Этнограф Иван Крук открыл универсальный ритм традиционной белорусской культуры

О чем могут рассказать цифры и числа в мифопоэтическом наследии Беларуси, выясняла корреспондент агентства «Минск-Новости». 

Много лет назад на лекции слушатели спросили известного отечественного этнографа Ивана Крука, почему во всем мире женщине на свидании дарят четное количество цветов, на могилы умерших несут нечетное количество, у нас же поступают наоборот. И ему захотелось самому найти ответ на этот вопрос. Вот уже не одно десятилетие он упорно занимается исследованиями математического кода национальной белорусской культуры. Некоторыми из своих открытий Иван Иванович согласился поделиться с корреспондентом агентства «Минск-Новости».

Противостояние женского и мужского начал, жизни и смерти

– Только последние 10 лет под влиянием московской школы этнографов, этнолингвистов, фольклористов в нашей стране идет глубокое исследование кодовых структур в мифопоэтическом наследии Беларуси, – замечает Иван Крук. – Это очень интересное научное поле. Цифры и числа – своего рода таблица Менделеева, которая лежит в основе мифологии, устно-поэтического творчества, обрядовой практики, хозяйственной деятельности человека. За этим феноменом культуры стоит информация, заложенная в матрице нашего подсознания, она доносит до нас мысль самого Создателя о первотворении.

– Сегодня вы уже могли бы ответить на вопрос ваших пытливых слушателей о четном и нечетном количестве цветов в букетах?

– Мог бы. Наше отличие от западноевропейской традиции – реликт тех перемен, которые происходили после революции 1917 года. Весь строй жизни тогда перестраивался на другие рельсы, отрицалось, все, что было накоплено прежде. Помните лозунг того времени «Мы пойдем другим путем?» И вот тогда-то символика жизни и смерти поменялась местами.

Что принципиально нового принесла регистрация в загсе в сравнении с венчанием в храме? По сути ничего. За исключением того, что в храме женщины становились на левую половину, где находится икона Богородицы, мужчины – на правую, где изображен распятый Христос. В загсе место жениха определили слева, а место женщин – справа. За этим внешним отличием скрывается глубокая проблема, которая касается чисел 2 и 3. У истоков их противостояния стояла проблема парности и непарности, противостояния мужского и женского начал. Все, что связано с деятельностью женщины, имело четное выражение, а мужчины – нечетное.

– А противостояние 12 и 13 (дюжины и чертовой дюжины) – явление того же порядка?

– Да. В этом случае противостояние 2 и 3 повторяется на порядок выше, уже как противостояние жизни и смерти. 12 – число, связанное с жизнью Христа, его 12 учениками. Иуда был 13-м, он предал Христа и выдал его за 30 сребреников. Хотя это противостояние своими корнями уходит в дохристианскую традицию. Старинные испанские легенды и верования тоже говорят о том, что 12 богов перессорились и дело дошло до драки, тогда пришел бог войны – Бальтазар. Со всем этим связано и то, что во многих странах нет 13-го места в самолетах, 13-го этажа, 13-го дома и так далее. Отсюда и различие дюжины и чертовой дюжины.

Загадка цифры 7

– Какие цифры в белорусском фольклоре встречаются чаще других и почему?

– Число 7, по-видимому, пришло к нам из Библии, на страницах которой оно постоянно встречается: 7 смертных грехов, тайна Иоанна Богослова находится за 7 печатями.

В слове «семья» тоже заложен конструкт 7. Если попробовать разложить семью на составляющие, окажется: в нашей культуре пара традиционно жила с чьими-то родителями, которые становились бабушками-дедушками. Со временем рождались дети – как минимум 3. Практически в каждой белорусской сказке встречается упоминание 3 детей или 3 внуков. Чтобы род продолжался, обязательно должен сохраняться принцип «плюс 1». Об этом очень точно говорит пословица: «Один сын – не сын, второй сын полсына, три сына – сын. Если смотреть на структуру рода, мы встретимся с удивительной закономерностью, в основе которой – все та же семерка. Знать свой род до 7-го колена. Может, отсюда происходят и пословицы «Семь раз отмерь, один – отрежь», «Семеро одного не ждут». В общем, число 7 широко представлено в нашей культуре. Но если говорить о более раннем, дохристианском пласте культуры, то там цифра 7 представлена гораздо реже, чем 9. Причем это характерно не только для белорусской, но и в целом для восточнославянской традиции. Как ни парадоксально, в календаре цифру 7 практически не встретишь. Хотя она закодирована в нем судьбоносными маркерами. День рождения Христа приходится на 25 декабря, или сегодня 7 января. Благовещение отмечается 7 апреля. Рождение Иоанна Крестителя – 7 июля. На мой взгляд, это влияние христианской традиции. И еще. Есть одна фраза, которая сбивает меня с толку. Мы иногда говорим: «На седьмом небе от счастья». Что это за седьмое небо? Тут нужна еще большая исследовательская работа по выяснению вопроса о классификации этих небес.

