БОЙЦОВ НЕ РЕДЕЕТ СТРОЙ. Письма участников Великой Отечественной войны — живое свидетельство героических лет

Письма участников Великой Отечественной войны, сохранившиеся в их семьях, — живое свидетельство героических лет. Подробнее — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

О том, какое значение имеют эти пожелтевшие от времени листки бумаги, к сожалению, не все догадывались. Поэтому многие послания с фронта безвозвратно утеряны — с уходом старшего поколения, во время переездов и других семейных пертурбаций.

Домашний архив

В семье минчанки Татьяны Владимировны Валькович домашний архив в полном порядке. На встречу с корреспондентом она принесла целую папку с документами военных лет. Значительная их часть имеет отношение к Николаю Антоновичу Кукаренко* — родному дяде Татьяны Владимировны. Это его фотографии, письма, автобиография, служебные удостоверения, анкеты, справки из госпиталей, где лечился после ранений, копия наградного листа. Есть тут и извещение о гибели: «…в бою за социалистическую Родину, верный воинской присяге, проявив геройство и мужество, был ранен и умер от ран 14 февраля 1944 года».

И еще к этим документам несколько лет назад был добавлен альбом «Письмо с фронта», в основе которого большое, на нескольких страничках, послание, которое отправил с фронта Николай своему старшему брату Федору. Издан альбом усилиями самой Татьяны Владимировны и ее сестры Светланы. Обе они школьные учительницы, и это чувствуется, когда листаешь созданную сестрами документальную книгу. Если ее развернуть перед классом, то даже с последней парты будут хорошо видны и портретные фотографии, и карты, и факсимильные копии документов, отображающие боевой путь офицера танковых войск. Художественно оформить издание и подготовить его к печати помог ученик Светланы Владимировны, который хорошо владеет компьютерным дизайном. Тираж — всего несколько экземпляров, но это сестер не смущает. Ведь книга прежде всего для семьи, для непосредственных наследников дорогой для них памяти. К тому же есть ее электронный вариант.

Из довоенного поколения семьи Кукареко, проживавшей в деревне Малинники Пуховичского района, осталась только Раиса Антоновна — мама Татьяны Владимировны. Сейчас ей 89-й год. Она помнит, как брат Николай приезжал в деревню в отпуск. Молодой, красивый, в военной форме, он очень симпатично вальсировал. Однажды взял сестренку на руки, и ей запомнилось: «Ты же вся у нас в кудряшечках, красавицей будешь!»

Николай Кукаренко

В предисловии к альбому «Письмо с фронта» Татьяна Владимировна написала: «Фронтовые письма — голоса из прошлого, голоса с передовой, с той линии между добром и злом, где каждый день решалась не только жизнь отдельного солдата, но и право на жизнь целой страны, цивилизации. Давайте же прислушаемся к одному из таких голосов, попытаемся понять, чем жили герои того времени…»

Ночь в подбитом танке

Из письма командира танковой роты старшего лейтенанта Николая Кукаренко брату Федору:

«Здравствуй, родной братишка!

Вчера я от тебя получил письмо, за которое тысячу раз благодарю.

…Ляжешь спать и чего только ночью не передумаешь. Вспомнишь детство, при каких условиях мы воспитывались и т. п. Вспомнишь школьные годы…

Бывает, еще совсем темно, надев суконную жакетку и нацепив мешок за плечи, ты уходил из дома в школу и сразу же скрывался в утренней тьме. А тут — пронзительный ветер, снег, мороз берет свое. Выйдет за тобой мать во двор и возвращается обратно тусклая, а иногда и слезу пустит. А мы, еще маленькие, встанем и сидим на лавочке возле горящей лучины.

…Вспоминаются и те годы, когда ты уже учился в Минске. Нет тебя дома неделю, а иногда и две. С каким нетерпением мы ждали выходные дни! И вот видим через окно — показался ты на улице, а тут ты уже и дома, какая радость! Да, интересная была наша жизнь, есть что вспомнить.

