Искусство видеть прошлое: как найти и раскопать новый город

Какие тайны нашего прошлого открываются благодаря работе отечественных археологов?

Об этом и не только корреспондент агентства «Минск-Новости» поговорила с профессором, доктором исторических наук, заведующей центром истории доиндустриального общества Института истории НАН Беларуси Ольгой Левко.


За находкой видеть жизнь далеких предков

– Ольга Николаевна, мне кажется, выбрать археологию делом своей жизни может только очень романтичная натура. Начитались в детстве книг и решили искать исчезнувшие цивилизации?

– Нет. Меня как раз больше интересовали вопросы философии, истории. Археология казалась чересчур прикладной наукой. Я пришла в Институт истории с намерением заняться чисто исторической наукой. Но судьба сложилась так, что меня определили в отдел археологии. И мне повезло с руководителем – Леонидом Давыдовичем Поболем. Рядом с ним поняла: археология может быть необыкновенно увлекательной.

– Какими качествами должен обладать человек, чтобы состояться как профессиональный археолог?

– Археологом может быть только тот, кто ставит перед собой определенную научную цель, видит конечный результат труда. Есть категория любителей, которые копают, чтобы отыскать нечто ценное с их точки зрения. Мне же интересно интерпретировать найденное, увидеть за каждым предметом материальной культуры жизнь далеких предков.

LK2A3682 copy

LK2A3686 copy

LK2A3687 copy

LK2A3697 copy

– Как возникла у вас идея создания археологического музея при Институте истории?

– Такая идея витала в академии наук с 30-х годов прошлого века. Об этом мечтали первые белорусские археологи Александр Левданский, Сергей Дубинский, Константин Поликарпович, которые исследовали стоянки эпохи палеолита, первые города на территории Беларуси. Но не было денег, помещения и так далее. Потом наступили репрессии, несколько ведущих археологов погибли. В 1960-е годы о необходимости археологического музея заговорили опять. Сохранился даже его план, который обсуждался в президиуме академии наук. Но реализовать его не удалось. В 1980-е Леонид Давыдович Поболь добился того, чтобы под музей выделили помещение, стали закупать стеллажи. Но, увы, по ряду причин снова не сложилось…

В 2005 году Институт истории возглавил Александр Александрович Коваленя, который предложил все лучшее из археологического наследия сделать доступным для массового посетителя, чтобы наглядно показать, для чего мы трудимся. Мы намеревались создать не просто музей, а научно-образовательный центр. Сегодня можем показать и школьникам, и взрослым, как выглядела, например, первобытная стоянка периода палеолита. На фотостендах можно увидеть процесс раскопок памятников разных периодов. Есть и их реконструкции. За 8 лет археологический музей посетили тысячи людей. И наши соотечественники, и иностранные коллеги высоко оценивают его.

– Можно сказать, вы открыли на карте Беларуси третий Шклов. Вам помогла интуиция?

– Я его сначала вычислила, изучив письменные источники. Известно было местонахождение и время существования нового и старого Шклова. Но между ними хронологически выпадал период со второй половины XVI по XVIII век, относящийся к неизвестному среднему Шклову, самому насыщенному историческими событиями, занимавшему 7-е место в Великом княжестве Литовском по экономической значимости. Долгие годы ученые не знали, где он находится. Я обнаружила его на окраине современного Шклова у реки Днепр, где сохранилось замчище. Этот средний Шклов раскапывала с 2002 по 2012 год. Когда создавали Шкловский районный историко-краеведческий музей, то археологическую экспозицию составляли в основном по моим материалам. Сегодня там уже планируется музей под открытым небом. Начата работа над большой книгой об этом городе.


Определить свое место в истории

– Ольга Николаевна, вы считаетесь специалистом по истории Беларуси IXXVIII веков. Какие историчеcкие проблемы нашего прошлого больше всего занимают вас сегодня?

– Самая важная для меня сегодня проблема – формирование государственности на территории Беларуси. Как от родоплеменного строя предки перешли к раннегосударственному? Об этом много писали. Однако все опирались лишь на письменные, крайне ограниченные источники. В советское время все придерживались концепции создания единого древнерусского государства в Восточной Европе, в которое вошли славяне с территорий России, Украины, Беларуси. Но сейчас российские ученые отстаивают точку зрения зарождения древнерусской государственности с Новгородчины, украинцы настаивают на том, что ранняя государственность восточно-европейских славян началась в Киеве, матери городов русских. Я, как и многие коллеги, убеждена: была еще и третья зона формирования государственности с центром в Полоцке, что показывают и письменные источники. Археологический материал, который исследовала, позволил убедительно подтвердить такое мнение. В короткой беседе этого не объяснишь, но факт остается фактом – археологические и исторические источники идут рука об руку, помогая объективно раскрыть страницы прошлого.

