ГЛАЗА В ГЛАЗА. Как белорусский «летописец» оживляет память о погибших воинах

В очередном выпуска проекта рассказываем об известных людях с неравнодушным и откровенным взглядом на происходящее и на себя. Сегодняшний собеседник корреспондента агентства «Минск-Новости» — эпидемиолог и микробиолог, доктор медицинских наук, профессор, автор уникальной книги памяти Михаил Римжа.

Михаил Римжа— Михаил Иванович, среди ваших многочисленных наград есть одна особенная, не за медицину. Она — за недавнюю победу в конкурсе на лучшее краеведческое издание в рамках 1-го Республиканского краеведческого форума Беларуси. Расскажете историю?

— Почетная грамота получена за книгу «Семежево помнит тебя, солдат». Теперь чуть подробнее. Вам наверняка известна песня «С чего начинается Родина?». Моя малая родина и есть деревня Семежево, что в Копыльском районе. Еще в 1960-х завуч нашей школы Николай Лаврентьевич Алешкевич стал собирать материалы по истории деревни, впервые упомянутой в 1582 году, а также сведения о тех, кто защищал ее, кто освобождал в 1944-м. Николай Лаврентьевич вел переписку с архивами, подолгу ждал ответа, правда, не всегда его получал. Тем не менее нашел родственников нескольких солдат, павших при освобождении деревни.

Сам я послевоенный, но от сельчан-фронтовиков, а они были почти в каждом доме, знал, что принесла война родному краю. В День Победы по инициативе того же Николая Лаврентьевича школьники возлагали цветы к могиле павших воинов — небольшому холмику с бетонным обелиском и красной пятиконечной звездой. Захоронение военной поры находилось на восточной окраине Семежево. В 1960 году останки воинов перезахоронили в братской могиле в центре деревни. Установили монумент с преклоненной фигурой молодого воина с лавровым венком в правой руке и с каской — в левой. Ежегодно 9 мая и 3 июля здесь собираются сельчане, чтобы возложить цветы и с благодарностью вспомнить имена освободителей.

Когда в Интернете в открытом доступе появились сайты «Мемориал», «Подвиг народа» с электронной базой данных, понял: мое время пришло. И за 10 лет, с 2009 года, собрал биографические данные и информацию о боевых заслугах 2 585 воинов, участвовавших в освобождении Семежево в июле 1944-го, и проникся глубоким уважением к их мужеству и героизму. А за ежедневную до полуночи работу с архивными материалами получил от жены статус «летописца»…

— Правда ли, что супруга (знаю, она тоже доктор медицинских наук) иронично сказала, мол, жить вам теперь вечно, поскольку на издание книги вы потратили все отложенные на черный день денежки?

— Было такое. Действительно издал ее за свой счет, не попросив и не взяв ни у кого ни копейки. И не возьму. Эта книга в тысячу страниц — мой личный вклад в память о воинах. Весь тираж — 99 экземпляров — у меня, и я их только дарю. Правда, несколько человек предлагали выкупить, но мой ответ был: «Памятью солдат не торгую». Поверьте, сказал не ради пафоса, а от чистого сердца. Считаю, этой книгой я поставил памятник всем солдатам, защищавшим мою малую родину, и тем, кто остался в ней навечно.

В прошлом году к 75-летию освобождения Беларуси благодаря усилиям бывших директоров местной школы Выскварко Владимира Павловича и Апона Сергея Ивановича, председателя сельисполкома Стружко Марии Ивановны и материальной помощи колхоза под руководством председателя Ленько Ивана Ивановича две старые мемориальные плиты с 50 фамилиями (к сожалению, многие были написаны с ошибками) захороненных здесь воинов демонтировали и установили новые. По результатам моих поисков дополнены имена ранее неизвестных павших солдат. Сейчас красивым стандартным шрифтом в алфавитном порядке нанесены лазером 81 фамилия и воинские звания бойцов. Рядом — четыре плиты с именами почти 180 семежевцев, погибших на фронтах Великой Отечественной войны. Получился достойный мемориальный комплекс.