Универсальный ритм национальной белорусской культуры

– За исключением 9-го дня, в который поминают усопших, других примеров употребления этого числа на ум не приходит

– Своим открытием я считаю обнаружение одного очень интересного линейного вектора в нашем мифопоэтическом творчестве: 3 – 9 – 40. Называю это универсальным ритмом традиционной белорусской культуры. 3, умноженное на 3, дает 9. А 40 – это очень сложная для понимания цифра. За ней – уйма тайн. Линейный вектор воспринимается прежде всего через призму поминальных столов. Считается, что на 40-й день душа человека предстает перед Творцом. Но в соответствии с линейным вектором в старину отмечался и первый год после рождения ребенка. На протяжении первых 3 дней после рождения ребенка сохранялась ситуация полной стабильности: ни один из членов семьи никому ничего не одалживал. На 9-й день выполнялся ритуал первого обрядового купания, когда моделировалась будущая жизнь новорожденного. На 40-й день ребенка несли в храм, крестили, он получал имя, крестных родителей и становился полноценным членом общества.

Белорусские свадьбы продолжались, как правило, 3 дня. На 9-й день были подвеселки с пирогами, угощением. С 9-го по 40-й день у молодых продолжался медовый месяц. Конструкция 3 – 9 – 40 широко представлена в белорусской народной традиции и в православных календарях. Между Спасом и Воздвижением тоже 40 дней. Пасха наиболее широко отмечалась в течение 3 дней. На 9-й день наступала Радуница, когда поминали усопших. А на 40-й день празднуется Вознесение Господне.

Если присмотреться к сказкам, в них обычно встречается трехразовый повтор. Трехразовый повтор тоже превращается в 9. То есть 3 – число Бога, умноженное само на себя, дает в итоге 9, которое становится абсолютом Божественного проявления.

– Можно ли объяснить до сего дня сохранившееся убеждение, что 40-летие лучше не отмечать?

– Раньше считалось, что век человека не 100, а 80 лет. Значит, 40 – половина жизни, экватор. И мудрость народная рекомендует меньше хвалиться тем, чего ты достиг к своим 40 годам. Впереди вторая половина жизни, и чтобы она была успешной, не надо подводить итогов. 40 – число закрытое, тайное. Не случайно в общественной жизни первый юбилей человека отмечают в 50. И не только в нашей культуре, а у многих народов мира.

Один и первый – это разные значения

– Часто ли встречается в белорусском фольклоре число 1, с которого все начинается, и какие тайны оно скрывает?

– Я долго не мог найти истоки многочтения этого числа, пока не понял: «один» и «первый» имеют разные значения. С конструкта «один» начинаются все натуральные числа. Например, пословица «Один в поле не воин». О чем она говорит? Думаю, о том же Адаме, который пришел в мир, но не мог в одиночку справиться со всеми трудностями, не мог продолжать жизнь. И тогда из его ребра был сотворен еще один человек. Но один и два – это не первый и не второй. Как только появилась Ева, единица раздвоилась и началось противостояние мужского и женского. Чтобы ситуация нормализовалась, нужно было появление третьего человека – ребенка. Думаю, отсюда «Бог любит троицу».

Почему «Первый блин комом»? Потому что на Масленицу первый блин ставили под иконы предкам, а на третий день отдавали птицам, которые в белорусской фольклористике связаны с душами умерших. Согласно нашей традиции женщине, потерявшей ребенка, запрещалось есть яблоки до яблочного спаса, а первое яблоко она должна была отнести на могилу ребенка. Первая рюмка за поминальным столом наливается умершему.

– А почему в сказках традиционно первый, старший сын – умный, средний – ни так ни сяк. А младший, третий, который, вроде, дурак, в итоге оказывается самым умным и счастливым?

– Старший сын во всех культурах после смерти отца становился главным наследником, которому доставалось нажитое добро. Он брал на себя обязанность заботиться об экономике семьи. Судьба второго, который «и так и сяк», складывалась по-разному, поскольку с самого рождения была неясна, неопределенна. А третьему сыну по традиции доставались тайные знания: дар целительства, тайны ясновидения, которые открываются обычно после 33 лет. Поэтому третий сын обычно был не от мира сего, он насыщался духовной пищей.

– Что можно сказать, например, о цифре 6, которая традиционно имеет некую негативную, зловещую окраску?

– 6 – число тайное. Кроме того, что был Нестерка и было у него 6 детей (шестерка), почти нигде в национальном фольклоре не встретишь упоминания этого числа. Но 6 противостоит все той же 9. И вот на этом противостоянии 6 и 9 вырос закон, который я называю законом перевернутости. А он выводит нас к весьма распространенной в белорусской культуре практике. Например, переворачивать рюмку донышком вверх за поминальным столом после того, как собравшиеся трижды помянут умершего.

фото автора

Самое читаемое