Все мы (кому положено) следили за той убогой, до презрения смешной, жалкой, грязной мелочью, что представили из себя беглые ведра и швабры в очередную годовщину их провалившегося блицкрига. Перегрызлись, как мелкие злобные болоночки. Франак всех раздел. Глухой тетерев Сохатый и Азаров в желтых шкарпэтках. Это все сплошной анекдот. Мелкого пошиба. Это результат нашей полной, безоговорочной, окончательной победы. Разгрома этой швали. Однако всегда следует помнить: какими бы жалкими и убогими они не выглядели сейчас, в борьбе с этой нечистью у нас есть погибший. Наш Герой. Дмитрий Федосюк. Он видел, что бчб-бандит будет стрелять. Мог отступить. Но за спиной стояли товарищи. И он не отошел. Закрыл собой. Принял картечь. Погиб. Стрелял поганый змагар. Классический. В этой трагедии — вся суть противостояния. Святой парень. Молодой. Семейный. Офицер. Его провожала вся страна. Президент наградил орденом «За личное мужество» посмертно. Уж не знаю, что смущает чиновников. Сколько писали, сколько говорили: «Нужна улица», «Нужен бюст». Чтобы в памяти людей отчеканить навсегда, кто герой, а кто мерзкий преступник. Чтобы люди жили на улице Федосюка и знали: его убил змагар. Ну смущаются чего-то чиновники, и ладно. Но есть гражданское общество. Те, кого этот парень закрыл собой. Те, кто жив благодаря ему. И на очередном заседании штаба патриотических сил предложили учредить премию гражданского общества имени Дмитрия Федосюка. Все однозначно поддержали. Как мне показалось, даже воодушевились. Как будто давно этого ждали. Она будет ежегодной. За патриотизм, преданность Родине, верность идеалам, верность символам, за которые погиб герой. Проголосовали единогласно. Православные знают, что мертвые не уходят от нас. Они с нами в строю. И когда Алексей Талай везет детей, с ними играет Дима Федосюк. И когда Николай Карпенков тренирует юных патриотов, на занятиях им придерживает автомат офицер Федосюк. И когда наша армия выстраивает оборону границы, в укреплениях с ними находится старший лейтенант Дмитрий Федосюк. Он с ГУБОПиКом на задержаниях. Он с журналистами в студии. Он с аграриями в поле. Он с Батькой на всех рубежах. Выполняет приказ Главнокомандующего. Кто будет достоен такой премии? Решит народ. И сам Дмитрий.

Президент нашей страны сказал: «Великий русский язык будет свободно развиваться в Беларуси так же, как и наша матчына мова. Если потеряем русский язык, лишимся ума!» На этом фоне меня царапнула новость о том, что певица из Румынии Паула Селинг заявилась в Кишинёв в качестве члена жюри нацотбора на конкурс «Евровидение» и нечаянно произнесла на русском: «Молдова — молодец». И случился гранд-шкандаль! За слово «молодец» артистке приписали все грехи мира, начиная с распятия Христа и заканчивая телефонным терроризмом. Самопро­возглашенная лингвистическая полиция, состоящая из элитных идиотов Молдовы, заставила румынскую певицу извиниться. Об этом многие писали и говорили с недоумением и раздражением. У меня есть несколько дум в качестве лирического отступления. Первая. Прежде чем ругать Паулу, на «Евро­видение» могли бы дружно отправить Майю Григорьевну с ее интимной композицией-мечтой о вхождении маленькой виноградной республики в состав мощной Румынии. Из Бухареста точно прилетели бы 12 баллов. Вторая. Напомню, что в марте 2025 года на молдавском празднике встречи весны Мэрцишор выступала группа из Израиля, исполнившая «Катюшу» на идише. Однако в композицию нечаянно попал куплет на русском. И супротив музыкантов молдавские борцы за чистоту родимого румынского языка устроили такую агиткомпанию… В результате за русские слова из знаменитой песни, ставшей, на минуточку, символом сопротивления нацизму, извинялась директор филармонии, в которой происходил весенний пир духа. Да и израильские музыканты оживленно трясли головами, прося пардону за грубый идеологический просчет. Да уж, процесс решительного отмежевывания от всего русского у идеолухов Молдовы поставлен на поток. У меня есть и третья. В этом государстве русским владеют более двух третей населения. До 2018-го он имел статус языка межнационального общения, но самый справедливый и гуманный Конституционный суд Молдовы отменил сие положение. Причем Конституция страны и сейчас гарантирует право на сохранение и развитие всех языков, используемых на территории республики. Однако мы видим, во что превратились экибанистые писания. На сей счет за меня многое мог бы сказать мой друг, поэт-хулиган Павел Дуганов из Кишинёва. В свое время он нейтрально описал, как пришедшая к власти Санду, обещавшая многоязычие и прочий рахат-лукум, отправила собственные слова в дальний ящик стола.

