В некоторых видах законной деятельности в Союзе за два месяца можно было заработать среднюю годовую зарплату. Как — читайте в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».
Благодатная почва
В 1956 году вышло постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О реорганизации промысловой кооперации». Артели, где плата зависела от того, сколько работы человек выполнял лично, постепенно прекратили существование. Более 200 тысяч членов таких объединений (обувщики, жестянщики, зодчие, прочие умельцы), выпускавших 33 444 наименования товаров, пришли на заводы, фабрики, в государственные стройорганизации. Там им платили за отработанное время, а не за количество произведенной продукции. Это, кстати, и привело к убыточности предприятий.
Некоторые не хотели мириться с таким положением дел. Конечно, в Союзе существовали немногочисленные отрасли с высокими зарплатами. Но рядовые инженеры в НИИ, участковые врачи, учителя, люди сотен других специальностей в 1960-е в месяц имели 75–95 рублей, а к концу 1970-х — 120–140. Прожить на такую сумму удавалось. Тем не менее копить деньги на мебель и бытовую технику приходилось долго.
После упомянутого постановления энергичные граждане обратили внимание на небольшие хозяйствующие субъекты (колхозы, совхозы, лесозаготовительные конторы), которые имели право заключать договоры с временными трудовыми коллективами на возведение зернохранилищ, клубов, школ, на рубку и сплав леса, прочие работы. Оплата сдельная, а средства бригада делила по своему усмотрению. Ее руководитель старался взять к себе в команду мастеров на все руки, умеющих плотничать, укладывать кирпичи, заливать фундаменты. По документам в группе подрядчиков могли быть 15–20 человек. На деле же стройкой занимались 5-6 умельцев, оставлявших себе весь фонд оплаты труда.
Конечно, колхозы могли заказать возведение нужного объекта в «Межколхозстрое». Однако мощностей госорганизации не хватало, приходилось годами ждать ее услуг. Объекты, с которыми она возилась шесть месяцев, вольные шабашники сдавали за два месяца, так как трудились от рассвета до заката. Старались делать все качественно, чтобы распространились слухи об их умениях по всему региону. Не обходилось и без «распила». По договоренности с бригадиром представитель заказчика закладывал в смету дополнительные работы, которые нанятые специалисты в действительности не осуществляли. Таким образом, получал долю — стимул для дальнейших сделок. Иногда подобные схемы были благодатной почвой для расхитителей бюджетных средств и стройматериалов.
За месяц рядовой шабашник мог получить более 1 000 честно заработанных рублей. Но в основном сумма составляла от 500 до 800 рублей. Значит, а два месяца — средняя годовая зарплата по стране. А, например, в Апатитах, Воркуте, Норильске и Мурманске в период полярного дня шабашники вообще не уходили с объектов. Спали на месте несколько часов и продолжали трудиться, чтобы побыстрее все закончить.
На такое способен не каждый.
Эврика!
Однажды три инженера НИИ и по совместительству каменщика приняли в колхозе заказ вслепую. Оказалось, нужно было не сооружать, а очистить огромный (около 1 000 кв м) коровник от застарелого навоза, который не убирали десятилетиями. Хозяева намеревались устроить там зернохранилище. Навоз задеревенел и представлял собою настил визуально выше полуметра высотой. В договоре прописали гонорар — 6 тысяч рублей. В 1970-е, когда все происходило, это больше стоимости новых «Жигулей»! Представитель заказчика посмеивался: эти городские месяц будут с лопатами потеть. А трое умников стали думать, как им повторить подвиг Геракла. Лопатами разгребать — утопия. Ворота в коровник малые, техника не проедет. И вдруг один из них воскликнул: «Эврика!» Взял кувалду и начал пробивать проем в кирпичной стене. Потом побежал в село, раздобыл трактор, заплатив за временное пользование 2 червонца! «Беларусь» с отвалом для уборки снега загнали в коровник. За три дня очистили пол до бетона. Потом выбитый проем заложили кирпичом и заштукатурили. Друзья заработали по 2 тысячи каждый.
Не всем по плечу
По статистике, во второй половине 1970-х доля шабашников в сельскохозяйственном строительстве составляла около 40 %, а в Казахстане и северных регионах РСФСР — свыше 50 %. Власть относилась к ним критически, тем не менее трудиться не запрещала. Явление высмеивали в прессе — работников называли рвачами. Писали о культе стяжательства и моральном разложении. В журнале «Крокодил» опубликовали карикатуру «Рвачи прилетели». Художник перефразировал название знаменитой картины Алексея Саврасова о грачах. Размещали много фельетонов. Сатирики подшучивали над шабашниками. Жители в деревнях относились к ним по-разному. Но в основном критически. Завидовали их доходам. А местные красавицы часто заглядывались на городских парней — работящих, да еще и при деньгах. Иногда знакомства заканчивались беременностью и безотцовщиной. Случались и браки. Сельских юношей злило, что уводят их невест. Не обходилось без драк.
В некоторых республиках опытные бригадиры поделили между собой районы, хозяйства с выгодными предложениями. Чужаков не пускали в «огород», который считали своим. На этой почве происходили мордобои и даже убийства. Ведь речь о больших деньгах.
По некоторым данным, к 1978 году в этой сфере в разгар летнего сезона были заняты свыше 2,3 млн человек.
Читайте также:
Его спас Минск: как Георгий Жжёнов вернулся в советский кинематограф после ссылки
Ностальгия по прошлому. Вспоминаем самые популярные минские магазины советских времен
Стахановцам устраивали «темные». Почему рабочее движение ставили под сомнение
Всему научат. Как ДОСААФ стало кузницей кадров в СССР
«Если бы не ГТО до войны, до Берлина б не дошел…» Как оценивали знаменитые нормативы фронтовики