…Точно, как будто бы растение, вышедшее из земли на свет, начинает бурным ростом выдвигаться все выше и выше — так примерно мы росли и вышли в свет…

Вот только гитлеровская сволочь нарушила мирную прекрасную жизнь, преградила на время путь… Теперь наша задача в том, чтобы разломать эту нависшую над нами железную гитлеровскую стенку так, чтобы невозможно ее было восстановить… Проучить надо так, чтобы навсегда запомнили…

Как ты знаешь, встретил я эту войну с первого ее часа… За это время накопил кое-какой опыт, вверенные мне экипажи на своих машинах уничтожили больше десятка гитлеровских танков и орудий, сотни гитлеровцев. Но этого для меня мало. Надо мстить за отца, мать, братьев, сестер, томящихся под игом гитлеровских палачей, за свою Белоруссию и за свою русскую родину.

…На тебя выпала обязанность работать на мирном фронте. Из твоих писем я вижу, что справляешься ты отлично. Тыл и фронт должны сплотиться воедино… Еще осталось лишь пожелать тебе наилучших успехов в будущем и наилучшего здоровья.

Поскольку ты интересуешься, я кратко опишу тебе эпизод из своей военной деятельности. Был холодный декабрьский день. Утром нас подняли по тревоге и собрали в штаб части, где была поставлена задача к 12 часам дня овладеть несколькими населенными пунктами и высотами. К 11 часам дня я со своим подразделением при поддержке пехоты, прорвав оборону на указанном участке, занял населенный пункт и несколько высот, после чего мы вели борьбу за этот населенный пункт. Со стороны противника были подтянуты свежие силы. После контрудара нас немного оттеснили.

Я с двумя экипажами выполнял порученную командованием работу по разрушению немецкого тыла. Вдруг мой танк был подбит, дальше двигаться было невозможно. Это было в полутора километрах от фронта. В общем, до ночи я с экипажем не подпустил фрицев к танку, но, когда стало темно, они подошли к машине, залазили на нее, кричали, чтобы сдавались в плен. Мы решили, если подожгут, то и тогда сдаваться не будем… Конечно, настроение было неважное. Всех вспомнил в те часы. Башня танка поворачивается электромотором, и мы это использовали: когда немцы лезли на броню, поворачивали башню и одновременно строчили из пулемета… Так просидели до семи утра. Утром наши решительно ударили и отбили эту местность, так что не смогли немцы нас поджечь.

Когда вылезли наружу, возле танка лежало 28 убитых гитлеровцев.

Я награжден орденом Красного Знамени. Двух других членов экипажа наградили орденами Красной Звезды, а механика-водителя — орденом Отечественной войны первой степени.

Орденом «Красного Знамени»

…Это только один эпизод моей военной деятельности.

Пиши. Через 4–5 дней вышлю общую фотокарточку, когда нас фотографировали вместе с М. И. Калининым (при получении ордена).

Крепко жму руку, твой брат Николай. 27.06.1943 г.»

Родня

«Родной братишка» Федор, которому адресовано письмо, пользовался в семье Кукареко особым уважением. Родственники им гордились.

— Поражает, что он, выходец из простой крестьянской семьи, достиг таких высот, — говорит Татьяна Владимировна. — Еще до войны окончил Высшую партийную школу в Москве, работал в Министерстве иностранных дел. В семье хранится политическая карта мира, где отмечены все страны, в которых он побывал с 1946 по 1984 год. Северная и Южная Америка, многие государства Африки, Япония, вся Европа… Он шутил, что Женеву знает лучше, чем Москву. Имел дипломатический ранг чрезвычайного и полномочного посланника.

По нашему сегодняшнему разумению фронтовик в своем письме мог бы несколько свысока обращаться к своему родственнику, работающему хоть и на важной должности, но в тылу. Но нет, младший брат проявляет политическую и человеческую зрелость: «Тыл и фронт должны сплотиться воедино».

А кроме Федора, Николаю и писать-то в ту пору было некому — почти вся родня находилась на оккупированной территории Белоруссии.

Отец танкиста Антон Назарович и сестра Ольга были связными в партизанском отряде. Братья Аркадий и Владимир партизанили. Сестра Нина была еще очень молоденькая, но тоже приобщилась к борьбе с оккупантами — добывала для партизан перевязочные материалы.

