Хорошо там, где мы есть

Магда Крепак
Автор материала:
Магда
Крепак

В Минск приехала погостить подруга из Канады, коренная минчанка, которая, однако, больше 15 лет живет в Северной Америке.
В белорусской столице не была 10 лет. Конечно, мы активно переписывались, беседовали по телефону и скайпу, высылали друг другу фотографии и видео. Но увидеть своими глазами изменившийся город ей довелось только сейчас. А мне посчастливилось наблюдать за ее впечатлениями.
Первой большой неожиданностью для моей гостьи стал Национальный аэропорт Минск. Выйдя из зоны досмотра, обнявшись со мной, Наташа огляделась вокруг и произнесла:
– Ничего себе! Это аэропорт? 10 лет назад я была совсем в другом сооружении. Или это другой аэропорт?
– Да тот самый.
– Какая красота!
Позже моя подружка показала снимки минского аэровокзала своему мужу. Тот сразу решил, что это аэропорт Амстердама, где Наташа делала пересадку. Ничего удивительного: в 2005-м он вместе с женой прилетал и улетал еще из старого аэропорта Минск-2…
В течение двух недель мы много ездили на машинах и на общественном транспорте – в гости, на кладбище, просто по городу. Наташа пытливо изучала изменившийся Минск, о многом спрашивала, кое-чему удивлялась.
Озадачили ее некоторые особенности нашей торговли (или она просто от них отвыкла). Например, обилие алкогольной продукции в обычных продуктовых магазинах.
– У нас спиртное продается в специальных государственных магазинах, причем работают они по жесткому режиму: с 12.00 до 21.00 в будни и до 17.00 в выходные.
Странным показалось Наталье и огромное количество сладостей и кондитерских изделий, предлагаемых в крупных и мелких торговых точках. Причем магазинчики с такими лакомствами встречались нам даже во многих подземных пешеходных переходах рядом со станциями метро.
– Да-а, мимо такого обилия ароматных углеводов дети и взрослые, которые выходят из метро, не пройдут. Но лучше бы здесь продавали овощи-фрукты или орехи. Это ведь намного полезнее!
Я лишь улыбнулась: полностью согласна, но… Позже, в супермаркетах, мы смогли увидеть и эту продукцию. Было как раз начало ноября, когда цены на помидоры и огурцы подскочили до 40.000–50.000 рублей.
– М-да, – только и произнесла подруга.
Но еще сильнее ее впечатлили орехи. Положив на весы около 150 граммов миндаля в пакетике, мы увидели стоимость – почти 60.000… Выяснилось, что это чуть дороже, чем у них в Торонто.
– Теперь ясно, почему гораздо приятнее купить в свое удовольствие конфеты и печенье: по крайней мере, не будет совесть мучить, что непонятно на что деньги выкинул, а оно сразу закончилось, – вывод оказался совершенно точным.
Когда мы ехали по нашим магистралям, Наташа хвалила качество дорог и удивлялась огромному количеству машин («10 лет назад столько не было!»).
Но отметила, что водители пешеходов у нас не слишком уважают (сама она автомобилист с 12 летним стажем).
– У нас пешеходы – короли улиц, – заметила она. – А в Минске я не рискну сесть за руль: здесь, по-моему, не только пешеходов, но и друг друга водители не уважают.
А еще, глядя на стоящие и висящие вдоль дорог рекламные билборды и растяжки, рассказала, что в Торонто строго регламентировали количество и содержание подобной рекламы вдоль магистралей. Местные власти решили: риск из-за того, что водители отвлекаются на придорожные билборды, не стоит дохода от такой рекламы…
Наш общественный транспорт Наташа восприняла совершенно спокойно, даже когда ей пришлось пару раз проехать в час пик. Правда, минская система оплаты проезда ей показалась не вполне понятной. Я, естественно, поинтересовалась, а как у них.
– В городские автобусы Торонто все входят через переднюю дверь, опуская деньги в машинку у водительской кабины (причем без сдачи: если больше – сдачи не будет). Либо компостер «съедает» приготовленный заранее талон. Проездные просто показывают водителю. Контролеров в городских автобусах нет. Но в пригородных они периодически проверяют оплату проезда, там, кстати, можно входить во все двери. И если уж попадешься без билета и не заплатишь штраф – сразу в суд…
– Как же в час пик в одну дверь-то втиснуться?
– В такое время пассажиров, конечно, много, но общественный транспорт ходит один за другим, поэтому атаковать его людям нет нужды. Все чинно, гуськом заходят в переднюю дверь.
…Побывали мы с Наташей и моими детьми на катке, что в Студенческой деревне возле мединститута. Очень ей там понравилось: и лед хороший, и народу не слишком много.
Обязательным пунктом экскурсионной программы предполагался метрополитен. Когда Наташа была здесь в последний раз, только собирались открывать западные станции второй линии в направлении «Каменной Горки». Так что ей предстояло увидеть и эти три станции, и «Уручье» с «Борисовским трактом», и те, что открылись последними в юго-западном направлении – от «Грушевки» до «Малиновки». Как и следовало ожидать, особенно впечатлили гостью звездное небо на «Петровщине» и деревья с птичками на «Малиновке». Но моя спутница немало удивилась, узнав, что фотографировать в подземке запрещено:
– Как же так? Это ведь достопримечательность. Ни в одном городе Америки и Западной Европы, в которых я бывала, такого запрета нет…
Подружка все-таки поснимала немножко на мобильник, и, каюсь, даже я ее пару раз щелкнула на фоне интерьеров станций.
Когда ездили по городу, Наташа поражалась тому, как он «расстроился» (в смысле появления новых строений). Впечатлили ее здания разной архитектуры и цветовой гаммы:
– Нескучный город, приятно смотреть.
В полном восхищении была Наташа, и гуляя со своим папой в парке у Комсомольского озера: все ухожено, кругом золотая листва…
Хорошее впечатление произвел на мою гостью и торговый центр «Столица». Там купили большую часть подарков ей и ее родным в Торонто, в том числе конфеты (они за кордоном всегда пользуются спросом).
А знаете, что не разрешают ввозить в Канаду, а Наташе очень хотелось? Семена. Там они очень дороги. Но подружка рассказала один «ужастик», связанный с этим, и мне все стало ясно: в Северную Америку из Китая завезли огромную партию древесины. Потом обнаружили, что вместе с ней прибыли личинки каких-то жутких насекомых – летающих жуков длиной сантиметров восемь, живучих, как тараканы. Кроме того, что они сами по себе малоприятные, эти жучары еще и древесину стачивают. До сих пор от них в Канаде не избавились. После этой катастрофы, говорят, и запретили ввозить в страну что-либо, что может содержать личинки насекомых.
Поездкой Наташа осталась довольна: повидала папу, нас, город, пригород, да еще успела сделать кое-что по линии стоматологии и ортопедии, что в Беларуси во много раз дешевле, чем в Канаде. Очень хочет приехать через год с дочерью и мужем, если финансы позволят. Говорит: «Чувствую, Минск меня ждет».

Самое читаемое