МОЯ ПОЗИЦИЯ. Афган глазами Михаила Мирончика

15 февраля в Беларуси отмечается День памяти воинов-интернационалистов.

В этот день в 1989 г. последний советский солдат перешел мост пограничной реки Амударьи под Термезом – завершился вывод советских войск из Афганистана. Война длилась 9 лет 1 месяц и 18 дней. О патриотическом воспитании молодежи, афганском синдроме и втором дне рождения – в откровенной беседе с председателем комитета по образованию Мингорисполкома Михаилом Мирончиком. Михаил Владимирович прошел через горнило той войны. И хотя этого факта в своей биографии он не скрывал, долгое время отказывался говорить с журналистами на тему службы в Афганистане. Да и в семье Мирончика такие разговоры до сих пор под запретом. Может, внуку дедушка расскажет, когда тот подрастет…

Когда Михаила Мирончика в 2012 году назначили на нынешнюю должность, на одном популярном интернет-портале появилась статья: «Афганец» возглавил комитет по образованию Мингорисполкома». Попытка корреспондента зацепить читателей броским заголовком отозвалась болью в сердце…

– И вот спустя годы вы сняли табу с афганской темы. Почему?

– Понял, что был неправ, когда всячески пытался перевернуть эту страницу своей жизни. Подтолкнуло к такому решению и активное обсуждение в СМИ молодежной инициативы к Дню святого Валентина. В традиционно патриотическом для Беларуси феврале вдруг сместились акценты: вместо бесед о доблести и чести – валентинки кумирам… Ведь обычно в феврале в минских школах проходит декада военно-патриотического воспитания. Начинается она с Дня памяти воинов-интернационалистов и завершается Днем защитников Отечества. К слову, впервые я рассказал о военном прошлом школьникам. Работал тогда директором 11-й школы. Однажды в мой кабинет вместе с классным руководителем пришли десятиклассники, у которых я вел уроки географии: «У нас есть к вам серьезное предложение». Я насторожился. А дело было вот в чем: объявили республиканский конкурс, посвященный военно-патриотической тематике. И ребята пришли просить меня рассказать об армейской службе. Не смог им отказать. Итогом наших бесед стал интересный проект с мультимедийной презентацией. Тогда я впервые увидел в глазах школьников живой интерес к этой теме и глубокое уважение к военным, служившим в Афганистане. Авторы проекта стали призерами конкурса. К сожалению, с каждым годом ветеранов Великой Отечественной войны становится все меньше. Считаю, что воины-интернационалисты могут послужить достойным примером патриотизма, мужества, доблести, чести для подрастающего поколения.

– Тема афганской войны находит свое отражение не только во встречах с ребятами, но и в экспозициях школьных музеев.

–В минских школах сегодня функционируют 115 музеев различного профиля, в том числе и посвященные войне в Афганистане – в школах № 66 и 119, гимназии № 9. В 2014-м к 25-летию со Дня вывода советских войск из Афганистана во 2-й школе открылся Музей чести и доблести воинов-интернационалистов, а в прошлом году в 223-й – музей «Память». В других учреждениях образования афганской теме посвящены отдельные экспозиции. Но сегодня недостаточно только собирать материалы и организовывать выставки. Воспитательный аспект лежит гораздо глубже. Мы не должны быть безразличными к живым людям, к семьям погибших, для которых память и простое человеческое внимание – на вес золота. Патриотизм начинается с малого. Это чувство надо воспитывать, и тому способствуют встречи учащихся, членов советов музеев с ветеранами войны в Афганистане. В прошлом году такая общегородская встреча прошла в Доме кино. В 2016-м ее формат изменится: воины-интернационалисты станут гостями и членами жюри секции «Афганское эхо» во время II Городских краеведческих чтений, которые пройдут в марте в гимназии № 41. Считаю, что юноша должен быть подготовлен морально и физически к службе в армии. Поэтому в каждом районе на базе одной из школ созданы центры допризывной подготовки. В летнее время работают военно-патриотические лагеря. Армия – это хорошая школа жизни, ее должен пройти каждый парень, если позволяет здоровье.

– Правда, что однажды вам отказали в приеме на работу из-за афганского эпизода в биографии?

