоюза длилась немного — всего 4,5 месяца. Латвийским влас­тям не понравилось, что один из его ведущих в эфире предложил всем, кто хочет рассказать о мобилизации в России, писать на почту телеканала. А затем добавил: «Многие из историй, написанных на нашу почту и в Telegram-бот, становятся опубликованными. Мы на­де­ем­ся, что многим военнослужащим в том числе мы смогли помочь, например, с оснащением и просто элементарными удобствами на фронте». И там же он назвал российскую армию «нашей армией». И канал вмиг лишили лицензии на вещание. Это не первая история, когда либеральные догмы «Дождя» бьют по нему же. Еще в 2017 году он потерял лицензию на вещание в Украине, хотя до этого вылезал из кожи вон в своей поддержке киевского режима. История поучительная. Вера редакции телеканала в безоговорочный либерализм, сладкую и свободную жизнь на Западе разбилась о реалии. Либерализм оказался не больше чем утопией, а свободы слова в путинской России было куда больше, нежели в называющем себя свободным Евросоюзе. Цензура, темники на либеральном Западе оказались намного более реальными и жестокими, чем могли себе представить сотрудники «Дождя». Нам всем эта история показала, как важно журналистам и пользователям осознавать, что мир намного сложнее любых штампов и схем, за которые следует чаще выходить, чтобы не попасть на крючок иллюзий и остаться свободными.