Чем живет сейчас минская БСМП

Медики это не афишируют, но теракт в Минском метро 11 апреля 2011 года, потрясший всю страну, для них стал испытанием на прочность.

На верность своему делу. На профессиональный альтруизм. К тому времени, когда стало известно о взрыве, в минской БСМП, которая в результате приняла львиную долю пострадавших, уже закончился рабочий день. Осталась лишь дежурная бригада: 7 хирургов, 4 анестезиолога… На работу срочно вернулись все до единого. Не шли — бежали! Без лишних звонков, приглашений, уговоров. Больница и сейчас в считаные минуты готова развернуть 20 операционных, бороться за каждую жизнь, повисшую на волоске. Символично, что именно на ее базе недавно прошла представительная научно–практическая конференция по неотложной хирургии. Впервые за долгих 15 лет. Об этом рассказывает «СБ«.


Традицию таких профессиональных встреч заложил еще первый заведующий кафедрой неотложной хирургии БелМАПО профессор Григорий Шорох, и когда идею решили возродить, интерес оказался просто завидный. Форум из республиканского быстро вырос до нового статуса — с международным участием. Более сотни участников, в том числе из России, Италии, Узбекистана, Туркменистана. 27 докладов. Сборник одних только тезисов на 300 страниц! По словам нынешнего заведующего кафедрой неотложной хирургии БелМАПО доктора медицинских наук Владимира Хрыщановича, конференция — это большое совместное со 2–й кафедрой хирургических болезней БГМУ детище, которое всячески поддерживал и ректор БелМАПО Михаил Герасименко, и декан хирургического факультета Николай Гвоздь:

— В свое время конференция была очень популярной, и правильно, что мы решили вернуться к истокам. Ведь экстренная хирургия — как падчерица в медицине: увы, мало научных форумов проводится по этой теме. Хотя направление–то жизненно важное, где как раз решаются вопросы демографии. Аппендицит, прободная и кровоточащая язва желудка и 12–перстной кишки, ущемленная грыжа, непроходимость кишечника, торакальная хирургия, сочетанная травма, венозные тромбозы, стеноз 12–перстной кишки — все это ситуации неотложные, когда решение нужно принимать здесь и сейчас, в твоих руках жизнь человека. А в распоряжении — в основном скальпель, нож, нитки и никаких особых специальных препаратов. Плюс знания и опыт, которые тут имеют двойную цену. Поэтому у нас выступали и маститые зарубежные коллеги, например доктор Федерико Кокколини из госпиталя Маурицио Буфалини (Италия) и Валерий Парфенов, директор санкт–петербургского НИИ скорой помощи имени И.И.Джанелидзе. И отечественные ведущие эксперты — доктора медицинских наук Александр Воробей и Станислав Третьяк, Юрий Гаин и Геннадий Кондратенко, Василий Аверин и Василий Богдан, начальник военно–медицинского факультета БГМУ. И врачи–трудяги из регионов: Гродно, Витебска, Мозыря, Могилева…


По фронту экстренной помощи с минской БСМП не сравнится ни одна из наших больниц. Представьте, в зоне обслуживания — 500 тысяч населения, каждый четвертый минчанин. В каждом хирургическом отделении постоянный круговорот: за неделю 60 пациентов выписываются и столько же поступают. Еженедельно в клинике выполняется до 300 операций. А за год — около 900 вмешательств только по поводу аппендицита (в обычной районной больнице не наберется и сотни!). Здесь же работает единственное в стране отделение сочетанных повреждений, где под руководством Ивана Ладутько пострадавших после всевозможных ЧП (ДТП, производственная травма, несчастный случай) собирает, как конструктор, от макушки до пяток целая команда врачей — травматологи, челюстно–лицевые и нейрохирурги… И хоть считается: экстренная хирургия в первую очередь думает о спасении жизни и лишь во вторую — о ее качестве, доктор Хрыщанович уверен, что максимально щадящие и минимально травматичные технологии — даже не будущее его сферы, уже настоящее:

Владимир Хрыщанович.

