ДОБРОЕ ДЕЛО. Воспитанница детдома смогла найти место в жизни и создать семью. Но счастье омрачает болезнь

Бывшая воспитанница Детского дома № 7 Анна Чембрович рассказала корреспонденту агентства «Минск-Новости» о том, с какими сложностями сталкиваются сироты, покидая стены интерната.

Преимущественное большинство сирот в нашей стране — социальные, то есть у них есть родители. Правда, непутевые, которые из-за пристрастия к спиртному не смогли позаботиться о своих детях. Бытует мнение, что жизнь таких ребят складывается неблагополучно. Зачастую это не так. История Анны Чембрович яркое тому подтверждение.

Вспоминать о родителях Анна не любит. Сейчас она сама воспитывает двоих сыновей и говорит, что даже в войну детей не бросали, а папа с мамой их предали. Всех семерых.

— Настя старшая, за ней братья-близнецы Юра и Женя, затем я, Ира, Дима и Соня, — рассказывает Анна. — Папа строил коттеджи в Новогрудке, присылал маме деньги и продукты. Жили на широкую ногу, ни в чем не нуждались, пока у матери не появились друзья. Они зазывали выпить, а она не могла отказать.

Во время суда отцу предложили оформить развод и самому воспитывать детей, даже обещали выделить дом в Новогрудке. Но мужчина заявил, что любит жену и разводиться не намерен. Родительских прав лишили обоих. Так ребята оказались на попечении государства.

— Бабушка по материнской линии оформила опекунство над старшей сестрой и близнецами, остальные попали в детский дом, — вздыхает Анна.

Ей едва исполнилось 9 лет, когда ребят разлучили. Трех девочек определили в 9-ю санаторную школу-интернат для детей больных сколиозом — на время, пока в Детском доме № 7 делали ремонт.

За год до его открытия Екатерина Мальцева (сейчас директор Минского городского центра социального обслуживания семьи и детей. — Прим. авт.) пришла к нам работать психологом, — говорит бывшая воспитанница. — Это был мудрый шаг: когда переселились в детский дом, она хорошо знала каждого.

Собеседница вспоминает, что в их группе было двое малышей, остальные — старшеклассники. Если с детсадовцами у воспитателей проблем не возникало, то с подростками случалось всякое.

— Конечно, нам не хотелось ходить в школу, следовать режиму, — улыбается Анна. — Вечером по телевизору фильмы показывают, а у нас отбой в 21:00. Досада! Заключали с воспитателем договор: смотрим кино, но утром идем в школу. Тому, кто это нарушает и отказывается вставать, больше навстречу не пойдут. В детском доме жили по принципу: «Один за всех, и все за одного».

Иногда сотрудники приносили из дома продукты и вместе с детьми готовили: варили макароны, запекали курицу, делали салаты. Анне запомнилось, как жарила картошку с Мальцевой.

— Екатерина Борисовна часто забирала нас домой на выходные и праздники, — делится ее бывшая воспитанница. — Не боялась, брала ответственность за нас, хулиганов, и мы это ценили.

Детдомовские учились в 52-й школе вместе с обычными детьми, и родители последних, конечно, были недовольны.

Директор детского дома Жанна Александровна Романович (сейчас председатель комитета по труду, занятости и социальной защите Мингорисполкома. — Прим. авт.) всегда стояла за нас горой, — отмечает собеседница. — Однажды пришла на родительское собрание и сказала, что ее дети, то есть мы, ничем не хуже домашних, даже более самостоятельные. На этом возмущения прекратились.

Сейчас Анна не скрывает, что ребята из интерната в чем-то были похожи на волчат. Например, запросто могли подраться с обидчиками. Причем выбирали самого сильного в классе, который всех настраивал против детдомовских. После такой взбучки остальные обычно не приставали.

— В детском доме работала кастелянша. Она следила, чтобы у каждого ребенка было все необходимое, — поясняет Анна. — Старалась, чтобы вещи не повторялись, но, поскольку одежду приобретали по накладной, сделать так не всегда получалось. А нам хотелось выглядеть модно! Спасибо, помогали спонсоры. Позднее на денежные выплаты, которые полагаются сиротам, покупали одежду сами. Первые белые кроссовки никогда не забуду: в них и спортивном костюме пришла на выпускной. В нарядном платье и туфлях чувствовала себя некомфортно, так их и не надела.

После того как Анна покинула стены детского дома, она поступила в ПТУ № 52 строителей имени И. М. Жижеля.

— На третьем курсе узнала, что жду ребенка, — рассказывает она. — У будущего отца малыша любовь тут же прошла, и я не знала, что делать. Спасибо Екатерине Борисовне (Мальцевой. — Прим. авт.), она тогда меня очень поддержала. В 19 лет я родила сына Леонида.

До окончания училища Анна с мальчиком жила в общежитии, а потом вместе с четырехмесячным младенцем вернулась в родительскую квартиру. Там не было ни света, ни газа, ни воды. Со всего района собирались любители выпить, через день случались потасовки. Участковый лишь разводил руками: все по закону — отец (мать к тому времени отошла в мир иной) проживал по месту регистрации.

С одной стороны, забирая детей из неблагополучных семей, государство их спасает. С другой — после интерната отправляет к непутевым родственникам. Где логика? — рассуждает Анна. — Возвращаясь на закрепленную жилплощадь, сиротам приходится жить бок о бок с родителями-алкашами, в бомжатнике без окон и дверей. На них сваливаются огромные долги за коммуналку. Приходят судебные исполнители: совершеннолетняя, трудоспособная, поэтому будь добра, плати по счетам.

На подъемные деньги она купила холодильник, постельные и кухонные принадлежности, что-то из одежды. Когда исполнители пришли описывать имущество, за свое кровное сражалась как львица. И отстояла!

— Стучалась во все двери, обращалась во все инстанции, в суды, — делится женщина. — Через три года мытарств администрация Ленинского района выделила мне социальное жилье.

В скромной двухкомнатной хрущевке живет семья из четырех человек: Анна с супругом Валерием и сыновья Леня и Вадим.

Хозяйка сама штукатурила стены, клеила обои, укладывала ламинат, ведь по окончании училища 11 лет занималась строительной отделкой. Признается, что в детстве постоянно болела, а после пыльной работы здоровье и вовсе ухудшилось. Частые пневмонии, операции на легких… Но Анна не сдается. Работает водителем, вместе с супругом растит сыновей и смотрит на мир с позитивом.

— Мне уже ничего не страшно, — улыбается она. — Переживаю только, что квартира социальная. В случае чего, что будет с детьми?

Анна благодарит бога, что встретила Валерия: он у нее золото. Приберет, приготовит, проверит у мальчишек уроки. Хрупкой женщине с сильным характером есть на кого опереться.

P. S.

Судьбы детей из семьи Чембрович сложились по-разному. Старшая, Анастасия, вышла замуж и родила троих детей. Женя — один из братьев-близнецов — покончил с собой. Жизнь Юрия тоже не сложилась: после армии из-за судимости матери ему отказали в приеме в силовое ведомство. Он спился и умер. Ира — счастливая жена и мама троих детей.

У мамы двоих детей Анны Чембрович гранулема легких. Периодически она проходит лечение. Пожалуйста, откликнетесь, если можете подсказать более эффективные методы или помочь в лечении. Телефон Анны +375 (29) 165-64-54.

Фото Сергея Пожоги

ТОП-3 О МИНСКЕ