Иван Тихон: «Все испытания укрепляют человека, делают сильнее»

Титулованный белорусский молотобоец Иван Тихон рассказал корреспонденту агентства «Минск-Новости», насколько важно прислушиваться к внутреннему голосу и почему ему ценна серебряная медаль Олимпиады в Рио.

Опыт — сын ошибок

За день до выступления на Играх-2012 в Лондоне Международный олимпийский комитет отстранил вас от соревнований…

— Это меня не убило: был готов к такому раскладу. Хотя и расстроился. Что касается занятий, то тренировался и тренировал детей. Находился в должности заместителя председателя Гродненского областного спортивного общества «Динамо». Заранее с руководством организации договорился, что будет возможность уйти, чтобы вернуться в большой спорт. Совмещать три вида деятельности крайне сложно. В таком случае человек допускает много ошибок. Я не исключение.

Можно поподробнее про работу с детьми?

— Хотелось кому-то передавать свои знания. Уровень подготовки девчонок в моей группе был разный: кто-то начинал с нуля, а кто-то уже имел определенные навыки. Работать тренером нравилось. Затевать что-то новое интересно. Я до сих пор с ученицами общаюсь. Из пяти в спорте осталась только Анна Заянчковская. Она уже пробовала силы на мировом юношеском первенстве, юниорских чемпионатах мира, Европы. Аня порой выезжает со мной на сборы. Ее консультирует известный специалист, один из моих бывших наставников Сергей Литвинов. Другие ученицы? Кто-то учится в вузе, кто-то замуж вышел. Я ничуть не критикую их. Они тоже выбрали достойный путь.

Слышал, к вам на консультацию приезжали молотобойцы из-за рубежа…

— Были ребята из Туркменистана, Ирана, Мексики. Никому не отказывал. Ведь атлет, которого консультируешь, берет то, что считает нужным. У него свой путь. Но мой опыт должен ему помочь. Считаю себя последователем белорусской школы метания молота. Да, меня тренировал российский специалист Сергей Литвинов. Любопытно, что для него большим авторитетом был белорусский молотобоец, олимпийский чемпион Ромуальд Клим. Сергею Николаевичу нравится наша школа метания.

Сам себе хозяин

Возвращаться в большой спорт было сложно?

— Очень. Набор физической формы, исполнение технических элементов, подготовка к соревнованиям… Организм сам по себе ленивый. Его нужно постоянно подталкивать. Порой хитростью. К прогрессу относился критически. Знаешь, как делать идеально, и видишь, где и что упустил. Промашек было много. Если сказал бы себе, что получается все идеально, и успокоился, то ничего бы не добился. Ведь говорят, что лучше уйти недоев, чем вкусить лишнего.

Кто был вашим тренером последние годы?

— Консультировался у Литвинова, но важные решения принимал самостоятельно. Лично планировал, координировал, составлял план и нес ответственность за результат. Чтобы все сложилось, атлет должен чувствовать свое состояние, а внутренний голос — кто-то называет это голосом сердца — направляет в нужное русло, оберегает от неправильных решений. Тренер тоже помогает спортсмену. Наставнику нужно найти слова, чтобы убедить сделать так, а не иначе, чтобы слова легли спортсмену на душу. Тогда у атлета появится вера в себя.

Бывает, что внутренний голос обманывает?

— Нет. Когда человек совершает плохой поступок, внутренний голос говорит, что так нельзя. Если постоянно прислушиваться, то голос четче и ярче будет давать ответы. Лучше не идти с внутренним голосом на конфликт. А еще хуже на сделку: поступлю сегодня плохо, завтра заглажу вину, сделаю что-то хорошее — и мне все сойдет с рук. Такой вариант не пройдет.

Поделитесь секретом несгибаемости…

— Все люди проходят через жизненные экзамены. Если стремился к чему-то, то нужно идти до конца, доказывать. Все испытания укрепляют человека, делают сильнее. Нельзя сдаваться или зацикливаться на плохом. Очередное препятствие нужно преодолеть, чтобы приблизиться к цели.

В детстве вы тоже не боялись трудностей?

