Меморандум Парвуса. Как уроженец Березино вырабатывал методы первых цветных революций

Не американец и даже не европеец, а выходец из Минской губернии вырабатывал методы первых цветных революций. Подробности — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

Александр Парвус

Инкогнито

9 марта 1915 года из Константинополя в Берлин прибыл человек, известный местной тайной полиции под именем Александр Парвус. От посла Германии в Турции накануне пришла телеграмма с советом не доверять этому тучному господину. Но аудиенция в МИД состоялась. Александр выложил на стол тома меморандума, в котором подробно расписан способ вывода России из Первой мировой войны через революцию. Документ и сегодня находится в архивах Германии. В нем изложены все действия — от забастовок до бунтов, которые должны были парализовать снабжение армии. Излагались методы подрыва доверия к власти. Вывод русских из войны нужен был немцам для того, чтобы не воевать на два фронта. Россия по своим масштабам всегда казалась непотопляемой извне. Развал Российской империи изнутри — центральный пункт плана Парвуса, и это вызвало у немцев восторг. Автор документа явно понимал Россию и был знатоком ее слабых сторон.

Кровавое воскресенье

Израиль Лазаревич Гельфанд родился в Березино Минской губернии в 1867 году в семье сапожника. В раннем детстве родительский дом сгорел. Гельфанды вынужденно перебрались в Одессу, где отец устроился портовым грузчиком, а Израиль поступил в гимназию, по окончании которой благодаря полулегально существовавшим еврейским фондам в 1888-м поступил в Базельский университет (Швейцария). Псевдоним Александр Парвус взял скорее из самоиронии. Это слово в переводе означает «малыш». Но кем-кем, а малышом ни в физическом смысле, ни в профессиональном он никогда не был. В статьях о мировой экономике и международных отношениях отличался резкими высказываниями. Вступил в социал-демократическую партию Германии, был в близких личных отношениях с польско-немецкой радикальной социалисткой Розой Люксембург. Занимался политической публицистикой во многих европейских, в частности немецких, изданиях. Теория теорией, но хотелось практики.

В начале века он развил бурную деятельность по созданию в Петербурге Совета рабочих депутатов. В сцепке с Троцким стал его отцом-основателем. В желании влиять на умы они арендовали крохотную «Русскую газету». Тираж издания взлетел до полумиллиона экземпляров. С ее полос звучали призывы к государственному перевороту. Александр осознал, что манипуляции общественным сознанием являются важнейшим инструментом политики. А еще он, пользуясь ситуацией Русско-японской войны, через посольство взял у японского правительства крупную сумму именно на организацию беспорядков. Часть денег присвоил, на остальную нанимал провокаторов. Есть версия, что это они 9 января на Дворцовой площади совершили роковые выстрелы в солдат, и затем последовал расстрел толпы.

1905 год

События впоследствии назовут Кровавым воскресеньем, которое дискредитировало монархию в России. Вслед прошли волнения в Кронштадте, Севастополе, Свеаборге, восстания на броненосцах «Потемкин» и «Очаков». 115 лет назад наш соотечественник произносил пламенные речи на заводах и фабриках, был популярен, хотя не являлся прирожденным вождем, как Троцкий, и по природе своей скорее хотел оставаться серым кардиналом. Александр действовал очень узнаваемыми сегодня в мире методами. 2 декабря 1905 года в газетах им анонимно был опубликован «финансовый манифест», где автор обвинял правительство в коррупции и финансовых махинациях. Заявлял, что русский народ не будет работать на обогащение чиновников и на возврат их западных кредитов. В мрачных красках рисовал экономическое состояние страны. Тотчас началось массовое изъятие вкладов из банков и сберегательных касс, финансовая система России оказалась на грани краха. Апофеозом деятельности, в которой он принял активное участие, стало Декабрьское вооруженное восстание в Москве и всеобщая забастовка.