– Не совсем так. В конце 1990-х я пришел устраиваться заместителем директора по воспитательной работе в одну из минских школ. Заместитель главы районной администрации, курировавшая социальные и идеологические вопросы, ознакомившись с моим личным делом, спросила, нет ли у бывшего «афганца» проблем с психикой, можно ли такому детей доверить? Для меня этот вопрос прозвучал как оскорбление. «Извините, я не хочу с вами работать», – сказал и ушел. Действительно, многие ребята вернулись из Афгана покалеченными. Что помогло выстоять мне? Меня призвали в армию после второго курса географического факультета БГУ. И такой предмет, как психология, успел изучить, худо-бедно научился работать над собой, анализировать происходящее. Возможно, это помогло мне не сломаться, как тем, кто попал в афганскую мясорубку сразу после школьной скамьи. Возможно, если бы в то время в армии были психологи, многие молоденькие солдатики смогли бы устоять перед мощным психическим давлением войны. Не скрою, мой характер изменился очень резко. Взбалмошному домашнему мальчику пришлось в одночасье возмужать. Сначала ускоренная учебка в городе Волжске, где все студенты из Минска служили в одной роте. Конечно, разговоры ходили всякие. Но пока самолет не приземлился в Кабуле, не осознавал, что меня ждет Афган. С ноября 1985-го по май 1987-го служил в 70-й бригаде в Кандагаре. Мама долго не знала, что я там. Берег ее, потому и не говорил. В тот год, когда меня призвали в армию, умер отец, и мама тяжело переживала его смерть. Писал ей, что служу в Монголии. Когда мать узнала правду, поначалу упрекала меня: как ты мог утаить? А позже призналась: если бы сразу узнала, вряд ли бы пережила. В то время в СССР уже почти все знали о «черных тюльпанах»…

– Каким запомнился Афганистан?

– Угнетала сама природа: серые мрачные горы, вокруг сплошная пустыня. Изнуряющая жара летом и продувающий насквозь зимой, засыпающий песком ветер-афганец… Первые три года после возвращения домой я даже летом ходил в куртке, мне было холодно. Однажды выпал снег – редкое явление в пустыне. Это было 1 января 1986 года. Почему запомнил? Тот день стал моим вторым рождением. Наша бригада все никак не могла выехать, почему-то тянули время. И вот к нам прибегает запыхавшийся афганский солдат и говорит, что всю дорогу, по которой мы собирались двигаться, ночью заминировали душманы. Задержись он на несколько минут, мы бы с вами сейчас не разговаривали. В воронку от взрыва фугасной мины можно танк вместить…

МК_Пт_12.02_Моя позиция_афган copy

Во время службы в Афганистане. Михаил Мирончик второй слева в самом верхнем ряду

– Страшно было осознать, что находились в шаге от смерти?

–Страшно было, когда, демобилизовавшись, домой улетал. Накануне душманы сбили самолет с нашими ребятами. А в Беларуси меня ждали мама, сестра, невеста… Вдали от родины, семьи ощущаешь страшную тоску. Как в той песне: «Разумею цяпер, чаму з выраю жураўлi на Палессе ляцяць». Рядом с близкими можно любые невзгоды пережить, плечом к плечу. Первое время дома часто снилась война, просыпался в холодном поту. А потом вспомнил свои юношеские сны, в которых, как оказалось, видел Афган. На войне обостряются все чувства, сильно воинское братство. Как у мушкетеров: один за всех и все за одного. Бывало, уходили на боевые операции на целый месяц. Питались из одного котелка и солдаты, и офицеры. Поскольку служил в инженерно-саперной роте, боевых потерь было очень много. Сапер ведь ошибается только один раз. Меня ангел-хранитель спасал, не иначе. Но многих товарищей я потерял. По возвращении в Беларусь поехал в Рогачев навестить семью друга. Николай Доманцевич погиб в конце мая 1986-го. Он, видимо, предчувствовал, что домой не вернется. Была у военных такая традиция – за год до дембеля приобретали чемоданчик-дипломат и постепенно наполняли его всякими вещами, сувенирами. Как-то раз я спросил Колю: «А ты собираешься дипломат покупать?» – «Думаю, что он мне может не пригодиться», – ответил он. В книге «Память» есть глава о Доманцевиче, там фото с биографией и мое письмо, которое я написал его матери, когда Николай погиб. С теми, кто выжил, и сегодня поддерживаю связь. Когда пришел работать в комитет, заново познакомился с бывшим политруком нашей бригады Владимиром Ильичом Шоковым. Пару лет назад мы занимались созданием музеев афганской славы. И вот входит в мой кабинет мужчина, чье лицо кажется знакомым. С тех пор тесно общаемся.

Не скрою, 15 февраля для меня морально тяжелый день. Только в последние годы начал ходить на остров Мужества и Скорби…

Дополнительная информация

Михаил Мирончик служил в Афганистане с 1985 по 1987 г. Награжден медалями «За боевые заслуги» и «Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа».

Еще материалы рубрики:

МОЯ ПОЗИЦИЯ. Андрей Асташевич: «Во всем должны быть порядок и субординация»

МОЯ ПОЗИЦИЯ. Главврач гинекологической больницы А. Бич: «Беременность не изнашивает организм»

МОЯ ПОЗИЦИЯ. Дмитрий Астрахан: «Путь Беларуси вызывает уважение»

МОЯ ПОЗИЦИЯ. Главврач о детских болезнях взрослых

МОЯ ПОЗИЦИЯ. Журналист о советском наследии России и Беларуси

 

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