За три года фашистской оккупации из России, Украины и Белоруссии нацистами на принудительные работы было угнано, по разным данным, от трех до пяти млн мирных граждан. В Германии их называли «остарбайтерами» (в переводе с немецкого — восточными рабочими). При этом отправляли на самые тяжелые работы: заводы, шахты, реже — на сельхозпредприятия. Одной из них была моя бабушка Анна Михайловна Сафонова. Когда ее угнали в Германию, ей было 20 лет. Ее давно уже нет в живых, но бабуля успела поделиться своими воспоминаниями о пребывании в немецком плену. Их я запомнила на всю жизнь. …Шестого ноября 1943 года молодых женщин, проживавших в деревне Войнилы Могилёвской области, немцы насильно выгоняли из домов и тащили к центру деревни. А там заталкивали в грузовики и отправляли на Запад. В Германии бабушка попала в фабричный лагерь в городе Шверин. Работала на предприятии, производившем боеприпасы. Перед началом смены охранники обязательно обыскивали работников. Вытирая слезы, бабушка говорила: — Я очень боялась смерти. Но ненависть к фашистам была сильнее этого страха. Поэтому ухитрялась через проходную проносить спичечные головки, спрятав их за ухом. А уже на рабочем месте во время изготовления высокочувствительной взрывчатки подкладывала под пресс спичечные головки, что приводило к взрывам, разрушавшим часть оборудования. Выдала Анну Михайловну одна из таких же девушек, увидевшая у нее эти спичечные головки. …Будучи еще ребенком, я не понимала, каким страданиям и испытаниям подверглась бабушка Аня. А ведь избили ее немцы до неузнаваемости — зубов почти не осталось, на теле не было живого места. От нее требовали признания. Но она, искалеченная, почти без сознания, твердила свое: — Хотите, убивайте — не знаю, почему сломался этот проклятый пресс. В итоге за саботаж А. Сафонову отправили в концлагерь Штутгофф. Три года она просуществовала там под порядковым № 302. Так немцы расчеловечивали узников: лишали имени, превращая в знак и облегчая для себя самих задачу уничтожения. Мол, мы убираем уже не людей. Не знаю, откуда бабушке была известна эта чеканная мудрость: «Все, что не убивает, делает нас сильнее». Сомневаюсь, что она читала немецкого философа Ницше, который эту мысль высказал впервые. Но жизнь она прожила именно так: выжила, когда в лагере погибли многие, вырастила и воспитала патриотами троих детей. А в послевоенные годы делала все, что могла, для скорейшего восстановления разрушенного оккупантами родного совхоза. Я безумно горжусь своей бабушкой Анной Михайловной и, оглядываясь назад, могу сказать, что в жизни вольно или невольно следую ее примеру.

