ФРОНТОВОЙ АЛЬБОМ. Смотрел в глаза смерти. Как чтят память об отце-партизане Иване Антонюке дети

Много раз смотрел в глаза смерти, но прожил 88 лет. За что уважали начальника разведки партизанского отряда Игнатия Антонюка, рассказываем в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

Раскинуть карту

Минчанин Иван Антонюк бережно хранит память об отце. В отдельной папке собраны газеты и журналы со статьями о его партизанском прошлом. Но особое место в семейном архиве занимает уникальная фотография 1944-го, на которой запечатлены Игнатий Антонюк и его товарищи по отряду.

— Склонились над картой, по всей видимости, планируют очередную операцию. В это время отец — на фото второй слева с указкой в руке — начальник разведки в партизанском отряде имени Чернака, действовавшем на Брестчине. По всей округе у него были свои связные. Полученные от них сведения анализировали, обсуждали и начинали действовать, — рассказывает собеседник.

Кто именно запечатлел на пленку партизанский совет под открытым небом, Иван Антонюк не знает. Фотографироваться народные мстители не любили: попади снимок в руки врага, это могло стоить жизни. Но они знали, что совсем скоро соединятся с частями наступающей Красной армии. Вот и решили сделать памятную фотографию.

Из товарищей отца, изображенных на снимке, он помнит только одного — того, кто стоит справа, положив руку на плечо сослуживцу:

— Он был из Кабардино-Балкарии, все звали его Нарумчик. Фамилия это или нет, не знаю, они ведь себе другие имена брали. Отца, например, в отряде называли Дедом Талашом.

По словам И. Антонюка, партизанский отряд состоял в основном из белорусов, но были представители и других национальностей: русские, украинцы, поляки, узбеки, а также выходцы из кавказских народов. Наряду с мужчинами воевала молодая женщина-еврейка, чудом избежавшая расправы фашистов. Был даже один немец. Его взяли в плен и хотели расстрелять, но потом решили дать шанс искупить вину. Очень уж просил оставить ему жизнь, со слезами на глазах рассказывал о своих маленьких детях. Правда, на боевые операции его не отправляли, задействовали исключительно на территории лагеря.

Будем жить

Дом Антонюков в деревне Черни немцы сожгли. После войны семья переехала жить в Брест. Судьба отмерила Игнатию Антонюку долгий век. Он прожил 88 лет, пользуясь заслуженным почетом и уважением. Все шестеро детей получили образование, реализовались на различных профессиональных поприщах, создали семьи. Сегодня род продолжают 12 внуков, 12 правнуков и один праправнук.

— Я унаследовал боевой дух отца. Более 20 лет отслужил в Вооруженных Силах, был специалистом-радиолокаторщиком. Да и гены долгожительства тоже, думаю, от него — в январе мне исполнилось 90. Причем отметил юбилей на сцене народного театра «На Долгом броде», где по сей день работаю актером, — с улыбкой рассказывает Иван Антонюк.

В том, что их семья выстояла в Великую Отечественную, немалая заслуга и мамы Анны Тарасовны. Сколько трудностей и переживаний выпало на ее долю, но все преодолела, сберегла детей.

Иван Антонюк признается: воспоминания о пережитом в годы войны пронес через всю жизнь. Они помогали ему ценить каждый день. Окружать заботой и вниманием семью. Жить так, чтобы быть достойным своего героического отца. В 2012 году награжден знаком Святого Креста за духовное возрождение католической веры.

— 75-летие Великой Победы должно стать настоящим праздником. И никакой коронавирус нам его не испортит. Выстояли тогда, справимся и сейчас! — уверен Иван Антонюк.