— Есть технологии, когда можно посредством эндоскопа, скажем, локализовать опухоль кишечника и поставить стент, как в сосудах сердца. Или установить его при механической желтухе, когда в желчном пузыре образовались камни либо сузились протоки. Лапароскопическим способом, через прокол, мы все чаще оперируем и при аппендиците, и на желчном пузыре, и на толстой кишке. А кровотечение из язвы? Раньше здесь делали большие полостные операции направо и налево. Сейчас же нам здорово помогают эндоскописты. Они перекрывают кровотечения клипсой, прижигают патологическую зону, обкалывают специальными препаратами. А потом назначаются так называемые блокаторы секреции, благодаря которым человек порой забывает о своей язве вообще…

Лечение болезни Крона, панкреатических свищей и сепсиса. Помощь при взрывной травме мирного времени и травмах таза. Лапароскопия при остром аппендиците и панкреатите. Гибридные операции для сложных форм желчнокаменной болезни. Множество других узкоспециальных, но для кого–то из пациентов жизненно важных вопросов обсуждали в Минске хирурги, стоящие в медицине на передовой. И в этом году договорились встретиться снова. Да, «падчерице медицины» пора выходить из тени.


ШТРИХИ К ПРОБЛЕМЕ

Есть в неотложной хирургии правило «золотого часа» — именно в этот промежуток времени первая помощь в тяжелых ситуациях дает наилучший эффект. Что, по словам директора НИИ скорой помощи имени И.И.Джанелидзе Валерия Парфенова, подтвердила история спасения пострадавших во время взрыва в метро в Санкт–Петербурге 3 апреля 2017 года. Тогда госпитализировали 25 человек. В основном — в течение часа. Притом что 8 пациентов находились в тяжелом и крайне тяжелом состоянии, не удалось спасти только одну женщину… Четко соблюдается правило «золотого часа» и в минской БСМП. Время ведь не ждет, если человек, например, при разрыве селезенки стремительно теряет 2,5 — 3 литра крови. И какие–то минуты проходят, чтобы доставить его от порога больницы до операционного стола. Там же, в операционной, параллельно можно заниматься и диагностикой: снимки, УЗИ…

Из плена — в новый год

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

А вот у пациентов с угрожающими жизни заболеваниями порой со «сверкой часов» — настоящая беда. В месяц в минскую БСМП привозят по 3 — 4 больных уже с крайне запущенными, гангренозными формами аппендицита. В прямом смысле на грани жизни и смерти. Своего рода бичом стала и кишечная непроходимость, особенно на фоне рака прямой и ободочной кишок: в реанимации одномоментно находятся до четырех таких пациентов… И в том, и в другом случае причина, по сути, одна: говоря медицинским языком, нижайшая санитарная культура. Незнание элементарных правил, нежелание следить за собой, беспечная надежда на авось и бесплодная вера в обезболивающие и народные рецепты. Есть у доктора Хрыщановича мечта:

— Когда я вижу большие растяжки социальной рекламы в городе типа «Пройди тест на ВИЧ», порой думаю: а почему не донести таким же образом другую важную мысль — при острой боли в животе, которая не проходит дольше двух часов, не сидите дома, не лечитесь по интернету, не принимайте таблетки — обращайтесь к врачу! Почему в Минске, где много поликлиник и диагностических возможностей, человек ходит с опухолью кишечника месяцами, пока не перекроется просвет кишки, и не знает, что есть специальный скрининг, что эту болезнь можно найти на ранней стадии и вовремя сделать операцию? Почему на вопрос «Вы чувствовали, что у вас язва?» я получаю ответ: «Ну да, соду пью не первый год…»?

На днях прооперировали 40–летнюю женщину, диагноз — некротизирующий панкреатит, это значит поджелудочная железа фактически омертвела, превратилась в месиво. Еще трое таких пациентов находятся в реанимации. В 50 — 80% случаев это имеет печальный финал. Но если на Западе острый панкреатит, как правило, биллиарной природы: все дело в камнях в желчном пузыре, то у нас самая частая причина — неправильное питание и неумеренные возлияния. С больной поджелудочной, с горечью шутят доктора, даже на пробку от шампанского наступать нельзя!

Самое читаемое