Взял кассу

Ленин познакомился с Парвусом в 1900 году в Мюнхене. Партнерами они себя не считали. Это были два антипода, на дух не переносившие друг друга. Градус раздора поднял и финансовый скандал, связанный с пьесой М. Горького «На дне». Парвус стал литературным агентом Горького. Условились, что 20 % от прибыли он оставляет себе за продвижение произведения. 25 % предназначались Горькому. Остальные деньги он решил жертвовать в партийную кассу РСДРП, то есть фактически отдавать Ленину. То были деньги, в которых будущий вождь революции очень нуждался. Пьеса с успехом прошла в Германии. Только в Берлине состоялось более 500 спектаклей. И тут Парвус исчез с 180 тыс. золотых немецких марок. Горький намеревался судиться. Роза Люксембург, обладавшая даром убеждения, сделала так, что сор из избы решили не выносить. В начале 1908-го состоялось заседание партийного суда. Парвус на него не явился. Написал письмо, в котором с детской простотой покаялся, мол, средства спустил на тур с одной дамой по Италии. С кем не бывает! Многие знали, что дамой была сама Люксембург. Ленин негодовал.

В марте 1915-го немецкие управленцы, проанализировав многотомный меморандум Парвуса, написанный как практическое пособие по подрыву России изнутри, выделили ему первый транш — миллион золотых марок. Позже дадут еще и еще. Волнения и переворот в стране противника — это то, что им надо. Хоть Александр и не горел желанием иметь дело с Лениным, он понимал: осуществление плана возможно только с помощью партии русских социал-демократов, ее радикального крыла под руководством Владимира Ильича. Наметили встречу в Швейцарии. По воспоминаниям супруги будущего вождя, Ленин в 1915-м засиживался в библиотеках, скрупулезно анализируя опыт французской революции. Надежды на применение его в России в ближайшие годы почти не было. Писал статьи, которые читали только в эмигрантских кругах. Он был совершенно оторван от русских реалий. Беседа, впоследствии изменившая мир, состоялась в арендованной Лениным квартире. Александр обрисовал схему, по которой революция не может состояться без последующего немедленного выхода России из войны. Владимир Ильич после истории с пьесой Горького не хотел Парвуса видеть. Но выбирать не приходилось. Парвус не просил, а предлагал деньги, за которые многолетняя революционная стратегия, уже напоминавшая пустозвонство, могла перерасти в тактику. Многие русские революционеры тех лет побрезговали бы траншем от Германии — врага своей Родины. Но, видимо, Парвус мыслил, что использует Ильича в своих целях, а тот думал с точностью до наоборот. Ход последующей истории говорит об их союзе, пусть и негласном.

За работу, товарищи

После заключения союза путь Парвуса лежал в столицу Дании. Она сохраняла нейтралитет в годы Первой мировой войны. Поэтому Копенгаген вполне подходил для налаживания нелегальных связей с Россией. Создание офшора для отмывания германских марок являлось необходимостью. Не возить же их в Петроград в чемоданах! Да и в целом Александр упивался не революцией, а именно махинациями и получением своих дивидендов. Основные суммы ведь контролировал только он.

Яков Ганецкий

Ленин предпочел сохранять конспиративную дистанцию, личных встреч с Парвусом избегал. Послал к нему в Копенгаген свое доверенное лицо — Якова Ганецкого. Его Парвус сделал директором созданной им торговой и экспортной компании. Она имела сеть курьеров, сновавших между Скандинавией и Россией. Поставляла в Россию остродефицитные в годы войны товары из нейтральной Дании, торговала ими. Вырученные средства подпитывали революционные организации в Москве, Петрограде и других крупных городах. Курьеры координировали действия этих ячеек, собирая в единое движение. Каталоги товаров торговой фирмы на деле были шифровками. Агенты передавали информацию, написанную в них невидимыми чернилами, в том числе распоряжения Парвуса.

Деятельность приносила свои плоды. В 1916 году началась январская политическая забастовка в Петрограде. Ее девиз по старой памяти придумал тоже Парвус: стачка в память жертв Кровавого воскресенья. Он же разрабатывал методички к действиям на основе собственного манифеста. В забастовке приняли участие 100 тыс. рабочих. Волнения в январе 1916-го охватили 25 губерний. На заводах собирались 10-тысячные митинги, которые превращались в антивоенные демонстрации. Конечно, большинство выходило и бастовало по велению души.

Люди устали от нищеты и неразберихи. Но были и те, чей возмущенный разум кипел за деньги. Сохранилось признание следователя по особо важным делам прокуратуры царской России Александрова, которое он дал органам НКВД в 1939 году. Контрразведка империи в начале 1917-го предоставила в его распоряжение документы, переписку, телеграммы, свидетельствующие, что сумма, выплачиваемая большевиками рабочему за день забастовки, — от 10 до 70 рублей, что больше оплаты его рабочего дня на заводе. Стрельба на улице оплачивалась по тарифу 120–140 рублей. В соответствии с расследованием германские деньги приходили в Петроград через Сибирский торговый и Русско-Азиатский банки. Главные распределители сумм — родственница Ганецкого Евгения Совинсон и большевик Козловский, юрисконсульт фирмы Парвуса.

