Легенда березовой рощи на ул. Антоновской. Как она возникла, и почему жители не хотят ее уничтожения

В Партизанском районе на ул. Антоновской есть приметная березовая роща — живая память о подвиге солдат Великой Отечественной. Кто и когда ее высадил, рассказывает корреспондент агентства «Минск-Новости».

Эта роща расположена возле бывшей 33-й школы, которая теперь стала филиалом гимназии № 7.

Последний бой героев

Старожилы рассказывают, что здесь в июне 1941 года сражались солдаты. Держались до последнего, погибли все, кроме одного. После войны оставшийся в живых фронтовик приехал в Минск и посадил на этом месте столько березок, сколько его товарищей расстались с жизнью.

— Думаю, это правда, но если и легенда, то в ее основу положены факты первых дней войны, — подтверждает Ирина Комарова, выросшая здесь. — Дома № 22, 24, 30, 32 на ул. Антоновской когда-то построили для участников войны. В каждом подъезде жили фронтовики. Например, моя бабушка получила квартиру за заслуги мужа Андрея Семенчукова, летчика-испытателя, который погиб во время Великой Отечественной. Березовая роща ко времени сдачи домов уже росла. Среди деревьев находились две братские могилы. Берез было много, их очень берегли. Первоклассники и выпускники вместе с ветеранами сажали новые березки взамен.

Память через поколения

Но далеко не всем эти деревья были дороги. В начале 2000-х какой-то делец посчитал это место идеальным для магазина и за согласие на вырубку рощи обещал старикам бесплатное молоко. Тогда деревья удалось отстоять. Потом случился ураган… И хотя сломанных берез было мало, стали пилить здоровые и крепкие под предлогом, что роща старая, в следующий раз может не устоять. Комарова обратилась в районную администрацию, к депутатам, организовала жильцов… Вырубку остановили. Кроме того, начальник ЖРЭО сам привез саженцы, и они прижились.

Затем появился предприниматель Виктор Поломаный. Он арендовал маленький домик бывшей типографии, стоявший посреди рощи. Первым делом высадил молоденькие ели. Хотел поставить камень с памятной надписью, но сделать это оказалось сложно, так как надо было доказывать историческую ценность места. Он добился, чтобы прах погибших солдат был перенесен на Военное кладбище и захоронен там с надлежащими почестями.

— Мы ему безмерно благодарны, — признается Ирина Леонидовна. — Радует, что это сделал молодой человек. То, что молодежь знает историю, чтит память фронтовиков, дорогого стоит. Моей учительницей белорусского языка была Ольга Андреевна Гладкая, в прошлом разведчица партизанского отряда, где воевали Марат и Ада Казей. В нашей школе работала Людмила Александровна Игнатьева, которую малым ребенком с сестрой увезли в Германию.

Деревья чувствуют печаль

Первой об этой роще сообщила в редакцию Людмила Жданович. Она же рассказала и свою историю:

— Отец при рождении каждого ребенка сажал яблоню. Так в нашем саду на Брянщине появились четыре молодых деревца. Перед уходом на фронт он посадил еще одно, так как мама ждала очередного ребенка. Малыш родился, а отец погиб под Жлобином.

В 1941 году Людмиле Герасимовне было 3 года. Она, естественно, не помнит, как отец сажал дерево. А в 1945-м малюсенькая яблонька зацвела пышным белым цветом перед самым Днем Победы:

— Помню, как мы бежали к столбу, на котором в нашем поселке был укреплен репродуктор, слушали сообщение о Победе. Как потом, еле переступая непослушными ногами, шла домой мама с безжизненно повисшими руками и опустившимися плечами. Остановилась перед яблонькой и заплакала. Это деревце пышно цвело многие годы, однако ни разу не плодоносило! Но мама запретила ее вырубать, считая, что оно чувствует людскую печаль.

Людмила Герасимовна убедилась в этом еще раз… Возле поселка на Брянщине находились залежи мела. Солдатки добывали, размачивали, лепили из него брикеты и носили на базар в Украину, граница которой проходила рядом. Там мел пользовался спросом. Как бы бедно ни жили, а украинская мазанка всегда должна была сиять белизной. В придачу к мелу полагались кисти, которые женщины вязали из жесткой лесной травы. Ее в брянских лесах было хоть отбавляй. Вот на такой промысел мама взяла маленькую Люду.

— То, что у меня распухли руки от натуги и порезов, было терпимо. Но когда уставшие женщины, усевшись на поляне, заголосили, стало страшно. Они плакали, причитая и рассказывая о своей горькой доле, детках-сиротах… На будущий год на этой поляне не выросло ни одной травинки. Ни одной. Вместо густых зарослей на солнце, как слезы, блестел песок. Люди потом говорили, что женщины горем своим и слезами выжгли поляну…

Таких полян в Беларуси много. И мне кажется, новым поколениям важно, чтобы на их месте росли березы. И пусть они, как в песне, асыпаюць, мiлуюць цiхай ласкай зямлю…

Фото Павла Русака

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