Когда пришли наши, Антона Назаровича и его сыновей Владимира и Аркадия призвали в армию. У главы семейства возраст был не очень подходящим для солдата, и вскоре он вернулся в Малинники. Земляки избрали его председателем колхоза «Тракторист», и в этой должности он очень хорошо себя проявил в трудные послевоенные годы. Потом, когда хозяйство начало разрастаться, Антон Назарович попросился в заместители председателя, сославшись на недостаток образования: до войны был простым конюхом. Просьба была удовлетворена.

— Дедушка прожил долгую жизнь, умер в 93 года, — рассказывает Татьяна Владимировна. — Всем родным он запомнился как чрезвычайно трудолюбивый человек — с раннего утра уходил в поля, а возвращался нередко затемно.

Боевой путь Владимира, дяди Татьяны Владимировны, сложился удачно. Бывший партизанский разведчик и подрывник дошел с боями до Германии, штурмовал Берлин, после войны окончил командное военное училище, служил в десантных войсках, совершил около 1 000 прыжков с парашютом, в отставку ушел подполковником.

А вот дядя Аркадий с войны не вернулся. В ноябре 1944 года молодой боец, которому было тогда всего 18 лет, приезжал в Малинники на побывку вместе со своим командиром — лейтенантом Андреем Хозяиновым. Тогда отец, мама и сестры видели его в последний раз. Пулеметчик Аркадий Кукареко погиб 11 февраля 1945 года в Восточной Пруссии.

— Об этом в Малинники весточка пришла, — сказала мне Татьяна Владимировна и показала вот это горькое письмо:

«Пишет вам тот самый лейтенант, с которым ваш любимый сын Аркадий приезжал на ноябрьские праздники осенью 44 года. Я знаю, что вам горестно и тяжело читать, что Аркадий погиб в боях за Советскую Родину. Я тоже переживаю вместе с вами тяжелую утрату. Аркадий был любимцем в моем подразделении. Скромный, выдержанный и очень толковый, несмотря на молодость. Он погиб как бесстрашный советский воин. В первых же боях отличился и был награжден медалью «За отвагу».

Примечательно, что это письмо лейтенант Хозяинов отправил в Малинники 9 мая 1945 года. Уже тогда этот день был не только днем торжества. Воины не могли не вспоминать товарищей, не дошедших до Победы.

Семья героя-танкиста на его могиле

Однако вернемся к дяде Николаю, танкисту, который рассказал нам о своей ночи в подбитом и окруженном немцами танке. В феврале 1944-го во время Городокской наступательной операции он, тогда уже командир танкового батальона, выехал на мотоцикле на разведку, чтобы уточнить путь дальнейшего следования своего подразделения. В этом рискованном рейде был ранен выстрелом немецкого снайпера, и его доставили в полевой госпиталь в деревне Хоменки. Через две недели он умер в доме местного жителя Леонида Колбасова. Спустя годы после войны семья Кукареко разыскала Леонида Дмитриевича, и оказалось, что он сам похоронил умершего воина на местном кладбище, а потом и ухаживал за его могилой.

Конечно, семья навещает могилу Николая.

…Татьяна Владимировна верит в то, что собранные в ее семье материалы о родственниках-героях будут храниться вечно. Она хочет этого всем своим сердцем.

* Фамилия родственников Татьяны Владимировны — Кукареко, однако в паспорте ее дяди Николая значилось Кукаренко.

Фото автора и их архива Татьяны Кукареко

Еще материалы рубрики:

БОЙЦОВ НЕ РЕДЕЕТ СТРОЙ. Пустил под откос пять немецких эшелонов. Дочь партизана — о своем отце

БОЙЦОВ НЕ РЕДЕЕТ СТРОЙ. Минчанка благодаря архивам узнала о военных подвигах отца-партизана

БОЙЦОВ НЕ РЕДЕЕТ СТРОЙ. Что искали красноармейцы в 1945 г. в декорациях Венской оперы

БОЙЦОВ НЕ РЕДЕЕТ СТРОЙ. Как сражался минчанин Петр Саенко в Великую Отечественную войну

БОЙЦОВ НЕ РЕДЕЕТ СТРОЙ. Минчанка разыскала место гибели деда через 80 лет после его смерти

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