Намедни наткнулся на российский сериал «Спящие». В 2017 году, когда фильм выходил, он произвел определенный фурор. Там показана борьба ФСБ и ЦРУ в момент попытки запуска цветной революции в Москве со всеми вытекающими — от спящих агентов до фабрики ботов и недовольных жизнью в авторитаризме буржуа. Это всколыхнуло российское общество, особенно либеральное, настолько, что даже режиссер Юрий Быков выступил с публичным осуждением своей работы над сериалом. Правдоподобные диалоги перенесли меня в август 2020-го. Не буду спойлерить, просто пересмотрите. Поверьте, девять лет спустя фильм смотрится абсолютно иначе: мир и ситуация в нашей стране изменились. Я понимаю, что в первую очередь «Спящие» — сериал о шпионах, и большинство зрителей в Беларуси его воспримут именно так. Врага не видно, а друзья кажутся надежными. И если для вас события уже почти шестилетней давности — картинка из телевизора, то по большому счету вы человек, на котором держится наша страна. Вы далеки от политики, отлично знаете свое дело, переживаете за семью, здоровье, имеете хобби. Наш Президент это прекрасно осознает, потому его слова на совещаниях — пособие прежде всего для тех, кто принимает решения: чиновни­ков, депутатов и крупных бизнесменов. Когда Глава государства говорит, что в стране должна быть справедливость, он апеллирует именно к обычным белорусам. Эта справедливость во многом социалистическая, даже коммунистическая. По мнению Александра Лукашенко, неправильно, когда владельцы бизнеса живут в Майами, выводят за границу деньги, а здесь на них работают простые граждане. Несправедливо, когда цены растут так, как хочет монополизированная группа бизнесменов. Неправильно, когда бизнес растет в стране и не имеет социальных нагрузок. Люди, далекие от политики, хотят именно справедливости, и, как народный Президент, Александр Лукашенко как раз этого для них требует от тех, кто немного забывается. Я еще раз подчеркну: справедливость большинства и меньшинства бывает разной. В либеральной Европе меньшинства перекроили моральные устои под свои потребности и считают, что так справедливо. У тех, кто шесть лет назад ходил по улицам Минска с бело-красно-белыми тряпками, было свое понимание справедливости. Они как «самые образованные» и «самые профессиональные» претендовали на власть. А власть не должна была защищаться. Однако есть один парадокс. Больше всех жаловались те, кто лучше всего жил. Говоря по-советски, буржуи. Они вышли на улицу с булыжниками. Но я точно помню, что булыжник — оружие пролетариата. Изменить понимание в головах предателей страны я не смогу. В «Спящих» есть хорошая фраза: «Нужно стать эмигрантом и каждое утро искать плохие новости о своей стране, чтобы опять оправдывать свою эмиграцию». Беглые, она ведь о вас? Многие это понимают и уже пишут об этом публично в своих соцсетях. «Умру в эмиграции» — не тот девиз по жизни, к которому хотелось стремиться, увы! Роман Протасевич, нынешний ведущий близкого мне по духу и истории телеканала «СТВ», спрогнозировал планы наших врагов по попытке переворота в 2030-м. Там и усыпление бдительности, и либерализация взглядов, и отказ от жесткой пропаганды. Для понимания того, что может произойти, пересмотрите «Спящих». Сколько еще человек придется разбудить в ближайшие пять лет? А сколько пережить «кротов» среди близких? В общем, расслабляться еще рано и совсем не нужно.

