Как цветовые решения фасадов помогают победить серость спальных районов Минска?

Про то, что цвет – это гораздо серьезнее, чем о нем принято думать, лично мне стало ясно лет с шести. 

Тогда впервые услышала «Оранжевую песню». Помните: «Я раскрашу целый свет / В самый свой любимый цвет»? И дальше по тексту: «Оранжевое небо, оранжевое море…» Ассоциация «оранжевый – цвет радости», наверное, оттуда. Каждый цвет – это множество значений. И они могут не просто отличаться, а быть противоположными. Например, в Европе в раннем Средневековье желтый воспринимался как символ божественности и царственности. Тогда как в период позднего Средневековья стал цветом измены, продажности, вероломства, греха. В прозе Гоголя желтый цвет ассоциируется с безумием.

Когда культовый итальянский режиссер Микеланджело Антониони снимал фильм «Красная пустыня», некоторые кадры подкрашивал вручную, чтобы добиться большей выразительности. Разбавил тоскливо-серую гамму пятнами красного, зеленого и холодного синего. Для режиссеров, художников, дизайнеров, архитекторов понимание цвета – часть профессии. Он активнее воздействует на человека, чем пластика или форма. Ведь зрительная информация первична.

Попытки победить цветом серость спальных районов Минска, которые сложились в советское время, радуют. Как преобразить безликие фасады типовых жилых домов и общественных зданий, но при этом не уйти в крайности? Когда возникает ощущение, что архитектор – автор проекта – не наигрался в красочки?

Корреспондент агентства сфотографировала хрущевку, многоэтажку и типовое общественное здание советского периода, которые прошли курс «цветотерапии». Выбор на эти объекты пал случайно.

Было интересно, насколько субъективные ощущения горожанина совпадут с мнением профессионала. Поэтому обратилась за консультацией к профессору Ленине Николаевне Мироновой, которая в течение сорока лет преподавала курс «Цветоведение» будущим художникам и дизайнерам в Белорусской государственной академии искусств. Она автор статей, учебных пособий, книг, сайта, посвященных колористике.

 

Улица Грицевца

ул грицевца

Здание было построено в 1954 г. По стилю напоминает дома на пр. Независимости. Разве что лепнина скромнее. Над входом – барельеф на школьную тему.

ул грицевца3

– Это псевдоампир – сухой вариант классицизма, – говорит Ленина Николаевна, рассматривая снимки. – Здание окрашено по стандарту. Стены – в один тон, пилястры – в другой. Первый этаж – третий. Цвета между собой сочетаются. Стандартная архитектура – стандартная покраска. А вот что касается барельефа, то, чувствуется, было желание его украсить. Но это напрасно. Использовать четыре цвета на такой небольшой форме – это перебор. Вспомните классические барельефы, например, в Санкт-Петербурге или на нашем пр. Независимости (некоторые я проектировала, когда в 1954 г. переехала в Минск и была принята на работу в проектный институт). Все они однотонные, допустима покраска, например, под бронзу. Форма играет за счет светотени.

 

Улица Буденного

Геометрический узор фасада кажется несоразмерным пространству. Ромбы словно зажаты между балконами. Делюсь наблюдениями с Лениной Николаевной.

ул буденного2

– Сам узор, возможно, и имеет место быть, но не в этой архитектурной ситуации. Ощущение, как будто брошь прикололи к старенькой кофточке, на которой она смотрится неуместно. Суперграфика (художественно-изобразительное решение декора фасадов. – Прим. авт.) должна быть связана с архитектурной формой здания. Это закон. Подготовила пример, который хочу показать вам, – Ленина Николаевна раскрывает книгу «Колористика города» А.В. Ефимова на странице, где сделана закладка. – Это типичная многоэтажка, дешевый массовый дом. Но какое интересное решение найдено. Фасад покрыт вертикальными полосами, которые различаются по цвету и толщине. Они подчеркивают высоту здания, словно задают определенный ритм. Возникает ощущение, что дом взмывает вверх. Хотя, кажется, что здесь такого? Простое решение…

– Как относитесь к тенденции размещать на наружных стенах зданий произведения стрит-арта?

Фасад жилого дома в Витебске
Фасад жилого дома в Витебске

– Все зависит от здания, где оно расположено, какое изображение. Нужно учитывать множество факторов. Помню, как еще во времена ГДР один немецкий журнал объявил конкурс на оформление уличных мусорных баков. Результаты были опубликованы. Статья запомнилась, потому что работы получились интересные, в разных стилях – от реализма до кубизма и супрематизма. Довольно грамотные решения предлагались. И по масштабу, и по цвету. На мой взгляд, дизайн малых архитектурных форм допускает гораздо большую свободу. Их можно и в молодежном дерзком стиле делать. Лишь бы не было непристойностей, пошлости, агрессии.

 

Улица Менделеева

ул менделеева2

– А вот здесь видна рука художника, – говорит Ленина Николаевна, когда смотрим фото, сделанные мной на ул. Менделеева. – Форма домов – не то квадрат, не то прямоугольник. Но благодаря грамотно решенной суперграфике архитектурный ансамбль хорошо воспринимается и вблизи, и на расстоянии. Угадан масштаб. Здания выглядят гармонично. Сочетание цветов – природосообразное.

– Что помимо вкуса архитектора влияет на выбор цвета?

– Придется прочесть вам курс цветоведения (улыбается). Вот хотя бы несколько факторов. Природно-климатические условия – какое число пасмурных и солнечных дней, какая влажность. Колорит местности – есть ли зеленые насаждения, водоемы и так далее. Архитектурная ситуация – не должно быть «спора» между зданиями, когда цвета одного и другого подавляют друг друга.

– Почти как у Чехова: «На вас зеленый пояс! Милая, это нехорошо!» Тут и упрек в отсутствии хорошего вкуса, и снисхождение: мещанка, что с нее взять. Если вернуться к разговору о Минске, то больше примеров профессионального обращения с цветом или случайного, по принципу «в красочки никак не наиграются»?

– В Минске достаточно примеров удачного колористического решения фасадов. Особенно в новых микрорайонах. Бездушие типовой архитектуры заело. А профессиональное использование цвета и суперграфики все-таки смягчает ситуацию.

 

 

 

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