Без обмана: на что минчане меняют собственное жилье, заключая договор ренты

Кому больше выгодна услуга пожизненного содержания с иждивением, государству или пенсионерам? На что минчане меняют свое жилье, заключая договор ренты? Эксперимент по оказанию услуги пожизненного содержания с иждивением обсуждали в ходе круглого стола в агентстве «Минск-Новости» представители социальной сферы города.

Пару лет назад минчане скептически восприняли предложение о передаче своего жилья в коммунальную собственность города на условиях договора пожизненного содержания с иждивением: за первый год эксперимента такой договор с государством заключил только один пенсионер. А какова ситуация сегодня?

DSC_2883

Заместитель председателя комитета по труду, занятости и социальной защите Мингорисполкома Ирина Дудка:

– Действительно, первым был житель Октябрьского района. На тот момент его друг предлагал переписать квартиру на своего сына в обмен на заботу. Но пенсионер отказался, заметив: «И гарантии ухода не получу, и друга потеряю».

Особую активность пожилые люди стали проявлять с начала 2013 года.

На сегодня через Мингорисполком прошли 20 заявлений о заключении договора пожизненного содержания с иждивением, 4 из них – с семейными парами. 10 договоров уже заключены (с 13 минчанами). Трое живут в Городском доме-интернате для ветеранов войны и труда «Світанак».

DSC_2891

Директор Территориального центра социального обслуживания населения (ТЦСОН) Октябрьского района Алла Аранович:

Первый рентник проживает в своей квартире. Соцработник приходит к нему 5 раз в неделю в удобное для пенсионера время. У них очень теплые взаимоотношения. Дедушка, например, как-то попросил помочь ему пожарить котлеты для гостей ко дню рождения. Кроме того, территориальный центр ежегодно предоставляет подопечному машину, чтобы он мог съездить на могилу матери. Такую услугу, конечно, оказываем в порядке исключения.

Правда, соседям пенсионер не рассказывает о том, что заключил договор, интервью СМИ не дает. Хотя, мне кажется, это было бы только на пользу делу – формировался бы положительный имидж проекта. Об услуге нужно чаще говорить по радио, потому что пожилые люди слушают его постоянно.

DSC_2887

Директор Городского дома-интерната для ветеранов войны и труда «Світанак» Елена Варивончик:

– Те, кто проживает в «Світанке», охотно соглашаются на интервью, но боятся осуждения со стороны своих знакомых. Сегодня к нам поступает много телефонных звонков: люди интересуются, хотят принять участие в эксперименте.

– Чем же так страшна рента для людей?

DSC_2898

Психолог ТЦСОН Октябрьского района Ольга Зуева:

– Основная причина страхов, на мой взгляд, – недостаточное освещение средствами массовой информации этого вопроса. В частности, телевидением, поскольку пожилые люди большую часть времени проводят именно у телеэкранов. «По телевизору такие ужасы показывают! Квартиру забрали, оставили стариков на улице…» – часто восклицают наши посетители. СМИ для них авторитет. Но вся беда в том, что о таких вещах, как рента, в основном рассказывают не в новостях (из официальных источников), а в ток-шоу, где представлен практически один негатив.

Мы всегда успокаиваем: договор с государством – гарантия безопасности.

Тогда начинают задавать вопросы, взвешивать все за и против. К слову, в последнее время количество обращений за этим видом услуги растет. Многих возмущает поведение собственных детей, которые говорят: «Отдай квартиру, и тогда я буду ухаживать за тобой». Человек задумывается: заключить договор с государством, где четко прописаны обязанности сторон, или все-таки положиться на совесть ребенка, который вырос на всем готовом?

И. Дудка:

В плане информирования нам также помогают Минская городская организация ветеранов и волонтеры проекта «Пожилые – старикам». Они доносят информацию об этой социальной услуге, им доверяют. Мы беседовали с двумя сотнями человек, имеющими негативный опыт заключения договоров ренты с частными лицами. К нам те люди не пришли, потому что боятся вновь быть обманутыми.

DSC_2890

Начальник юридического отдела комитета по труду, занятости и социальной защите Мингорисполкома Эмма Акуло:

– Да и при слове «интернат» многие сразу представляют закрытую территорию: если попал туда, то уже не выберешься. На память приходят богоугодные заведения, описанные у Достоевского. Но жизнь меняется. На стенах уже нет масляной краски – поклеены обои, домашняя мебель. Рентники, кстати, могут часть мебели забирать из своих квартир…

Требуется время, ведь пожилым людям непросто принять решение – фактически признать то, что они одиноки и никому из тех, с кем общались раньше, не нужны. Согласитесь, абсолютно одиноких людей крайне мало. У большинства есть внуки, племянники, братья. Психологически мешает и такой момент, как приватизация квартиры: очень сложно отдать то, что совсем недавно стало принадлежать тебе! Еще как-то надо пережить, если другие об этом узнают… Хотя, по сути, волноваться тут нечего.

