500 рублей за потраченные нервы. Минчанка судилась с фирмой из-за бракованной мебели и выиграла дело

Нечастый случай в судебной практике по потребительским делам — моральные страдания истца оценены в 500 рублей. Довольно большая сумма. В нюансах разбирался корреспондент агентства «Минск-Новости».

Фото носит иллюстративный характер

Термин «потребительский экстремизм» прижился с нулевых годов и, слава богу, законодательно никак не закреплен. У производителей товаров и услуг, разумеется, другое мнение. Они бы с удовольствием вчинили встречные иски не в меру ретивому потребителю, злоупотребляющему своими правами.

Но, как говорили древние, dura lex, sed lex — закон суров, но это закон. Называть экстремистом заблудшую потребительскую душу, купившую за свои деньги откровенный брак и требующую вернуть их обратно, никому не позволено. О судебной практике по таким делам беседуем с юристом Минского общества потребителей Вадимом Мазго.

— Вадим Романович, часто ли ваших подзащитных называют потребительскими экстремистами и как поступает в таких случаях Фемида? Вспомните что-нибудь характерное.

— Охотно. В начале нынешнего года жительница Минска заказала изготовление мебели в свою квартиру-новостройку. Предполагались авторский дизайн и полная комплектация помещений, включая оформление прихожей, установку корпусных шкафов в спальне, обустройство ТВ-зоны в гостиной и так далее.

— Решение разумное и должно только приветствоваться. Всегда приятно, когда интерьер квартиры выполнен в едином стиле.

— На все работы исполнитель отвел 45 дней. Это не много и не мало, потому что в первую очередь говорит о солидности поставленного дела. Так вот, прошло оговоренное время, и в квартиру начала поступать заказанная мебель. Одновременно прибыл акт приема выполненных работ. Заказчица его подписала.

— Не глядя на то, что привезли?

— К сожалению, так бывает. В кругу интеллигентных людей принято доверять друг другу. Это непредосудительно, наоборот, говорит о лучших качествах личности. Что же касается нашей ситуации, то вскоре всё пошло не так. В мебели обнаружились конструктивные недостатки, а где-то даже брак. Заказчица обратилась в фирму. Претензии были стандартными, равно вписывались как в Гражданский, так и в моральный кодекс воспитанного человека. Заказчица призывала либо устранить недоделки, либо уменьшить сумму договора и вернуть часть денег. Иначе за что она должна платить! Ответчик пойти навстречу требованиям не поспешил, развязка ситуации затягивалась. И тогда, устав от интеллигентного молчания противной стороны, наша героиня обратилась в Минское общество потребителей. Изучив все обстоятельства произошедшего, мы подготовили исковое заявление в суд.

— А почему бы сначала не провести экспертизу мебели? Для суда это были бы убедительные аргументы.

— До экспертизы речь еще дойдет. Она стоит денег, платить которые многие не решаются. Но продолжу. Суд — дело небыстрое, и споры по поводу качества мебели растянулись на полгода с весны до нынешней осени. Поскольку ответчик продолжал отрицать допущенный им брак, судья постановил провести экспертизу. Причем, как это и бывает в таких случаях, оплачивать ее обязали производителя. Но тот опять же раскошеливаться не спешил.

— О какой сумме шла речь?

— Около 800 рублей. Не так много для предприятия-изготовителя, но довольно накладно для рядового покупателя. И наша подзащитная была вынуждена пойти на такой шаг.

— То есть оплатила экспертизу самостоятельно?

— Да, иначе дело затянулось бы на долгий срок. Ответчик и обоснованность уже произведенной экспертизы отрицал, уклоняясь вообще от каких-либо действий со своей стороны.

— Суду такая позиция о чем-то говорит?

— Конечно. Налицо нежелание признавать свою вину. Тем более что выводы экспертов были однозначны: брак допущен, мебель некачественная. В результате суд вынес решение в пользу потребителя практически в полном объеме. Были удовлетворены требования о соразмерном уменьшении стоимости работ по договору, а также, что немаловажно, взыскан моральный вред в размере 500 рублей.

— Это действительно много?

— Скажем так, нечастый случай. Обычно цифры, фигурируемые в подобного рода делах, гораздо скромнее. Отмечу еще одну особенность. В ходе судебных слушаний ответчик принял тактику контробвинений в отношении истца. Нашу подзащитную обвиняли в потребительском экстремизме, желании заработать на изготовителе. Это делалось и письменно, и устно, в том числе на судебных прениях. Мы обратили внимание суда на указанное обстоятельство, и, думаю, это была не последняя причина, которой руководствовался суд, определяя размер компенсации морального вреда.

— Чем всё закончилось для ответчика?

— Выплатой истцу 2,9 тыс. рублей в качестве соразмерного уменьшения работ по договору, компенсацией расходов на проведение экспертизы, а также затрат Минского общества потребителей. Также это уплата госпошлины, суммы за причиненный моральный вред и, наконец, штраф в доход государства в размере всех исковых требований.

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