Ход с конем, или Каким был самый распространенный вид ДТП в дореволюционном Минске

Серьезная авария в дореволюционном Минске всегда становилась поводом для обсуждений. Ведь до появления конки и автомобилей такие ДТП случались довольно редко. Любопытный    экскурс в историю общественного транспорта Минска подготовил корреспондент агентства «Минск-Новости».

Лошадиная тяга

Большинство дорожных происшествий в конце XIX века не имело материальных последствий. Чаще всего это было резкое торможение двух экипажей и их остановка в метре друг от друга. Местом такого ДТП мог стать любой перекресток столицы. Редко когда обходилось без шума. Извозчики в таких случаях начинали орать друг на друга, пуская в ход словцо покрепче. Обычно главная дорога оказывалась у того, кто имел более престижный номер. Номера от 1 до 100 старались заполучить самые состоятельные частные извозчики и извозопромышленники. У них всегда животные, экипажи, сбруя и одежда находились в идеальном состоянии. Как и право главной дороги по отношению к номерам от 101 и далее. Когда в такую аварию попадали возницы из одной весовой категории, могло дойти и до рукопашной. Сдать назад и пропустить коллегу считалось признаком слабости, а не благородства.

Минские дороги всегда были довольно опасным местом. В дореволюционное время правил дорожного движения не существовало. Лишь предписывалось «двигаться по дороге, держась правой стороны». Только извозчикам это не нравилось. Они стремились ехать ровно посередине дороги, смещаясь вправо лишь при встречном разъезде. Конечно, городовые старались прижать водителей к обочине, но тщетно. Ведь, когда катишь по центру улицы, куда меньше вероятность столкнуться с горе-пешеходом. А это самый распространенный вид ДТП в дореволюционное время.

Например, весной 1878 года в полицейскую часть нагрянула толпа минчан. Они привели с собой извозчика, совершившего наезд на пешехода. Выяснилось: извозчик Петр Качан вез офицера по Тюремной улице (ныне Интернациональная). Поворачивая направо на Богадельную улицу (ныне Комсомольская), он увидел, как девочка взяла на руки маленького мальчика и собралась переходить улицу. Ребенок ступил на дорогу и увидел поворачивающий экипаж. Малышка побежала, но споткнулась, и дети растянулись на мостовой. Петр Качан резко натянул вожжи и сумел остановить экипаж буквально в метре от плачущего мальчугана. Девочка быстро вскочила, схватила своего брата на руки и перебежала дорогу. После этого извозчик продолжил движение. Минчане, проходившие неподалеку, услышали детский крик и решили, что возница сбил ребенка и пытается скрыться с места происшествия. Неравнодушные горожане не стали разбираться в подробностях, а задержали извозчика и завели в полицейский участок. Через две недели состоялся суд. На процессе полностью оправдали Петра Качана, признав его действия правильными. Не останови он лошадь, и мальчишка бы оказался под копытами.

Только без травм обходилось не всегда. В 1904 году не повезло легковому извозчику № 180. Проносясь с ветерком по столичной улице, он сшиб прохожего. Возницу тут же задержали. Выяснилось, что прохожий не кто иной, как городовой Беленкой. Он упал на тротуар и сильно ударился затылком. Лихого водителя привлекли к ответственности за неосторожную езду.

Не было печали…

В 1892 году у извозчиков появился принадлежащий городу конкурент — минская конная железная дорога. Общественный вид транспорта сделал многих извозчиков куда покладистее с пассажирами. У последних появился выбор между дешевым извозчиком и конкой. Нагрубишь пассажиру — и он передаст копейки за проезд кондуктору в вагоне.

Проблемой стали участившиеся ДТП, многие из которых оказывались с серьезными последствиями. При столкновении с конной повозкой пешеход чаще всего отделывался легким испугом или ушибами. Другое дело — конка. Например, в 1908-м на Александровской улице (ныне улица Богдановича) под вагон конки попал 15-летний крестьянский мальчик Иван Журавлев. С переломом правой бедренной кости его пришлось отправить в больницу.