Капризы природы не такие уже и капризы по сравнению с манипуляциями наших любимых детей. Столичные мальчишки и девчонки просили снега — циклон «Леони» его принес, хотели морозов — антициклон «Даниэль» успешно отработал. Любое желание ради румянца на щеках ребят и их хорошего зимнего настроения! Но не тут-то было. Сразу же началось: «В снег в школу не дойду!» «Морозы вдарили — на учебу не хочу!» Коварная и непостоянная госпожа Погода окружила наших золотых деточек ледяными и снежными ловушками. И как после выходных, проведенных в объятиях с горячей батареей, отправить их на мороз? А школа никуда не денется. Подумаешь, малыш день-другой посидит дома. Учителя в это время проведут в классе генеральную уборку, раз уж пришли на работу в такой холод. А сыновей и дочек от февральских морозов нужно беречь, кутать под мамкину юбку, даже если идти до учебного заведения 5 минут… Трое моих школьников интернет читают и наперебой показывали мне информацию, что если в 7:00 за окном -25 °C, а скорость ветра при этом более 3 м/с, то учебу могут отменить из-за плохой погоды. Однако на улице должны быть определенные условия, помимо холода. Кроме того, такое решение принимают не родители и не учреждения образования, а местная власть. Сообщения типа «Богдаша завтра в школу не придет из-за погоды», «Ванюша останется дома с мамой» с воскресенья прыгали из одного чата в другой. На минуточку, Богдаша и Ванюша — юноши выше меня ростом, с 43-м размером обуви. Но чадам никак не нельзя выйти из зоны комфорта в суровую белорусскую зиму (замечу: обычную для наших мест!). В итоге в понедельник у моего восьмиклассника Димы в классе — один ученик (сам Дима), у шестиклассника Мирона — три человека, включая его, а у третьеклашки Марьяны — 11 ребят, сумевших сквозь бури и метели дойти до места, где награждают знаниями. Остальные были на больничном или под защитой родительского дома. Смотря видео из Карелии, где под -50 °C, думаю: а как там дети в школы ходят? Или все сидят дома и ждут глобального потепления? Мой папа всегда говорит, что для человека важно быть сильным и духом, и телом. А у современного поколения как в модной песне: «Айфон купи, ресторан оплати. Без повода мне подари кольцо с моим именем. Это базовый минимум!» А для вас разрешить прогулять учебу из-за морозов — это «стрем» или «норм»?

Недавнее решение Международного паралимпийского комитета (МПК) вернуть белорусских и российских спортсменов в международный спорт — сигнал не только для паралимпийцев. Это скорее лакмусовая бумажка для всего олимпийского движения. Если следовать логике­ МПК, то годами ограничивать атлетов бессмысленно. Они ­тренируются, показывают результаты, а политические бури меняются быстрее, чем обновляется спортивный календарь. Полный допуск, а не нейтральный статус вернул бы реальный олимпийский дух: конкуренцию, разнообразие стилей, настоящую борьбу за медали. Ведь без сильных соперников победа не такая сладкая, согласитесь. МОК уже сделал шаг в эту сторону — разрешил россиянам и белорусам выступать на Олимпиаде-2026 в нейтральном статусе. Но теперь возникает резонный вопрос: если паралимпийцы вернулись на полных правах, почему олимпийцы должны оставаться в подвешенном положении? ­Игнорировать этот прецедент — значит подливать масла в огонь политизации спорта. А ведь именно от этого все клятвенно обещали уйти. Украина, как обычно, отре­агировала резко. Министр спорта Матвей Бедный заговорил о «предательстве олимпийских ценностей» и даже намекнул на бойкот. Но давайте честно: угрозы бойкотом звучат уже как ритуал. Одно и то же: «Если будут российские флаги, мы не приедем». И каждый раз мировое спортивное сообщество вынуждено делать вид, что это не шантаж, а «позиция». В реальности же такие заявления превращают спорт в геополитический плакат, а атлетов — в заложников чужих политических игр. Восстановление в правах Паралим­пийского комитета России показывает, что международное сообщество способно принимать решения, исходя из здравого смысла и спортивных принципов, а не из политических ультиматумов. Может, пришло время перестать превращать олимпийскую арену в очередной саммит и наконец дать спортсменам то, чего они заслуживают, — равные условия для честной борьбы?

