Известный белорусский хирург Станислав Третьяк делится воспоминаниями об отце – Герое Советского Союза Иване Третьяке

В 18-томной «Белорусской энциклопедии» их имена стоят рядом. Отец и сын. Один – военный, другой – медик, представитель самой мирной профессии.

Справочно

Иван Моисеевич Третьяк (1923–2007), генерал армии, Герой Советского Союза и Герой Социалистического Труда. Родился на Украине, в Полтавской области, умер в Москве. С сентября 1967 по июнь 1976 года был командующим войсками Краснознаменного Белорусского военного округа. С 1976 по 1984 год – командующий Дальневосточным военным округом. С 1984 по 1986 год – главнокомандующий войсками Дальнего Востока. В 1986–1987 годах – главный инспектор Министерства обороны – заместитель министра обороны СССР. С июня 1987 по август 1991 года – главнокомандующий войсками ПВО, заместитель министра обороны СССР, заместитель главнокомандующего Объединенными Вооруженными Силами, командующий войсками ПВО государств – участников Варшавского договора.

Станислав Иванович Третьяк – заведующий 2-й кафедрой хирургических болезней Белорусского государственного медицинского университета, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный деятель науки Республики Беларусь, лауреат Государственной премии Республики Беларусь.

Накануне великого праздника – Дня Победы доктор медицинских наук, профессор Станислав Третьяк делится воспоминаниями о выдающемся отце, которых нет ни в энциклопедиях, ни в книге, изданной в Москве к 90-летию со дня рождения И.М. Третьяка.

Память сердца, память эмоций самая сильная. И, наверное, самая важная. Без нее современному человеку не понять и не оценить по достоинству жизнь и подвиг поколения победителей.

Как отец меня спас. А потом наказал

– После войны повсюду было много брошенного оружия, и мы, мальчишки, играли с ним в войну. И вот когда мы жили в Гусеве Калининградской области, я (было мне тогда лет 6) нашел немецкий карабин. Принес его домой, осмотрел и обнаружил, что в патроннике застрял патрон. Вставил шомпол в ствол и молотком начал выбивать патрон, не понимая, какими последствиями это чревато. И надо же – как раз в это время открылась дверь: отец пришел на обед. Увидел, чем занят сын, мгновенно оценил ситуацию, велел отложить молоток и выхватил у меня карабин. Вот в тот день мне досталось от отца. И еще раз он меня строго наказал, когда обнаружил, что мы с пацанами полностью пустили в расход его коллекцию патронов, оставшуюся с военных лет.

Отец был строгим человеком, педантом, как все военные. Он научил нас с братом поддерживать порядок во всем, держать слово, привил привычку к пунктуальности, дисциплине, чистоплотности – в работе, в науке, в человеческих отношениях. Несмотря на требовательность, отец обладал очень редким качеством: подсказывая, как лучше поступить в сложной ситуации, он всегда оставлял нам с братом право выбора.

И самое главное, он воспитал в нас любовь к Родине. Он говорил: «Есть две вещи, которые нельзя совершать ни при каких обстоятельствах: поднимать руку на маму и на Родину. Потому что это равносильно предательству».

О непререкаемости авторитета отца в семье заботилась мама, Мария Петровна. Она у нас тоже очень интересная женщина. Окончила Московский военный институт иностранных языков, знает 4 языка, дослужилась до звания майора. Мои родители познакомились на танцах, которые специально устраивали для студентов «закрытых» вузов. Папа после войны учился в Военной академии им. М.В. Фрунзе, ему сложно давался английский, и мама взялась подтянуть его. Так за уроками английского они и полюбили друг друга и прожили вместе 58 лет.

IMG_8490

Иван Моисеевич Третьяк вместе с супругой Марией Петровной перед правительственным приемом

 

Отец на войне заставил себя прооперировать, пригрозив пистолетом

– Войну отец вспоминал как жуткое время. Признавался: с первого дня до ее полного окончания (а для отца победа наступила не 9 мая, а в самом конце этого месяца 1945 года) ему было страшно. Все 5 лет он преодолевал страх и вел за собой людей. 20-летним пацаном отец командовал 93-м гвардейским стрелковым полком. Несомненно, божья искра в нем была: он наделен даром военного, заботился о подчиненных, и ему везло. Хотя за время войны отец 5 раз был ранен (трижды – тяжело), подлечившись, он всякий раз возвращался в свою часть.

