МИРНЫЙ 1941-й. Какое кино снимали на белорусской киностудии перед войной

До войны на белорусской киностудии снимали много лирических комедий. Весной 1941-го минчане с удовольствием смотрели наше кино. Подробности — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

«Моя любовь»

Долго запрягали

К весне 1941 года отечественная киностудия так и не успела целиком переехать в Минск со своей временной ленинградской базы. А начиналось всё так. В связи с отсутствием в столице БССР аппаратуры, специалистов белорусские художественные фильмы в середине 1920-х снимали на базе киностудий Москвы. С 1928-го и на протяжении 1930-х отечественная киностудия располагалась на канале Грибоедова в Ленинграде в здании бывшего театра «Кривое зеркало». В начальных титрах лент 1920-х можно увидеть производителя — «Белгоскино». Но это наименование управленческой организации. Другое название студии, которое использовали с 1928-го, имело лингвистический атавизм. Поскольку литературный белорусский язык в те годы продолжал формироваться, оставаясь подвижным, в начале картин стоял лейбл, где слово «Беларусь» писалось через «о»: «Советская Белорусь». «Беларусьфильмом» студия стала только в 1948 году.

С середины 1930-х руководство республики настаивало на переезде студии художественных лент в Минск. В 1934-м для нее построили здание на улице Карла Маркса (к сожалению, не сохранилось). Там уже действовала кинолаборатория для выпуска кинохроники в столице. Но возвращаться киношники не спешили. В построенном здании отсутствовал павильон с осветительным оборудованием. Строение скорее походило на склады для техники и, как сейчас бы сказали, офисы. Помещения годились для установки монтажного оборудования. Возможность звукозаписи отсутствовала. А кино уже стало звуковым. Основная причина затяжного переезда — прозаические обстоятельства. Выходцами из Минска или других городов республики были немногие работники белорусской студии в Ленинграде: оператор Владимир Цеслюк, режиссер Юрий Тарич. Ведущий режиссер Владимир Корш-Саблин хоть и родился в Москве, но решил связать судьбу с белорусским кино. Остальные не имели отношения к Минску и город на Неве покидать не хотели. К тому же при студии работала актерская труппа, состоявшая из ленинградцев. Кто же променяет бывшую столицу Российской империи на Минск?

Переезд начался только в 1939-м, к 1941 году его так и не завершили. Часть архива довоенных отечественных лент осталась в блокадном Ленинграде. Вплоть до 2000-х подвижники буквально выцарапывали копии некоторых картин, разбросанные по российским архивам кинофотодокументов.

Про любовь

Несмотря на чемоданное настроение и вялый переезд, в 1940-м и 1941-м белорусы успешно снимали кино. Самым ярким предвоенным отечественным стал фильм «Моя любовь» режиссера Владимира Корш-Саблина. В главной роли — уже известная тогда российская актриса Лидия Смирнова. Примечательно, что она будет блистать и в первой послевоенной белорусской ленте «Новый дом» (1947). Музыку, как и ко многим другим белорусским картинам тех лет, написал Исаак Дунаевский, работавший тогда в Ленинграде. Песня на слуху по сей день: «Звать любовь не надо — явится нежданно, счастьем расцветет вокруг. Он придет однажды, ласковый, желанный, самый настоящий друг». В центре сюжета — любовный треугольник. В героиню Смирновой Шурочку влюблены двое друзей. Сначала она выбирает Гришу, более симпатичного. Потом у нее умирает сестра, грудного ребенка которой приходится воспитывать Шурочке. И тогда ранее отвергнутый Леша берет на себя ответственность за младенца. Шурочка меняет свое решение, остается с ним. Чиновники считали кино безыдейным, мол, «не без влияния мещанских стандартов, идущих с Запада». Смирнову облили грязью в прессе, писали, что из кожи вон лезет, чтобы понравиться. Но зрительницам фильм попадал в самое сердце. Ходили на сеансы по многу раз. Наряду с картинами других советских кинофабрик, вышедшими на экраны летом 1940-го, белорусская лента в марте 1941 года по-прежнему периодически демонстрировалась в самом большом кинотеатре Минска «Красная звезда» на 700 мест (располагался там, где сейчас здание на углу проспекта Независимости, 22, и улицы Энгельса).