Литовцы хотят сохранить леса и жить с соседями мирно, но у их политиканов другие планы. Мне жаль, что приходится всё чаще говорить о нарастающей эскалации со стороны соседей, однако мы должны донести реальную картину дел не только до белорусов, но и до литовцев. Диктатор Науседа отдал приказ построить военный полигон в районе Сувалкского коридора, который пока неофициально, но планируется с выходом на территорию Польши. Эта зона сегодня очевидный триггер для Калининградской области и людей, живущих там. Стратегически важный путь для анклава, потому что даже в условиях санкций и холодной войны коридор продолжает выполнять транзитную функцию. Развязать там конфликт означает бросить вызов России, а соответственно, всему Союзному государству. Многие аналитики указывают на Сувалкский коридор как на место, где Европа может спровоцировать Россию. И вот уже опасения экспертов не кажутся далекими от реальности. Опасность таких маневров понимает даже обычный народ: тысячи литовцев уже вышли протестовать против агрессивной идеи Науседы. Во-первых, строительство полигона в этом регионе чревато провокациями, которые любят устраивать наши соседи. Во-вторых, подумайте наконец о природе. Угомонитесь вы когда-нибудь с бесполезной вырубкой лесов и перекрытием путей диким животным? На народное недовольство в демократичной Европе ­теперь принято реагировать так: «Вас орда, а нас рать!» Когда Науседа приезжал в регион узнать обстановку, видимо, дал отмашку местным властям: строим вопреки всему и всем. Народ запугать, несогласных склонить к положительному мнению, протесты разогнать силовыми способами. После этого людям стали приходить письма. «Территория объявляется зоной, закрытой для проведения любых публичных мероприятий», — пишут в них, естественно, подразумевая протесты. Вот так нагло и беспринципно закрыли рот, угрожая расправой. Но в чем люди не правы? Они протестуют против начала конфликта, сдерживают власть имущих от самой глупой ошибки, которую могут совершить те, кто потом закроется в бункере и будет наблюдать за хаосом, сидя в тепле. А страдают, как всегда, простые граждане.

Идея написать о квадроберах родилась у меня после радиоэфира. Моя гостья Александра Никифорова, многодетная мама, рассказала, что в Новой Боровой увидела девочек 8-10 лет в масках кошек, они фыркали и проявляли агрессию к людям. «Квадроберы в Минске? — удивленно спросила я. — Как это?» Хотя логическая цепочка проста. Прилегающий к столице жилой комплекс «Новая Боровая» известен шатаниями своих жителей-либералов в 2020 году. Они, как известно, лояльно относятся к ЛГБТ. Некоторые из них уехали, кто-то отбывает срок, другие притаились. И пусть это не основная часть жителей, но что творится в таких семьях, неизвестно. Мое мнение: там, где воспитывают детей в традиционных ценностях, почитают бабушек и дедушек, царит любовь и уважение, квадроберов быть не может. А вот родитель, потакающий свежим трендам в TikTok, станет это взращивать либо не обращать внимания на хобби своего чада. А вероятно, на­оборот, расскажет о множестве гендеров, свободе самовыражения ли­бидо и прочем. Стоит отметить, что в Новой Боровой почти нет социального жилья. Прекрасное место для так называемой новой городской буржуазии. Получается, православная церковь права, когда заявляет, что квадроберы — опасная субкультура, которая готовит ребенка к принятию антиценностей — множественности гендеров и ЛГБТ-идеологии? Ждать ли перекосов? Начнут ли рьяные ультрапатриоты требовать отмены новогодних маскарадов в садиках? Кто в детстве не был мальчиком-зайчиком или девочкой-лисичкой? Хочется надеяться, что мы избежим этих ненужных споров, обвинительных речей и сохраним светлые и добрые традиции, которые никому не принесли вреда. А выгуливать собственного ребенка на поводке и разрешать ему есть собачий корм — явная девиация. В этой ситуации должны прийти на помощь общественность, психологи и правоохранители. Если, конечно, дойдет до такой крайности. Наше общество часто пробуют на зуб западные технологи, протаскивая ту или иную субкультуру на территорию Беларуси. Все каналы открыты, а отсутствие контроля мам и пап за детьми в интернете — благодатная почва. Что делать? Давайте без перекосов. Просто надо быть родителями! Не только обеспечивать достойную материальную жизнь ребенка, но и разговаривать с ним, побольше проводить времени вместе и, главное, любить. День матери и День отца — прекрасный повод посмотреть, насколько собственное воспитание дало плоды. Если вы не забываете сказать спасибо родителям за жизнь, то ваши дети сделают то же самое.