Однажды во время выполнения спецзадания в тылу врага бойцы нарвались на немцев, и один из них выстрелил в отца почти в упор. Ранение было очень тяжелым, с кровотечением. Товарищам все-таки удалось отбиться, отца доставили в медицинский полк. Пришел врач, осмотрел его и удалился, ничего не сказав. Отцу дали горячего чаю – один стакан, второй… Теряя силы, он почувствовал: его, кажется, оценили как безнадежного и бороться за него не станут. И он приказал ординарцу: «Давай-ка, поднимай меня». Преодолевая боль, дошел до операционной, достал пистолет и потребовал: «Если меня сейчас же не прооперируют, застрелю всех». И его прооперировали. Не прояви отец такой настойчивости, он наверняка бы умер.

Вообще отец не рассчитывал дожить до 84 лет, потому что война, конечно, подорвала здоровье. На фронте он перенес желтуху и, видимо, на фоне авитаминоза перестал видеть. Кто-то из врачей порекомендовал ему есть печень. Вдумайтесь: на войне соблюдать диету, регулярно есть печень! Но личный состав настолько уважал отца, что каждый день ему доставали печень. Где ее брали, отец так и не узнал. Но зрение к нему вернулось, и он возвратился в строй. Сослуживцы любили отца, потому что он берег их. Помню, как один его сослуживец, приехав к нам в гости, при встрече с отцом встал на колени и заплакал: «Командир, тебе я обязан жизнью!» Помню и другого фронтовика, которому на глазах отца осколком разворотило живот так, что наружу вывалился кишечник. Папа не растерялся, заправил внутренности обратно, снял рубаху и затянул ею рану. Этого солдата доставили в госпиталь, и он выжил. Самое поразительное – у него в тех условиях не случилось даже нагноения! Я был уже студентом МГМИ, когда познакомился с ним, и с любопытством рассматривал огромный рубец через весь живот.

Иван-строитель: след генерала Третьяка в Беларуси

– В Беларуси отца не случайно называли «Иван-строитель». Он был очень прогрессивным человеком и понимал, что для обучения личного состава современной армии нужна хорошая база. Исключительно бережно относился к технике: строил ангары для самолетов, боксы для танков. Белорусский военный округ при отце стал полигоном для изучения новых образцов техники, они и сегодня на вооружении в Беларуси. Он проводил много учений, постоянно был в войсках. Благодаря огромному практическому опыту учил людей воевать. Вместе с тем заботился и о нормальных условиях жизни людей в погонах и их семей. Наряду со строительством учебных центров много строилось жилья для военнослужащих. В Беларуси отец получил орден Красного Знамени, а потом орден Ленина.

Когда отца перевели в Дальневосточный военный округ, мама уехала с ним, а мы с братом остались в Минске: я поступил в МГМИ, Володя – на факультет радиофизики БГУ. Мы увиделись с родителями, уже когда отца перевели в Москву.

IMG_8493

Иван Моисеевич Третьяк рядом с Президентом Российской Федерации Владимиром Владимировичем Путиным

 

Отцовский «капитал»

– 9 Мая был святым праздником для отца. Обычно к нам домой на День Победы съезжались его фронтовые товарищи. Накрывали стол. Мы с братом к этому дню чистили отцу ордена специальным составом и обувь. А брюки и китель он гладил сам.

Глядя на отца и его фронтовых товарищей, я всегда восхищался их умением по-детски радоваться самым простым вещам. Поколение фронтовиков было очень непритязательным. Эти люди понимали: для счастья не надо много. Главное, чтобы были мир, дом, хорошая семья и добрые человеческие отношения. И еще они искренне болели душой за Отчизну, а не за свои кресла. Еще меня поражало в поколении отца постоянное желание учиться, наверстать то, что украла война. Все товарищи отца много читали, стремились побольше узнать, обсудить, поделиться друг с другом.

Кроме дачи и квартиры в Москве, которую на склоне лет отцу выделило государство, у него ничего не было. Главной ценностью отец считал большую библиотеку, которую постоянно пополнял: для книг всегда находил время.

После перестройки очень переживал, видя, что происходит развал страны и вооруженных сил. Будучи в отставке, продолжал работать и служить Отечеству до последних дней. Сейчас мы с мамой переживаем, как бы не снесли бюст отца, установленный в Полтавской области, в городе Хорол.

IMG_8486

Бюст генерала И.М. Третьяка в городе Хорол Полтавской области

 

Фото Сергея Пожоги

 

 

 

Самое читаемое