Чем выгодна рента государству и рентополучателям?

И. Дудка:

– Судите сами. Проживание в доме-интернате одного пенсионера обходится государству в сумму порядка 7 млн рублей в месяц. При этом подопечный получает пенсию в полном размере и рентную выплату (1 базовую величину – 130 тыс. рублей сегодня); ему предоставляют диетическое питание, медицинские услуги.

Те, кто выбирает обслуживание на дому, ежемесячно кроме пенсии также получают рентную выплату, но уже в размере 3 базовые величин (сегодня это 390 тыс.). Готовить еду помогает соцработник. Весь перечень оказываемых услуг прописан в договоре.

Е. Варивончик:

– В доме-интернате предлагают меню на выбор. Кроме общей столовой на каждом этаже имеется кухня, где подопечные могут сами готовить. Проживают наши рентники в блоке по одному, а семейным парам предоставляем целый блок. Если до этого люди жили в однокомнатной квартире, то тут получают двухкомнатную. Улучшение условий очевидно!

DSC_2895

Получается, «Світанак» и в самом деле дворец?

 

Э. Акуло:

– Жить там комфортно, но дом-интернат, бесспорно, никогда не заменит любви детей и внуков. Старики должны жить в семье. Договор ренты – для одиноких пожилых людей. Выбирая между чужим человеком и государством, лучше довериться последнему. Для представителя государства это работа, нет личной выгоды. Если рентополучатель не сошелся характером с одним соцработником, может прийти другой. Государство все равно окажет поддержку, независимо от того, передал ты в его собственность жилье или нет. Просто в последнем случае внимания будет значительно больше.

К слову, содержание пенсионеров в «Світанке» для государства менее выгодно, чем социальное обслуживание по месту жительства: стоимость квартиры вряд ли покроет траты государства на содержание ее бывшего владельца. В данной ситуации это одна из форм работы с пожилыми, а не желание нажиться на них. Изначально вопрос о рентабельности даже не возникал, так как во главу угла ставилось улучшение качества жизни одиноких пожилых людей. Кроме того, часто в процессе оформления документов находились родственники стариков: перспектива потери жилья вынуждала их заявлять о своем существовании. Хотя бы таким образом пожилые оставались в кругу семьи.

А. Аранович:

– Хочу добавить: за 2013 год пенсионер, который первым заключил договор о пожизненном содержании с иждивением, получил 3 млн 870 тыс. рублей рентных выплат. Коммунальные услуги ему оплачивает государство (в прошлом году – почти 4 млн), территориальный центр платит из внебюджетных средств за телевидение и радио (35–40 тыс.). В 2012 году в квартире были заменены краны (1,5 млн рублей). Сотрудники ТЦСОН по собственной инициативе разработали и программу досуга для подопечного.

И. Дудка:

– Как видите, качество жизни человека улучшается: он остается в своей квартире, спокоен, что ему гарантирован надлежащий уход.

– А как проводят досуг проживающие в «Світанке» рентники?

DSC_2904

Культорганизатор Городского дома-интерната для ветеранов войны и труда «Світанак» Татьяна Ворса:

– У нас есть тренажерный зал, бильярдный стол, помещения для трудотерапии: женщины шьют, вяжут, осваивают валяние из шерсти, мужчины не прочь плотничать. Цветоводы работают на клумбах. Весной, например, хотим высадить лечебные травы. Кроме того, у всех рентников есть телевизор в комнате. Смотреть телепередачи они могут и в холле вместе с остальными проживающими в доме-интернате. Есть и так называемый домашний кинотеатр, где показываем фильмы по заявкам. После просмотра кинокартин – обсуждение. Активисты входят в недавно созданный Совет дома.

Пенсионеры также посещают театры, ездят на экскурсии. Кроме того, они имеют право гостить у родственников, навещать друзей. Но надо сказать, что большинство предпочитают сидеть в комнатах, их непросто раскачать на какое-либо мероприятие. Тот же, кто в молодости был активным, жизнерадостным, таким дожил и до старости.