В ЦК Коммунистической партии Беларуси накануне Дня Солнца, дня рождения основателя КНДР и Трудовой партии Кореи Ким Ир Сена, состоялись встреча с Чрезвычайным и Полномочным Послом КНДР в Беларуси Зу Зен Боном и показ фильмов о современных достижениях социалистической Кореи. Зу Зен Бон отметил, что за последние пять лет эта страна, несмотря на вызовы ковидной эпохи, постоянные угрозы безопасности и продолжающееся санкционное давление, смогла победить многие проблемы, модернизировала систему здравоохранения, расширила социальную и туристическую инфраструктуру. Выяснилось, что корейцы, как и белорусы, не обращают внимания на санкции и каждый год открывают инновационные производства в разных отраслях хозяйства. В КНДР, как и в нашем государстве, есть собственные сельскохозяйственные машины, бытовая техника и современные предприятия ­пищевой промышленности. В ходе встречи отмечалось, что это страна с рискованным земледелием (из-за горного и муссонного климата). Потому она заинтересована в сотрудничестве с Беларусью в первую очередь в области технологий сельского хозяйства. Северокорейцы активно занимаются модернизацией этой отрасли и стараются применить беспилотники для опрыскивания полей. Потенциал для взаимовыгодных отношений точно есть. Очередной День Солнца социалистическая Корея встретила с позитивом и новыми планами, постепенно открываясь дружественному миру. Не секрет, что в КНДР построили горнолыжный курорт высокого класса, туда предлагают туры. Столица этого государства, Пхеньян, тоже готова принять гостей. Посольство Корейской Народно-Демократической Республики в Беларуси призвало участников встречи не опасаться нового и посетить страну, где рады видеть наших граждан.

В эти дни проходит главное событие в жизни страны — второе заседание VII Всебелорусского народного собрания. По своей значимости оно сравнимо со съездами Коммунистической партии Советского Союза, на которых принимали пятилетний план развития государства. За 28 лет ВНС проводили семь раз, первое заседание VII Всебелорусского народного собрания состоялось 24-25 апреля 2024 года. И вот сейчас, в конце 2025-го, созрела необходимость провести второе. В центре внимания — поистине историческое выступление Президента и принятие делегатами Программы социально-экономического развития Беларуси на 2026-2030 годы. По сути, это народная пятилетка, за которую нужно выполнить масштабные задачи по дальнейшему развитию отраслей производства, обеспечению безопасности в условиях глобальных вызовов, нестабильности в мире — в первую очередь это касается конфликта на Украине. Отдельное внимание в программе уделяют повышению качества уровня жизни людей, созданию рабочих мест и привлечению инвестиций в регионах. Ежегодно столица выделяет 20 % своих доходов районам республики. Однако сейчас происходит активное налаживание трансграничного сотрудничества белорусских регионов с российскими, прежде всего в этом задействованы Витебская, Могилёвская и Гомельская области. Благодаря географическому положению, наличию мощной про- мышленной базы они выступают локомотивом партнерства. Успешно себя проявила и инициатива «Один район — один проект», которая проводится с 2022-го. За это время реализовано свыше 84 проектов и создано 5,8 тысячи рабочих мест. Но на каждый прогресс есть статья расходов. Для нашей страны это социальная сфера. В Минске на нее выделяют 48-50 % от всех денежных средств, в регионах такие расходы тоже превалируют над остальными. Также в центре внимания Программы социально-экономического развития на 2026-2030 годы создание высокопроизводительного агропромышленного комплекса. В условиях мировых проблем с продуктами питания, изменения климата и возникающих локальных конфликтов продовольствие становится новым золотом XXI века. Товары наших агропромышленных предприятий успешно экспортируют в страны как ближнего, так и дальнего зарубежья. Уверен, что за предстоящую пятилетку доля отечественной продукции на мировых рынках значительно увеличится — желание и возможности для этого есть.

