Криминал в стиле ретро: канун Рождества и Нового года в дореволюционном Минске

На какие предпраздничные уловки шли продавцы и приказчики, когда начиналась горячая пора для криминальной братии и что выдало широко известных гастролеров Шевчика и Харитонова, выяснил корреспондент агентства «Минск-Новости», полистав дореволюционную прессу.

Дорога ложка к обеду

Этим правилом пользовались все городские торговцы. Каждый год с началом рождественского поста разворачивался предпраздничный торг. Магазины и лавки украшали мишурой, гирляндами, шарами и лентами. Самые элитные позволяли себе электрическую иллюминацию. Витрины расцветали заманчивыми рекламными объявлениями. Помимо привычных хвалебных листков – «лучшее качество», «от поставщика», «только у нас», появлялись заветные плакаты «дешевка», «распродажа», «все продается за полцены», «скидки ошеломляющие». «Будто половина торговцев решила ликвидировать свои дела, а другая половина – облагодетельствовать сограждан», – язвили корреспонденты газет по всей Российской империи.

Работники пера постоянно предупреждали доверчивых минчан о предпраздничных уловках продавцов и приказчиков. Под видом скидочного они старались реализовать неходовой залежалый товар. Например, осенние шарфы и шапки продавались под видом теплых зимних. Покупатели клевали на сниженные цены, с радостью расставались со своими сбережениями. Торговцы же потирали руки.

Такой обман можно было встретить практически в любом минском магазине, лавке, на рынке. Он соседствовал с реальными скидками и акциями. Ради них покупатели были готовы не обращать внимания даже на ценовые ловушки и посредственное качество. В праздничные дни прилавки ломились от обилия товаров. Владельцы лавок подчищали все свои склады в надежде, что даже на то, что сразу не распродалось, найдется свой покупатель. На готовый вот-вот прийти в негодность товар выставляли символическую цену. Уж лучше получить несколько копеек, чем просто выбросить. Вместе с залежалым продавали и специальные «зазывалки» – ходовой сезонный товар, приобретенный большой партией по оптовой цене. Именно за ним заходили в лавку. Сумма, которую покупатели оставляли в магазине, зависела только от того, насколько хорошо подвешен язык у лавочника.

Городские власти не боролись с такими методами торговли. Ценообразование зависело целиком и полностью от спроса и предложения. Каждый торговец был волен сам устанавливать сумму, которую желал выручить, а покупатель уже решал, готов ли расстаться с ней. Суровый контроль велся лишь за соблюдением предписанных правил торговли. В предпраздничные дни городская управа разрешала работать магазинам и лавкам по 14 часов в день. Городовые и полицейские строго следили за тем, чтобы торги не начинались до завершения утренней службы в храмах. Если замечали открытый магазин, то его владельца ждал штраф. То же наказание полагалось и за припозднившееся закрытие. В сочельник все лавки и мастерские запирались до 26 декабря. Любая торговля в праздник была под запретом.

Глаз да глаз

Любые праздники для служителей закона – тяжелое испытание. Минчане во время подготовки к Рождеству и Новому году забывали о мерах предосторожности. Этим охотно пользовались мошенники и воры. К праздникам в города съезжались любители легкой наживы. Карманники шныряли по рынкам. На паперти перед храмами после окончания службы появлялись мошенники, переодетые в калек и нищих. Отличить проходимцев от по-настоящему «терпящих нужду» было очень просто. Прикинувшись ветеранами войн, погорельцами, беженцами, они вместе с настоящими калеками протягивали за милостыней грязные руки. Но стоило только появиться городовому, как моментально растворялись в толпе. Позже их можно было встретить на рынках и около трактиров за азартными играми. Резались в «наперстки», «три карты», «лотерею».

Для преступников горячее время начиналось с 25 декабря. Вся жадная до наживы братия перемещалась поближе к трактирам и ресторанам. Те, кто работал «по-малому», там выискивали подгулявших горожан. Сначала упаивали их, а потом предлагали провести до дома и обирали. Мошенники, рассчитывавшие на крупный куш, испытывали свои умения и навыки за азартными играми в дорогих ресторанах и клубах.

Учащались кражи со взломом. Домушники дежурили на улицах, примечали, кто в каком доме живет, есть ли сторож, как часто ходит городовой. Дождавшись, когда хозяева уйдут в гости, они выносили из дома все, что можно продать скупщикам краденого.

Однако минская полиция и бдительные горожане затрудняли вольготную жизнь преступникам. Часто вместо успешного дела гастролеров ждал отдых в полицейском участке, а после суд и каторга.

В полиции хранился обширный архив фотографий преступников со всей Российской империи. Стражи правопорядка знали самых значимых воров и мошенников практически в лицо.

Несмотря на всевозможные ухищрения, такие как грим, накладные усы и бороды, поддельные документы, разыскиваемые преступники старались днем не показываться на улицах. Ведь если у полицейского возникали малейшие сомнения, он предлагал пройти в участок для проверки. А там и до раскрытия всего один шаг.

Поэтому матерые преступники приезжали в Минск лишь в разгар празднеств и старались провернуть одно-два выгодных дела. После этого лучше всего было податься в бега.

Например, 1 января 1909 г. минская полиция арестовала известных по всей России гастролеров Станислава Шевчика и Карпа Харитонова. Они спланировали ограбление ювелирного магазина Изгура на ул. Губернаторской (ныне ул. Ленина). Воры предварительно разведали местонахождение сейфа. Планировалось вскрыть его в самый Новый год, когда грохот фейерверков и салюта скроет звук вскрываемого «несгораемого шкафа».

Никто не услышал, как ломали стену, как выпиливали замок. Выдал преступников дым, который заметили с улицы. По горячим следам полиция раскрыла попытку ограбления. Одного из шайки нашли прятавшимся на чердаке соседнего дома, а второго задержал городовой. Вместо куша в виде изделий из золота на сумму в 80 тыс. рублей Дед Мороз приготовил для Шевчика и Харитонова другой подарок – каторгу.

Закружились, завертелись

Минчанам длинные зимние праздники были только в радость. Развлечений в городе было предостаточно. Хочешь, катайся на коньках под музыку на треке в Городском саду (ныне парк им. Горького), а можешь сходить с дамой на представление. Помимо театра в Рождество и Новый год устраивались всевозможные любительские благотворительные вечера. От пения и декламации стихов детьми-сиротами до выступлений зарубежных артистов. Оставалось только решить, как провести праздники, чтобы они остались в памяти как светлые дни. А не дали повод для рождения очередной легенды, которой похвастаются в трактире «деловые люди».

 

Справочно

Самым строгим наказанием для любителей торговать во внеурочное время была принудительная блокада магазина. Полицейский лично запирал дверь, а ключ до утра отправлялся на хранение в участок.

***

Хозяева арендного жилья были обязаны сообщать обо всех гостях города в адресный стол. За несоблюдение этого требования домовладельцам грозил штраф до 500 рублей или арест на срок до 3 месяцев.

 

Самое читаемое