– Каким образом используются квартиры тех рентников, которые переезжают в дом-интернат? На каких условиях может быть расторгнут договор пожизненного содержания с иждивением?

Э. Акуло:

– Квартиры, как правило, сдают в аренду гражданам, которые нуждаются в улучшении жилищных условий. Повторю: государство в данном случае не имеет прибыли, но убытки нести тоже не должно.

Договор может быть расторгнут в том случае, если рентополучатель докажет в суде, что государство не оказывает тех или иных услуг, прописанных в документе. Если суд выносит положительное решение, квартиру человеку возвращают, а вот потраченные средства государство назад не получает, то есть выгоды нет, как видите. Потому мы и заинтересованы в том, чтобы выполнять до конца взятые на себя обязательства.

DSC_2876

Как возникла идея такого эксперимента? Чей опыт брался за основу?

Э. Акуло:

– В Гражданском кодексе давно закреплена возможность рентных взаимоотношений между физическими лицами: такие договоры заключали и заключают друг с другом родственники, знакомые. Но количество расторжений росло. Почему? Через год-два у человека, который вызвался ухаживать за пожилым соседом, меняется, например, ситуация в семье, ухудшается состояние здоровья, и договорные обязательства постепенно отходят для него на последний план. Квартира вроде бы уже в кармане, а уделять внимание старику ох как не хочется… Мы решили взять ситуацию под контроль.

И. Дудка:

– Изучали московский опыт, но наш вариант имеет отличия. Например, в Москве нет ренты по месту жительства, пенсионеры переселяются в отдельный дом-интернат, специально построенный для этой цели. Квартира сразу продается, и рентополучателю выплачивают компенсацию. Мы исходили из минимального задействования бюджетных средств и минимальных изменений действующего законодательства. К тому же предоставляем выбор: в договоре прописано, что человек, если ощущает потребность в постоянном уходе со стороны, может отказаться от обслуживания на дому и переехать в дом-интернат.

DSC_2884

– Получается, что проект в большей степени выгоден пенсионеру. Но не способствует ли это укреплению иждивенческих позиций многих наших граждан?

Э. Акуло:

Нужно твердо усвоить: рента – не благотворительная акция государства, а платная социальная услуга. Договор предполагает обоюдные обязательства. Это отношения двух партнеров. Вопросы возникнут, если начнут стираться грани партнерства. Поэтому я противник лишней опеки – нельзя создавать прецедент, давать повод думать, что может быть иначе, чем прописано в договоре.

В начале эксперимента возник было вопрос: сможет ли государство обеспечить требования, предъявляемые потенциальными рентниками? Сейчас видно, что эти требования реальные, не завышенные. Мы понимаем, что можем сотрудничать без особых проблем, и не прогнозируем больших конфликтов в части исполнения обязательств. Государство точно сможет обеспечить стариков тем, что они хотят, и создать им достойные условия жизни на склоне лет.

И. Дудка:

– В 2015 году комитет по труду, занятости и социальной защите будет держать отчет о проведении эксперимента. Обязательно представим предложения от всех его участников. Возможно, предложим заключать договор ренты тем пожилым людям, у кого есть дети, которые не могут или не хотят оказывать родителям должную поддержку. Подумаем и о снижении возрастного ценза для тех, кто имеет право на такую услугу. Особенно если это будет касаться людей с инвалидностью – таких обращений поступает немало. Обращаются даже дети стариков, проживающие за рубежом: они готовы платить деньги и заключить договор пожизненного содержания их родителей с иждивением.

 

 

Справочно

Эксперимент по оказанию одиноким пожилым людям платной социальной услуги пожизненного содержания с иждивением реализуется в Минске с 2011 года. Суть его такова: одинокий человек в возрасте от 70 лет, имеющий в собственности квартиру, на которую не претендует третье лицо, заключает специальный договор с интернатным учреждением либо с территориальным центром социального обслуживания населения. В первом случае он отдает свою квартиру в коммунальную собственность города и переезжает в дом-интернат для ветеранов войны и труда «Світанак» (поселок Тресковщина Минского района), где живет на полном государственном обеспечении. Второй вариант предполагает проживание дома и определенный набор услуг социального работника (приготовление еды, сопровождение в поликлинику, стирка, уборка квартиры и другое).

Информацию об условиях рентного договора можно получить, обратившись в комитет по труду, занятости и социальной защите Мингорисполкома, районные управления социальной защиты и территориальные центры социального обслуживания населения.

Материал подготовили Глафира Летковская, Наталья Котелева

Фото Алексея Колесникова

 

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