Если завтра в поход

В первом полугодии 1941-го «Белгоскино» успело выпустить две художественные картины. Одна из них отчасти пропагандистская, но с лирическими отступлениями и драматическим накалом. Она посвящалась присоединению Западной Белоруссии к БССР в 1939 году и называлась «Семья Януш». В прологе повествования — колхозная свадьба. Над ней на запад летят советские самолеты. По радио звучит обращение Молотова, который констатирует, что Красная армия перешла границу, чтобы взять под защиту трудящихся западных областей. Жених Остап прямо с торжества мобилизован в армию. Вскоре близкие получают на него похоронку. Скорбят. Брат Остапа пытается утешить вдову. Тут выясняется, что герой выжил после ранения. Похоронка оказалась ошибочной. Критики писали, что фильм слишком схематичен. Это тот редкий случай, когда нельзя с ними не согласиться. Тем не менее в нем есть музыкальная линия, сделанная на манер лент Александрова «Волга-Волга» и «Веселые ребята». Песни написаны на слова Кондрата Крапивы и Петруся Бровки. И это сглаживает неровности сюжета. Самое интересное, что картина тоже имела успех. Зрителям нравилось кино о быстрых победах Красной армии. Это вселяло уверенность. В первой версии сценария Евгения Помещикова Остап погибал безвозвратно. Но наверху решили не сгущать краски. Победа без жертв! Если заглянуть в газетные афиши, то картина шла с конца марта до середины мая во многих кинотеатрах, в том числе в «Интернационале» на улице Советской, 83. Билет стоил 15 копеек.

21 июня в 21:25

Второй и последний предвоенный отечественный фильм увидел свет в мае 1941-го. Картина «Песня о дружбе» режиссеров Сергея Сплошнова и Иосифа Шапиро тоже мелодраматическая. Супруги Федя и Лара перед отъездом в дом отдыха, не сговариваясь, отдают ключи от своего жилища. Федя — другу Григорию. Лара — подруге Алесе. Въехав для временного проживания, Гриша думает, что девушка в квартире — жена убывшего на отдых друга. Алеся считает, что мужчина по соседству — муж давшей ключи подруги. Между ними возникает взаимная симпатия. В то же время мучает совесть. Они не пытаются прояснить, кто есть кто. Алеся с ужасом корит себя за невинный флирт якобы с мужем Лары. Федя считает, что влюбился в жену друга, и это не дает ему покоя. Всё разъясняется по возвращении из отпуска хозяев квартиры. Такой сюжет интересно было бы снять и сегодня.

Лента не провозглашала, не призывала, не обличала, поэтому критики о ней писали: «Типичный для буржуазной комедии штампованный сюжет». Гораздо позже делали выводы: «В час суровых испытаний фильм не мог принести пользу для мобилизации духовных сил народа». Загадка, почему советские критики не понимали, что в трудный час именно легкая картина может прибавить сил и позволить хоть на час очутиться с героями в мирном времени. Лента, вышедшая за два месяца до войны, дольше всего не сходила с экрана кинотеатра «Родина» (находился напротив входа в Александровский сквер, на месте левой части нынешней Октябрьской площади, до 1938 года назывался «Пролетарий»). Последний сеанс начался 21 июня, в субботу, в 21:25. Когда зрители вышли из кинозала, до рассвета оставались считаные часы.

Работников белорусской киностудии после 22 июня разбросает по жизни. Многие будут запивать страх наркомовским спиртом в окопах. Единицы не перестанут заниматься кино. Режиссеры Владимир Корш-Саблин и Юрий Тарич в конце 1942-го на объединенной студии в Алма-Ате снимут «Белорусские новеллы» (киноальманах из двух новелл «На зов матери» и «Пчелка»). Это короткометражки в формате духоподъемных боевых киносборников. Владимир Цеслюк станет фронтовым кинооператором в действующей армии. Снимет кинохронику битвы за Москву, которая войдет в документальную картину «Разгром немецких войск под Москвой», получившую «Оскар» в 1943 году в номинации «Лучший документальный фильм». Снятая Цеслюком хроника появится в 1978-м в киноэпопее «Великая Отечественная», или «Неизвестная война» советско-американского производства.

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