В детстве меня не водили в театры. Родители много работали, выходные тоже проводили в трудах, помогая в деревнях с уборкой картофеля и заготовкой сена на зиму. Высокая культура проникала в меня лишь на уроках игры на скрипке в музыкальной школе с понедельника по пятницу.
Отец не выдерживал моего искреннего детского искусства и каждый раз тихо ретировался из квартиры на время репетиций. Только маме приходилось слушать и поддерживать юное дарование. После окончания мной музыкальной школы все выдохнули, я в том числе. Скрипка — чудесный инструмент в правильных руках. Мне игра на ней давалась с трудом. Но тогда это было модно: многие дети после уроков отправлялись на занятия в музыкальную школу. Я оказалась там случайно: пошла с подружкой, чтобы ее поддержать. А в итоге меня после прослушивания зачислили сразу в первый класс, без подготовительного года. Сказали, что я одаренный ребенок. Я даже долго бравировала этим среди знакомых. Кстати, мою подругу тоже взяли на класс скрипки. Играла она божественно!
В занятия музыкой нужно вкладывать много труда. Когда родилась моя младшая сестра Оля, папа сразу сказал: никакой больше музыкальной школы. Наелся нотной грамоты со мной. Сестра была рада, что ее это обошло стороной, и счастливо проводила свободное время во дворе.
У меня трое детей, и они все отказались овладеть искусством игры на музыкальных инструментах. Ни фортепиано, ни барабаны, ни флейта их не заинтересовали. С одной стороны, я принимаю их позицию. Если нет внутреннего желания, то зачем навязывать родительскую волю? Но с другой — было бы прекрасно общаться с людьми с высоким вкусом и тонкой душой. Эх, не стать мне мамой музыканта… Погрустила и включила в наушниках Ванессу Мэй с ее скрипичным техно-акустическим фьюженом, чтобы мысленно вернуться в те дни, когда я думала, что буду играть как эта всемирно известная скрипачка. Ее музыка прекрасна, послушайте.