Мальчика-то и не было

После Февральской революции 1917 года назрела необходимость срочно перебрасывать революционеров, находившихся на Западе, в Россию. Ленин, как в плохом водевиле, собирался ехать загримированным под немого шведа. Парвус решил все вопросы на уровне немецкого правительства. Ведь проезд поездом из Швейцарии в Россию лежал через Германию. Законы военного времени обязывали арестовывать граждан страны-противника. Кайзер распорядился о зеленом коридоре для Ленина и его путников. Все немецкие поездные бригады обязали пропускать поезд с большевиками. Проезд оказался делом государственной важности. В Берлине состав отогнали на запасной путь, где он простоял 24 часа. Ночью к вагонам прибыла немецкая делегация, прошли переговоры с Лениным, в результате он переработал апрельские тезисы, первый из которых «кончить войну истинно демократическим, ненасильническим миром нельзя без свержения капитала». В целом тезисы провозглашали полный разгром всей государственной системы России до основания. Звучали и призывы братания с противником.

Парвус и Роза Люксембург

После июльского мятежа 1917-го — очередной попытки переворота — Ленин скрывался в Разливе. Ситуация менялась на глазах. Поступала информация о намерении главы временного правительства Керенского подписать сепаратный мир с союзниками Германии Австро-Венгрией, Турцией и Болгарией. А Германию при этом политически блокировать. Называлась даже дата — 8 и 9 ноября по новому стилю. Случись такое, взятые Парвусом у немцев миллионы на революцию оказались бы не отработаны, за них пришлось бы ответить. Ведь основная цель траншей — выход России из войны с Германией. А значит, промедление смерти подобно, как сказал Владимир Ильич после телеграммы Парвуса с требованием действовать. И 25 октября, или 7 ноября по новому стилю, произошла Октябрьская революция. После нее Парвуса приняли в МИД Германии. Он предупредил: положение большевиков шаткое. И попросил еще 15 млн марок для ведения политической пропаганды. Германии требовался сепаратный мир с Россией, и как можно скорее. Парвус получил запрошенную сумму, и в декабре 1917-го начались переговоры в Брест-Литовске, где располагался штаб главнокомандующего Восточным фронтом. Ленин настаивал на заключении мира на любых условиях. Большевистское государство должно было отдать Германии именно те земли, из-за которых немцы развязали войну. Сдача этих земель стала не результатом проигранной войны, а, напротив, осуществлялась накануне победы. Правда, через год все решения Брестского мира были аннулированы в связи с тем, что война закончилась поражением Германии. Правительство этой страны возглавили друзья Парвуса — социалисты. К власти едва не пришли радикалы — Карл Либкнехт и Роза Люксембург. Втягивать Германию в революционный хаос по примеру России Александру не хотелось. 15 января Либкнехт и Люксембург были убиты. По утверждениям брата Карла, убийство заказал Парвус.

По некоторым свидетельствам, Александр рассчитывал, что Ленин, придя к власти, призовет его хотя бы для управления центральным банком. Он мечтал получить доступ к финансам. Но увы. Вероятно, инерция веры в свой огромный авторитет до октябрьских событий подвела его. Теперь он был лишним, ходячим компроматом, который не нужен состоявшемуся вождю. Когда Александр это понял, последовали два покушения на Ленина со стрельбой. Имя заказчика так и не выяснено.

В советской истории имя сына сапожника из Минской губернии никак не упоминалось. Будто и не существовало его вовсе. Стерли ластиком.

P.S. Профессор, доктор исторических наук, член-корреспондент РАН Дмитрий Волкогонов не раз заявлял: «Пытались создать версию прямого подкупа Ленина и его соратников немецкими разведывательными службами. Это, судя по материалам, которыми мы располагаем, маловероятно».

А вот директор Российского государственного архива социально-политической истории, лауреат Государственной премии Российской Федерации Андрей Сорокин отмечает, «большинство исследователей сходится во мнении, что большевики действительно получали германские деньги, но без всяких конкретных обязательств».

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