Сейчас думаю над тем, как рассказать о подвигах освободителей Семежево 1 454 русским семьям, 671 украинской, 71 грузинской, 50 татарским и остальным 33 — армянским, казахским, узбекским, башкирским, киргизским, дагестанским, бурятским, лезгинским, якутским… Чтобы ныне живущие знали, что не забыты их деды и прадеды, которые в далеком 1944-м под градом извергаемого пулеметами и автоматами расплавленного свинца изгоняли врага из белорусской деревни, вряд ли известной им до тех июльских дней… Что каждый 18–20-летний боец, только мамой целованный, — настоящий герой. А таких молодых среди всех воинов была треть. Что моим землякам Середкин Иннокентий так же дорог, как и его родным в далеком улусе в Иркутской области, Абдулаев Али — в селе Сергокало в Дагестане, Гридзешвили Иван — в Тбилиси, Вартанян Айрапет — в армянском селе Алмал, Саматов Набиджан — в узбекском поселке Чуст…

«Отступили птичьи и свиные вирусы, отступят и коронованные»

— Из прошлого — мостик в настоящее. Как не спросить у эпидемиолога, доктора медицинских наук про нынешнюю напасть — коронавирус? Так ли он страшен, на ваш умудренный взгляд?

— Инфекционные заболевания были, есть и будут. Человечество живет в мире микроорганизмов — мелких биологических существ, обитающих на Земле более 3 млрд лет. Они куда более древние, чем люди. И между ними идет постоянная борьба. Микроорганизмы, особенно патогенные, чтобы сохранить себя как биологический вид, пытаются внедриться в организм и в нем размножиться. Причем этот процесс идет только через болезнь человека. Люди, со своей стороны, стали принимать меры защиты. Они разработали антибиотики и широко применяют их с 1940-х годов. В результате заболеваемость многими инфекциями резко снизилась, но полностью не исчезла. В ответ бактерии выдвинули в авангард часть своих сородичей, выживших после шока от воздействия антибиотиков и синтезировавших специальные вещества, сводящие на нет действие лекарственного средства. И сегодня мировой медицине приходится решать острейшую и наиважнейшую проблему антибиотикоустойчивости бактерий. Вирусы, отличающиеся от бактерий строением, антибиотиков не боятся изначально, поскольку у них нет мишени, на которую могут воздействовать эти вещества. Но ученые изобрели вакцины. Опять резко, до единичных случаев, сократилась заболеваемость многими респираторными инфекциями. Вирусы тоже вступили в борьбу за сохранение своей популяции. Например, тот же вирус гриппа каждый год меняет антигенную структуру, выдвигая на первый план тех, в отношении которых у человека может не быть иммунитета. Ученым приходится на опережение быстренько разрабатывать соответствующую вакцину. Благо современные технологии позволяют это сделать до периода так называемого сезонного подъема заболеваемости.

Но и в мире патогенов свято место пусто не бывает. В 1980-х годах о себе заявил СПИД. В начале нынешнего столетия появились совершенно новые антигенные варианты гриппа, в быту названные птичьим, свиным… И вот на тропу войны с человечеством вышел совершенно новый возбудитель из хорошо известного старого семейства коронавирусов. С момента попадания его в организм до клинических проявлений заболевания проходит инкубационный период, когда человек не знает и не чувствует, что он инфицирован, но вирус во время выдоха уже выделяется во внешнюю среду и легко инфицирует тесно контактирующих лиц. Отсюда массовое, порой взрывное распространение заболевания. Поскольку вирус передается через воздух (аэрогенным путем), то ограничить этот процесс далеко не так просто, как кажется неспециалистам. Для сравнения: если причиной кишечной инфекции стал какой-то пищевой продукт, то стоит его изъять из употребления, как заболевание прекратится. А воздух не изымешь и не перекроешь. Поэтому с целью снижения интенсивности распространения вируса используют меры по рассредоточению людей, причем, как говорят специалисты, во времени и в пространстве. Это хорошо известная изоляция заболевших и их лечение, медицинское наблюдение (обсервация) за контактными лицами с соответствующими лабораторными исследованиями, а также целый комплекс других специфических профилактических мероприятий, которые подключаются специалистами с учетом особенностей эпидемического процесса. Но это уже сугубо профессиональные тонкости. Скажу одно: отступили птичьи и свиные вирусы, отступят и коронованные. Относительно страха перед этим новым возбудителем болезни: нужно исходить из того, что ни один патоген здоровья организму человека не прибавляет, а только отнимает.