Сын за отца

О том, как в годы войны жили партизанские отряды, Иван Игнатьевич знает не только из рассказов отца. Вместе с матерью, двумя братьями и тремя сестрами он около года провел в лесном лагере:

— После того как отец ушел в партизаны, мы какое-то время продолжали жить в нашей родной деревне Черни Брестского района. Как-то под вечер пришел связной из отряда и предупредил: надо уходить, немцы готовят расправу. Под покровом ночи разошлись по соседним деревням, детей отдали в разные семьи. Когда партизаны построили в лесу семейный лагерь, перебрались в него.

Жизнь здесь была подчинена строгому распорядку. Днем все сидели в землянках, выходили только в случае крайней необходимости. До сих пор И. Антонюк помнит, с каким жутким воем проносились над лесом немецкие самолеты-разведчики, как дрожала земля. Летали очень низко. Если в этот момент кто-то оказывался в лесу, нужно было тут же прижаться к дереву, чтобы не заметили.

С наступлением сумерек начинали топить в землянках печки, готовить еду. Приносили из расположенного неподалеку озерца необходимое количество воды, тщательно маскируя после себя тропинку. Вода была с неприятным запахом, но приходилось обходиться такой.

Что происходило в основном партизанском лагере, где жили бойцы, они знали в общих чертах. Многие подробности боевых операций стали известны только после войны. Например, как мужественно сражался Игнатий Антонюк. 2 мая 1943 года бой с крупными силами карателей развернулся в Старосельском лесу Жабинковского района. В тот день погибли их первый командир Михаил Чернак, в честь которого потом назвали отряд, другие бойцы. Но отбиться смогли, сохранили боеспособность.

Смелость, находчивость проявил Игнатий и при разгроме немецко-полицейского гарнизона в Старом Селе, уничтожении продовольственной базы в Больших Радваничах. Участвовал он и в рельсовой войне — взрывал эшелоны с живой силой и военной техникой врага.

Став летом 1943-го начальником разведки, смог организовать работу на самом высоком уровне. В округе Антонюка знали и уважали. Это помогло создать большую агентурную сеть. Свои люди были у него во всех деревнях, на железной дороге, во многих организациях и даже в комендатурах. Благодаря полученным разведданным боевые операции партизан были успешными. А их отряд, предупрежденный о планах карателей, не раз уходил от немецких облав. Игнатий Григорьевич был умным, ответственным, как свои пять пальцев знал местность. Тщательно анализировал полученную от связных информацию, не рубил с плеча. За это его любили бойцы, ценило руководство.

— Для меня отец был героем. Я им очень гордился и хотел быть похожим на него. Да и как можно не восхищаться таким человеком? До войны — простой сельский труженик, он не смирился с бесчинствами оккупантов. Без лишних слов взял в руки оружие и пошел защищать свою землю. Борьбу начинали втроем: отец, его брат Родион и друг детства Степан Гутик. Потом с такими же группками местных жителей начали объединяться. Так образовался целый отряд, — рассказывает собеседник.

У Игнатия тоже были все основания гордиться сыном. В первые месяцы партизанской жизни, пока семья жила в родном доме, отец изредка тайно их навещал. В один из таких визитов, явно по чьей-то наводке, в дом нагрянули полицаи. Устроили обыск, но главу семьи не обнаружили — он успел спрятаться в заранее оборудованном схроне на чердаке. Тогда они вывели из дома 11-летнего Ивана и, клацая для устрашения затвором ружья, потребовали выдать местонахождение отца.

— Было страшно. Я знал, что полицаям ничего не стоит меня убить, но отца не выдал. Говорил, как он меня учил: батька ушел с большевиками, куда — не знаю. Ничего не добившись, полицаи ушли. Отец спустился с чердака, обнял меня, сказал, что я настоящий герой. Не передать словами, какое счастье было это от него услышать, — вспоминает Иван Антонюк.

Справочно

Заслуги Игнатия Антонюка отмечены орденом Красной Звезды, медалями «Партизану Отечественной войны», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и другими наградами.

В партизанском отряде сражались три родных брата Игнатия Антонюка, его кузены, племянники, муж сестры, другие родственники.

Фото автора и из семейного альбома Ивана Антонюка

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