Для моей бывшей Родины — Советского Союза — декабрь оказался месяцем роковым. Каждое 30 декабря мы почти 70 лет праздновали день рождения родной страны. А 8 декабря 1991 года ее вдруг не стало. Ты проснулся, а у тебя попросту нет Родины. Совсем! Не верилось… Не верилось даже тогда, когда через 17 дней спускали красный флаг над Кремлем… Не знаю, как для кого, а лично для меня это было огромнейшим потрясением. В декабре 1991-го главы трех республик (России, Украины и Белоруссии) на нашей же земле в Беловежской пуще подписали соглашение о том, что СССР отныне нет. На смену ему, мол, пришло Содружество Независимых Государств. Но прихода этого Содружества как-то никто из простых граждан не заметил. В отличие от обеднения, нищеты, безработицы и национальных конфликтов. Последние, увы, не закончились и по сей день. Помню, как готовили первую полосу одной из республиканских газет о подписании тех самых беловежских соглашений. Идея была в том, чтобы на карте СССР сфотографировать бутылку «Беловежской» и четыре наполненных стакана, один из которых накрыт краюхой черного хлеба. Но задумка оказалась практически невыполнимой, так как во всем огромном Минске «Беловежскую» купить было нельзя. Никогда не идеализировал нашу советскую жизнь, но чем дольше живу, тем все больше и больше скучаю по ней. И все больше раздражает стремление многих постсоветских «политологов» показать и доказать, что мы, советские люди, были, мол, несвободными, идеологически ущербными, нищими и голодными. В истории СССР, как и в истории каждого государства, можно найти факты на любой вкус, все зависит от того, что хочешь найти. Но бесспорно одно: история той страны — удивительная череда порой просто мистических событий. В ней есть все: невероятные победы и унизительные поражения, восторг уникальных достижений и страх внезапных репрессий. Но факт остается фактом: пройдя через множество потрясений, включая две мировые войны и граж­данскую, с 1913 по 1986 год страна увеличила свое нацио­нальное богатство более чем в 50 раз, национальный доход — в 94 раза. Число студентов высших учебных заведений увеличилось в 40 раз, врачей — в 48 раз. На 1986 год национальный доход СССР составлял 66 % от аналогичного в США, продукция промышленности — 80 %, сельского хозяйства — 85 %. Да, большинство из нас были многого лишены. Навороченных игрушек, жвачки, джинсов… Но разве без этого мы были несчастливы? Просто больше ценили каж­дую свою игрушку. Особенно ту, которую смастерили сами. А вместо жвачки у нас были изумительная хлебная корочка, натертая чесноком и посыпанная солью, бабушкины пирожки и пышки, мамино варенье, в котором каждая ягодка сияла, как рубин… Да, наши родители работали много, а получали порой гроши, но никто из нас, детей, никогда не боялся остаться голодным. И даже не мог себе этого представить. Да, магазины, особенно в отдаленных деревнях и поселках, часто были полупустыми, но в каждой семье столы ломились, когда в дом приходили гости. Мы не со­мневались, что когда-то государство подарит нам квартиру, кому-то раньше, кому-то позже, но произойдет это обязательно, причем совершенно бесплатно. Даже «Запорожец» мы могли купить с большим трудом всё из-за того же пресловутого дефицита. А «Мерседесы» видели лишь в кино, и то не всегда самые новые. Но это совсем не мешало нам регулярно навещать близких, если даже судьба забросила их на Сахалин. (И Сахалин нам был почти так же дорог, как Минск и Брест, Киев и Москва, Душанбе и Фрунзе…). Деньги водились у всех, а билет на поезд или даже самолет стоил если не копеек, то вполне подъемных руб­лей. Не так давно двоюродный брат, обжившийся почти новым «Фордом», уверял, что будет заезжать в гости чаще. С тех пор мы стали видеться еще реже. Вот и считайте… Да, мы верили, что человек человеку брат. Что добро возвращается добром. Что честность и трудолюбие — высшие человеческие добродетели. Что родная страна лучше всех… Но разве такая вера ущербна? И разве можно без нее вообще когда-либо и где-либо воспитать маленького человека