«До последнего верила, что Андрей невиновен». Исповедь матери закладчика

В чем винит себя женщина, сын которой получил восемь лет за распространение наркотиков, — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

Я до последнего верила, что Андрей невиновен и суд его оправдает. Но этого, увы, не произошло, — начинает разговор Анна Петровна. — Помню, вернулась с работы, а в нашей квартире проводили обыск. Для меня это стало шоком, я в прямом смысле сползла по стенке. А когда сказали, что в вещах сына нашли какой-то психотроп весом под сотню граммов, и вовсе потеряла сознание.

Андрея мать растила одна. Отец ушел из семьи к любовнице, когда мальчонке не было и года, в последующем платил копеечные алименты, которых хватало разве что на оплату садика и футбольной секции. С сыном он никогда общения не искал, со временем даже перестал звонить, чтобы поздравить с днем рождения и Новым годом. Родительница, ведущий инженер на крупном предприятии, вынуждена была вечерами подрабатывать уборщицей офисов.

Жили скромно, но у Андрюши всегда были хорошая одежда, компьютер, телефон, хоть и не последних моделей… Он рос послушным мальчиком, старательно учился, помогал по дому. Когда я задерживалась на работе, самостоятельно готовил ужин. Пускай что-то немудреное, зато сам, продолжает собеседница, и на ее глазах наворачиваются слезы. — Подруги завидовали, говорили, что Андрей растет настоящим мужчиной.

Анна Петровна всю себя посвящала сыну, поставив крест на личной жизни, хотя представители сильного пола обращали внимание на симпатичную миниатюрную женщину. Но завязать какие-то отношения, привести в дом для нее было табу.

— Лет в 14 Андрей сам поднял тему, почему я одинока. От сына у меня никогда не было секретов, всегда старалась разговаривать с ним на равных. Помню, тогда призналась ему, что боюсь его реакции, ревности, но что он ответил: «Да брось, ма, когда-нибудь я женюсь, стану жить отдельно и тебе будет скучно. Познакомься с кем-нибудь, сходи в театр, ресторан — может, что-то и дальше сложится». И в этом была моя ошибка.

Вскоре Анну Петровну подруга познакомила с Олегом. Мужчина приехал с периферии, работал прорабом на стройке. Они стали встречаться, а через два года он настоял на том, чтобы вместе жить.

— Андрей был не против, ему нравился Олег. Вместе они ремонтировали машину, по вечерам смотрели футбол. Было очевидно: все эти годы мальчишке не хватало мужского внимания. Я была рада, что они подружились.

Андрей поступил на дневное отделение в вуз и по уши влюбился в свою однокурсницу. Таня была из состоятельной семьи и долгое время не обращала на него внимания, но юноше все же удалось добиться ее расположения. Иногда он просил у матери деньги на поход в кино или покупку Тане цветов.

— Однажды, когда я в очередной раз давала сыну деньги, вмешался Олег. Он весьма резко высказался о том, что совершеннолетний парень берет у матери наличность для кутежа с подругой. И попрекнул тем, что мы оплачиваем его обучение. Андрей тогда не взял ни копейки, ушел из дома и вернулся лишь под утро. С того времени в наших с сыном отношениях образовалась некая невидимая пропасть, он перестал мне доверять. Олега и вовсе игнорировал, ограничиваясь лишь дежурным «здрасьте».

Мужчина успокаивал любимую, мол, все нормально, парень должен понимать, что деньги с неба не падают. Даже предложил пасынку в выходные подрабатывать на стройке, но Андрей отрезал: «Сам разберусь!». Со временем Анна Петровна стала замечать: у сына обновился гардероб, появился новый телефон. На все расспросы, откуда деньги, он, избегая подробностей, отвечал: «Заработал». Женщина даже стала гордиться, что ее мальчик стал самостоятельным и независимым. Так продолжалось месяца три, а потом она узнала, чем промышлял Андрей.

— Я с содроганием вспоминаю, как возила передачи в СИЗО, ждала звонков адвоката, в надежде узнать о том, как там мой мальчик. Это было страшное время, на нервной почве у меня обострились хронические заболевания, буквально на глазах я осунулась, стала полностью седой. Помню, на оглашение приговора шла, уже понимая, что Андрей получит заслуженное наказание. Да, я считаю, что его наказали заслуженно. В нашем роду все с высшим образованием, многие родственники занимают хорошие должности, лишь отец Андрея был негативным примером. У нас никто никогда не пил, а уж тем более не употреблял и не распространял наркотики.  

Андрей был закладчиком особо опасных психотропов, работал на один из интернет-магазинов. В своих письмах из колонии он уверяет родительницу, что ни разу не пробовал эту дрянь, а лишь зарабатывал деньги, торгуя ею.

— Грязные деньги. Боюсь представить, сколько вреда он причинил другим людям, которые употребляли это. А ведь у них тоже есть матери, которые находятся от меня по другую сторону баррикад — страдают не от того, что чадо упекли в тюрьму, а ежедневно видят, как их дети деградируют и медленно погибают от употребления зелья.

Раскаялся ли Андрей? Уверена, что да. Но уже ничего не изменить. Он постоянно просит у меня прощения. Этим поступком сын сократил мне жизнь, поставил крест на своем будущем. Лучшие годы он проведет за высоким забором.

В случившемся есть и моя вина: будучи увлеченной личной жизнью, я потеряла единственного сына. Одна невольно отпущенная посторонним ему человеком фраза насчет самостоятельных заработков сломала парню жизнь. Я, как мать, должна была почувствовать, догадаться, но… Олег, кстати, ушел от меня вскоре после задержания Андрея. Теперь я одна. Как и предполагал когда-то сын. Только он не женился и не подарит в ближайшее время мне внуков. Не знаю, доживу ли вообще до этого…

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