В том же году около гостиницы «Одесса» (ныне перекресток проспекта Независимости и улицы Комсомольской) мальчик-форейтор, отпрягая пристяжных лошадей от вагона конно-железной дороги, поскользнулся на снегу и попал под вагон. Беднягу успело протащить несколько метров, пока вагон не остановился. Всего в слезах, мальчишку достали из-под вагона живым и невредимым. Снег, толстые валенки и тулуп спасли его от переломов.

Настоящие проблемы начались после того, как на минских улицах появились автомобили. Лошади, особенно крестьянские, боялись их как черт ладана. Заслышав мотор, начинали нервничать, вырываться. Не прошло и месяца, как городская управа сдалась и разрешила инженеру Свентицкому возить на своем «Оверленде» пассажиров. Но вскоре случилась первая трагедия. 7 ноября 1912-го такси № 1, как обычно, катало развлекающуюся публику по Коломенской улице (ныне Свердлова). На месте современного Михайловского сквера в те годы действовал Виленский базар. Крестьянин из деревни Колядичи Константин Зернятко привязал свою лошадь и пошел за покупками. Животное испугалось проезжавшего автомобиля и стало метаться. Хозяин попытался взять лошадь под уздцы и успокоить. Вдруг она встала на дыбы и рванула прочь. Зернятко не удержался и упал, ударившись головой о тумбу. Тут же вызвали карету скорой помощи, но пострадавший скончался по дороге в больницу.

Стоп, машина!

В подавляющем большинстве случаев в остановке дорожного движения оказывались виновны ломовые извозчики. Их перегруженные подводы застревали в ямах и рытвинах, переворачивались, ломались, груз рассыпался. Так как ездить они предпочитали по центру улицы, то перекрывали ее полностью. Были и резонансные случаи. Например, в январе 1898 года в еврейскую больницу привезли ломового извозчика Шапиро с сильно разбитым лицом. Такие повреждения ему нанесла его рабочая «машина». В тот день он вез очередной груз. Повозку забил сверх меры, чтобы не делать два рейса. На Койдановской улице лошадь выбилась из сил и встала. Как потом писала газета «Минское слово»: никакие энергичные, надо полагать, даже слишком энергичные меры не могли заставить ее тронуться с места. Осыпаемая ударами кнута лошадь так лягнула Шапиро, что у того оказались выбиты несколько зубов и сломана челюсть.

Новой серьезной проблемой, значительно осложнившей жизнь извозчикам, стали рельсы конки. Если легковые преодолевали это препятствие на малой скорости без особых проблем, то груженые подводы ломовиков частенько намертво вставали перед ними. Приходилось искать объездные пути или частично разгружать воз, чтобы лошадь смогла перетянуть его через рельсы. Чаще всего в ловушку на рельсах попадали подводы с дровами. Зимой из-за снега возницы эту преграду не замечали, сани наглухо застревали. Тогда приходилось звать на помощь прохожих.

Проблемой для легковых экипажей рельсы конки становились тогда, когда они пролетали их на скорости. Карету сильно подбрасывало, могло накренить и даже увести в занос. Самым показательным с такими вводными стало ДТП 1913 года. Извозчики считали вагончики конки слишком медленными и старались проскочить перед ними как можно быстрее. Так поступил извозчик Кручковский. Он резко ускорился на Губернаторской улице (ныне улица Ленина), перелетел через рельсы перед приближающимся вагоном конки. Пролетка подпрыгнула на мостовой и ушла в занос. Остановила ее карета губернатора, припаркованная перед его домом (ныне в нем расположен Республиканский музыкальный колледж). В итоге лихачу пришлось платить штраф и выложить кругленькую сумму за разбитые фонари и стекла в карете губернатора.

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