— На вашей визитке после перечисления нынешних регалий есть строчка о том, что вы экс-главный государственный санитарный врач страны…

— То время вспоминается с особым волнением. На эту должность меня пригласила министр здравоохранения Людмила Андреевна Постоялко. В высшей степени дисциплинированная, требовательная к себе и подчиненным, Людмила Андреевна оставалась доброжелательным и отзывчивым человеком. Прекрасный организатор здравоохранения, в то время четко определивший его перспективы. Никогда не забуду ее слова на планерке: «У нас хватает больничных стен. Сейчас главное — оснастить, особенно крупные лечебные центры, суперсовременным диагностическим и лечебным оборудованием, обеспечить эффективными медикаментами, поднять профессиональный уровень специалистов до мирового». В моей трудовой биографии это был самый сложный период — ни одного отпуска. И не потому, что министр не разрешала. Должность обязывала. Летнее время — это сезон подъема кишечных инфекций, сезон открытия детских оздоровительных лагерей, появления в лесах не только съедобных, но и ядовитых грибов… И ежечасно держишь массу вопросов на контроле, не только сидя в кабинете, но и выезжая в регионы для контроля работы как подчиненных специалистов, так и подлежащих государственному санитарному надзору предприятий. И коль уж доверили тебе организовать обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия страны, то все время и силы должны быть отданы этому делу. По сей день так считаю.

Студенты? Внуки!

— Как преподаватель, что ответите тем, кто ворчит про плохую молодежь, про слабую растущую смену современным медикам?

— Никогда не поддержу подобные разговоры. Дети у нас, как в народе говорят, очень продвинутые, разумные и со временем станут хорошими специалистами. Сегодня вся медицина — на информационных технологиях, а нынешние студенты еще в школе многое освоили. Не надо только сковывать их инициативу. Своим студентам разрешаю спорить, дискутировать, в том числе со мной, поддерживаю даже ошибочный ответ, деликатно подводя дополнительными вопросами к правильному заключению. Ни разу не упрекнул: «Ты ничего не знаешь!» Не знает — научи. Он для этого и пришел к тебе. Причем научи тому, что пригодится в практической деятельности. Перед тобой будущий специалист, твоя смена, возможно, крупный ученый. Учащегося надо уважать и любить по-отечески, иначе не стоит идти на преподавательскую работу. Иногда мне говорят, что я чуть ли не нянчусь со студентами. Может, и нянчусь, но не заискиваю. В этом возрасте молодежь быстро понимает, где искренность и доброта, а где фальшь и позерство.

— Простите за трафаретный вопрос. Не тревожитесь, что растите специалистов для, может быть, других стран?

— Не тревожусь. Знаете, сегодня врачи, особенно клинического профиля, имеют достойные зарплаты. Надбавки за высокотехнологические операции — это, к слову, заслуга Людмилы Андреевны Постоялко. Она рассуждала здраво: всем медикам сразу трудно дать большие зарплаты, начать надо с тех, кто стоит в операционных по 12–13 часов. Своим студентам настоятельно советую осваивать иностранные языки. Не для того, чтобы уехать с концами, а поехать посмотреть, научиться, вернуться и работать на благо белорусов. Да и молодежь прекрасно понимает, что неоперившихся специалистов за границей никто не ждет. Кстати, по законам многих стран даже опытным профессионалам не быть на первых ролях. Становиться светилами надо в своей стране, как Олег Руммо, Александр Мрочек, Юрий Островский, Ольга Алейникова и несколько сотен, а может, и тысяч суперпрофессионалов, на которых буквально молятся пациенты. Конечно, кто-то уедет, возможно, навсегда. Это жизнь. А кто-то с радостью отправится в тот же Копыль или в мое родное Семежево, где прекрасная больница, врачи имеют благоустроенное жилье, зарплату больше столичного профессора, а еще окружены такой любовью сельчан, которой можно только по-хорошему позавидовать.

— Июль, разгар лета… Куда поедете в отпуск, Михаил Иванович?

— Да как-то не было у меня отпусков в полном смысле этого слова. Во время учебы в аспирантуре — самый продуктивный период работы над кандидатской диссертацией, затем над докторской. Про Минздрав сказал. После засел за книгу. Сейчас можно было бы и передохнуть, но зуд «летописца» не ушел. Дорабатываю рукопись о земляках — хлеборобах, ученых и просто хороших людях. Конечно, постараюсь выбраться хотя бы на пару-тройку дней в Семежево. Сам-то я здесь, а душа все равно незримо и неслышно бродит по тропинкам детства, где-то там, на малой родине…

Фото Тамары Хамицевич

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