настоящим гражданином и патриотом? А как без патриотизма и любви к родной стране построить здоровое и процветающее общество? Да, мы были несвободными. Ездить за границу, например. Но и несвободными врать, обижать слабых и старых, хамить учителям… Зато мы были свободными в главном — выбирать и мечтать. Выбирать кружки и секции, пио­нерские лагеря и детские санатории не по прайс- листу, а по желанию, так как все они были бесплатными. Мы не боялись грезить стать космонавтами, летчиками, подводниками, геологами, художниками, артистами, потому что были уверены: это по силам каж­дому, если хорошо учиться и не бояться труда. Поэтому и выбирали свои будущие специальности не по проходному баллу ЦТ, а по толстенному справочнику вузов и ссузов Советского Сою­за, выискивая именно ту специальность, которая наиболее была по душе. И ехали поступать порой за тридевять земель. Воспоминания своего далекого прошлое сегодня — отнюдь не возрастная ностальгия по ушедшему навсегда. Делать это все чаще заставляют мысли о будущем. И совсем не о своем, а о будущем детей и внуков. Когда в мире творится такая чехарда, когда рушатся идеалы, а у твоих границ рвутся бомбы и снаряды, очень хочется назад в СССР. Пусть не в самую богатую и сытую страну, но в ту, которой мы гордились за спокойствие, которую уважали за стабильность, а кто-то даже и побаивался — за силу и мощь. Говорят, если мечтаешь о возрождении СССР, то у тебя нет разума. А если не жалеешь о Советском Союзе, то у тебя нет серд­ца. Что-то в этом есть. И тем не менее формула слишком проста, чтобы измерить все утраченное и приобретенное. Беларусь упрекают, что мы сохранили немалую часть советских традиций и взаимоотношений. Так, может, это и есть повод для гордости?

Таким выражением можно описать закрытие вещания российского оппозиционного телеканала «Дождь» в Латвии, который эмигрировал туда после 24 февраля. Специфичность такого события заключается в глубокой заидеологизированности контента этого канала. Преданность редакции «Дождя» либеральной идеологии порой не просто затмевала этические нормы, но и нарушала законодательство России. «Дождь» поливал свою Родину грязью на протяжении десятка лет. Он споткнулся не впервой. Еще в 2014-м в эфире «Дождя» поглумились над блокадой Ленинграда во времена Великой Отечественной войны, за что вещание телеканала было исключено из кабельных сетей России и ушло в интернет. После установили иностранное финансирование «Дождя», что привело к присвоению каналу статуса иноагента. Наступило 24 февраля, и «Дождь», надеясь на свободу слова и права человека, перекочевал в Латвию. Однако жизнь телеканала в этой стране Евросоюза длилась немного — всего 4,5 месяца. Латвийским влас­тям не понравилось, что один из его ведущих в эфире предложил всем, кто хочет рассказать о мобилизации в России, писать на почту телеканала. А затем добавил: «Многие из историй, написанных на нашу почту и в Telegram-бот, становятся опубликованными. Мы на­де­ем­ся, что многим военнослужащим в том числе мы смогли помочь, например, с оснащением и просто элементарными удобствами на фронте». И там же он назвал российскую армию «нашей армией». И канал вмиг лишили лицензии на вещание. Это не первая история, когда либеральные догмы «Дождя» бьют по нему же. Еще в 2017 году он потерял лицензию на вещание в Украине, хотя до этого вылезал из кожи вон в своей поддержке киевского режима. История поучительная. Вера редакции телеканала в безоговорочный либерализм, сладкую и свободную жизнь на Западе разбилась о реалии. Либерализм оказался не больше чем утопией, а свободы слова в путинской России было куда больше, нежели в называющем себя свободным Евросоюзе. Цензура, темники на либеральном Западе оказались намного более реальными и жестокими, чем могли себе представить сотрудники «Дождя». Нам всем эта история показала, как важно журналистам и пользователям осознавать, что мир намного сложнее любых штампов и схем, за которые следует чаще выходить, чтобы не попасть на крючок иллюзий и остаться свободными.