— Мне повезло, что занимался тем, что нравится. Например, любил ходить в школу. Каждый день узнавал что-то новое. Класс был небольшой — всего семь человек. Мне доставляло удовольствие каждый день отвечать. Это было отличное общение. Да, учителя встречались и строгие, и мягкие. Школьные годы — самые счастливые. Сейчас 1 сентября завидую школьникам, студентам.

Из-за любви к учебе пошли в аспирантуру Гродненского государственного университета?

— Не только. Хочу передать свои знания, опыт в виде научной работы. Каждый человек должен не только оставлять после себя медали, но и досконально раскладывать путь к этим медалям. Иначе пропадут опыт, знания, которые мне передавали специалисты. А если так же сделает другой, третий молотобоец? Вид спорта может и зачахнуть. А так опубликую научную работу — кто-то найдет ее, материалы других метателей и будет знать, куда можно ходить, а куда нельзя.

До встречи в Токио?

Частенько просите журналистов, чтобы не задавали вопросов о будущем. Почему?

— Мы должны помнить свою историю, жить настоящим, мечтать о будущем. После квалификационного раунда на Олимпиаде в Рио вышел в микст-зону. Журналисты начали поздравлять уже с победой в финале, мол, Ваня — ты чемпион Игр. Ответил, что рано радоваться. Любой из соперников может показать классный результат в финале… Так и вышло. А если бы согласился, что уже чемпион, как бы ко мне отнеслись? Пообещай я перед Играми в Рио: привезу «золото», а приехал с «серебром», сказали бы, что выступил плохо. А так промолчал, стал вторым. Принес болельщикам положительные эмоции.

Вы проиграли таджику Дилшоду Назарову…

— Новый олимпийский чемпион — не новичок в метании молота. Он не появился внезапно. Дилшод — призер чемпионата мира — 2015. Это уже о многом говорит. Назаров был готов к соревнованиям великолепно. В финале кто-то отработал лучше, кто-то хуже. Я боролся и сделал все что мог. Хотелось большего, но необходимо принимать все как есть.

Как отнеслись к завоеванию серебряной медали?

— После того как вылетел в квалификации главный претендент на «золото» поляк Павел Файдек, многие ждали от меня золотой награды. Но доволен и «серебром». Ведь большой промежуток времени не было соревновательной практики. Это сказывается на ощущениях во время выполнения броска. Хотя… Небольшая горчинка осталась от того, что не сумел выиграть.

Это мотивирует остаться и продолжить?

— Конечно, хотелось бы выиграть «золото» летних Игр.

На пресс-конференции после окончания финальных попыток зарубежная пресса наехала на вас…

— Было дело. Похоже, всех атлетов из бывшего СССР воспринимают как россиян. Представителей этой страны в легкой атлетике отстранили от выступлений в Рио. Журналисты из англоязычных изданий на пресс-конференции спрашивали, благодаря каким лазейкам я смог попасть на Олимпиаду. Им все спокойно объяснил. Никаких проблем.

Олимпиада в Рио оставила осадок. Спортсмены, журналисты рассказывали, что в город лучше было не казать нос…

— Не нужно думать о людях плохо. В каждой стране есть позитивное и негативное. Бразильцы добрые, веселые, улыбчивые. По крайней мере, мне встречались такие. Видел, как они играют на пляжах в футбол, волейбол. И испытал уйму положительных эмоций. В той же Олимпийской деревне они старались оперативно устранять недочеты, неполадки. Я не слышал, чтобы кому-то отказали. На мой взгляд, бразильцы провели Олимпиаду на должном уровне. В Рио сам провел много времени. Пообщался с ребятами из белорусской дружины. Узнал, чем они дышат, к чему стремятся, о чем мечтают. Порадовался за каждого, за командный дух, за шикарную атмосферу в коллективе.

Когда что-то не получается, ругаете себя?

— Анализирую, чего не хватило. В одном случае — концентрации, во втором — четкого плана, в третьем — знаний, связанных с перелетом, фармакологией, диетой. В конце концов, может, просто не выспался. Всегда есть пространство для развития. Необязательно себя ругать. Главное, сделать правильные выводы и дважды не наступать на одни и те же грабли.

Самое читаемое