LK2A3691 copy

– Сейчас много спорят о том, кто такие белорусы – славяне, балты, балтославяне. Возможно, ваши исследования внесли что-то новое в понимание этнических процессов, происходивших на территории Беларуси?

– Да, историков и археологов можно условно поделить на славянистов и балтистов. Но я считаю: нельзя развивать свою концепцию в ущерб другой, нельзя тенденциозно подбирать факты. Этнически чистых народов нет: всегда живущие бок о бок этносы ассимилируют друг друга. Взаимодействие балтов и славян с момента их появления на территории Беларуси шло постоянно. Но интенсивность этого взаимодействия была различной в разных местах: где-то преобладали балты, где-то славяне. Это зависело от потоков населения, которые двигались по территории нашей страны в разных направлениях и насыщали местных жителей своими признаками и традициями. Мы сейчас готовим книгу «Славяне на территории Беларуси в догосударственный период», где обозначили подход к этой проблеме. Считаю счастьем, что сегодня можно все эти вопросы обсуждать. Важно не утрировать, а стараться быть объективными и развивать науку, определять, каково наше место в истории.

– Появилась информация о бытовании викингов на территории Беларуси. Есть ли у археологов доказательства в пользу этого утверждения?

– Тема викингов у нас в зачаточном состоянии. Немногочисленные следы их пребывания на территории Беларуси обнаружены. Но доказательств того, что викинги играли существенную роль в древней истории Беларуси, пока нет. Таких их поселений, как в Шестовице в Украине, или погребений, подобных тем, что найдены под Смоленском, на нашей территории мы пока не раскопали. Перед своим коллективом на ближайшую перспективу ставлю задачу: разобраться, какое место викинги занимали в жизни населения Беларуси.


Нужны учебники нового поколения

– Учитываются ли в школьных учебниках современные научные взгляды и концепции?

– Зачастую нет. Во всяком случае, утверждение о едином древнерусском государстве сохраняется по сей день. Средневековая история изложена слабо и неточно. Ученые и преподаватели должны вместе обсуждать современные исторические концепции и вместе создавать учебники нового поколения. Мы уже выпустили, например, серию изданий о древнейших городах Беларуси. Но до детей и подростков эта информация не доходит. А хотелось бы, чтобы к окончанию школы юные белорусы имели более верное представление об историческом развитии своей страны.

– Может ли история быть неидеологизированной? Или это правильно, когда она рассматривается с точки зрения национальных интересов и приоритетов?

– Государство должно защищать своих граждан, создавать у них понимание его значимости в окружающем мире. У него должны быть исторические основания для осознания своей самостоятельности. Для этого нужно знать корни. Исторические ценности практически у всех народов одни и те же. Но преподносятся они по-разному. Белорусское государство самоутверждается в мире как суверенное, но не ущемляет интересы соседей. И эта позиция учитывается в научных трудах отечественных специалистов. Мы, например, не заостряем внимания на том, кому, когда и как принадлежали те или иные территории. Разве это не идеология?


На раскопки с внуком

– Наверное, из-за ваших вечных командировок одержимости профессией семья была обделена вниманием и заботой?

– Археология, которая требует проводить в экспедициях по 6–8 месяцев в году, – безусловно, не женское занятие. Но она не помешала мне вырастить двоих замечательных сыновей. Декретов у меня не было. Уже спустя 4–6 месяцев после рождения детей отправлялась на раскопки. С 5-летнего возраста брала мальчиков с собой в экспедиции. И хотя ни Роман, ни Глеб по моим стопам не пошли, они мне всегда готовы помочь. Вывозила на раскопки в Городокский район уже и 10-летнего внука Антона. Ему там понравилось. Ждет не дождется, чтобы опять отправиться со мной в экспедицию.

LK2A3703 copy

LK2A3704 copy

Фото Алексея Колесникова

ТОП-3 О МИНСКЕ