Намек на похороны Хрущева. Как боролись за фильм «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен» его авторы

В шутливой фантазии главного героя начальство узрело намек на похороны генсека. Фильм «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен» едва отстояли. Подробности — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

О чем кино

Директор пионерского лагеря Дынин выгоняет Костю Иночкина из детского учреждения за то, что тот самовольно переплыл реку. В ожидании электрички мальчишка пытается представить себе реакцию бабушки на его исключение и решает тайком вернуться в лагерь. Прячется под деревянной сценой, где его обнаруживают приятели. Начинают носить ему еду из столовой.

Накануне родительского дня его друзья понимают, что будет скандал: приедет бабушка Кости, а внука в лагере нет. Они решают сделать так, чтобы приезд родителей отменили. Например, извалявшись в крапиве, пытаются симулировать эпидемию. Но тщетно. Тогда на помощь мальчишкам приходят молодые вожатые. У них есть план, как вернуть Костю в лагерь.

Безделица?

Элем Климов

В августе 2019 года американский кинотелепортал Screen Rant составил подборку 10 лучших фильмов о Второй мировой войне. Белорусская лента «Иди и смотри» (1985) Элема Климова заняла в списке первую строчку. По версии британского журнала Time Out, «Иди и смотри» входит в «50 лучших военных фильмов всех времен». А в начале 1960-х Климов — обычный студент ВГИКа. В качестве курсовых работ снял несколько короткометражных лент на детскую тематику. Они удались, и руководство «Мосфильма» предложило молодому режиссеру в качестве дипломной работы снять полнометражную картину для детей и юношества. Сценарий Ильи Нусинова и Семена Лунгина понравился режиссеру. Он не бывал в пионерлагерях, это развязывало ему руки. Можно было фантазировать, а не следовать радужным воспоминаниям советского пионерского детства.

Семен Лунгин

Позже режиссер утверждал, что фильм — безделица, созданная на полной импровизации. Но невооруженным глазом видно, что это не так. И гротеск, и ирония, и множество, казалось бы, незначительных деталей. Например, смотровой глазок на воротах лагеря наподобие тех, что встроены в дверь тюремной камеры, — это не могло быть случайностью. Конечно, протест против системного идиотизма и советской демагогии закладывался изначально. И черно-белая, светло-серебристая эстетика немого кино, музыка, словно из-под пальцев тапера, — явно не спонтанный выбор. Ясно, что режиссер всё продумал до мелочей. Это понял ректор ВГИКа Александр Грошев и обратился в Госкино и ЦК КПСС с просьбой не допускать сценарий к постановке. Но производство удалось отстоять. Судачили, что помог отец Климова, сотрудник Комитета партийного контроля при ЦК КПСС. Брат же режиссера Герман утверждал: посодействовал не отец, а директор «Мосфильма» Иван Пырьев.

Ультиматум режиссера

Ребят для съемок искали в московских школах. К претендентам на роль Иночкина было одно требование: уметь плавать. Виктор Косых очень хотел сниматься и соврал. В результате на первой съемочной площадке под Тулой Климову пришлось снимать эпизоды, где Иночкина по сценарию нет. Тем временем к Косых приставили тренера, который за несколько дней обучил парня азам плавания кролем. А ведь вначале Витю утвердили на роль Марата, нарисовавшего на Иночкина карикатуру в стенгазете. Во время проб, где он просил прощения у друга, его случайно ослепили софитами, у мальчишки по щеке покатилась слеза. Все решили, что он так вжился в образ, и доверили главную роль.

Юре Бондаренко на кинопробах на роль барабанщика Вени Элем Климов объяснял суть его отношений с Нелей, девочкой с хулахупом. Режиссер дал вводную: «Пойми, по роли ты в нее влюблен». Юра почесал затылок: «А за что ее ремнем пороли и почему я за это в нее влюбился?» В Люду Смеян, сыгравшую Нелю, после фильма влюбились сотни мальчишек, но актрисой она не стала, преподает музыку.

Мальчик без имени, но с яркой репликой «А чё это вы здесь делаете?» вообще никак не участвует в действии, но запомнился больше других как яркий типаж. Климов рассказывал, что заприметил Славу Царева в троллейбусе, где сначала увидел его торчащие из-за поручня уши.

Арина Алейникова

Илья Рутберг дружил с режиссером, а Арина Алейникова накануне исполнила роль девушки-мечты, танцующей на аэродроме в картине «Я шагаю по Москве» (1963). Им предложили сыграть вожатых.

Для всех стал открытием комедийный талант Лидии Смирновой. Знали актрису по лирическим и патриотическим лентам. Никто не думал, что она способна на эпатаж и гиперболу. Очки с толстыми линзами, крик со звуком сирены — всё это выдумала она.

Евгений Евстигнеев

Сложнее всего шло утверждение Евгения Евстигнеева на роль Дынина. Чиновники рассчитывали, что это будет знакомый образ, вроде Огурцова из «Карнавальной ночи», а-ля глупый начальник. Режиссер хотел использовать другой социальный типаж: вовсе не глупый, а просто когда-то принявший правила существования в системе. Когда в отношении Евстигнеева прозвучало категорическое «нет», Климов пригрозил отказом от съемок. Тогда это порой срабатывало. Актера утвердили.

Нельзя не упомянуть и прославившегося вскоре в комедиях о приключениях Шурика Алексея Смирнова в роли завхоза.

Кошки-мышки

С августа 1963 года съемки проходили в пионерском лагере близ Алексина Тульской области, в лагере ЦК ВЛКСМ «Орленок» в Туапсинском районе Краснодарского края и недалеко от Ростова-на-Дону в лагере «Красный Аксай». Сегодня подходящую инфраструктуру лагеря рядом с рекой наверняка нашли бы под Москвой, но в те годы киноэкспедиция по стране — неотъемлемый атрибут съемок.

Периодически на съемки приезжали чиновники из Госкино с требованием показать отснятый материал. Климов, утешая начальство, показывал самые беззубые сцены.

По негласной традиции в среднем звене группы был кто-то, периодически сигнализирующий о ситуации в Москву. Как-то раз в середине работы режиссеру пришла телеграмма с требованием прекратить съемки и вернуться в столицу. Он сделал вид, что послание не получал. Директор картины Григорий Лукин увлекся процессом и был на стороне Климова. Так к ноябрю завершили работу.

Покойный одобрил

При сдаче вновь возникла фигура Грошева, назвавшего картину «похабной, антисоветской». Многие думали, что причина неприятия связана с насмешками над культом кукурузы, взращивание которой по всей стране велось с подачи Хрущева. Оказалось, чиновнику привиделось другое. Екатерина Мазурова, сыгравшая бабушку Кости, кому-то по типажу напомнила Никиту Сергеевича. В фильме есть комедийная сцена ее пышных похорон с портретами и транспарантами. Ректор узрел здесь намек на похороны главного человека в стране. На уговоры таких мэтров, как Сергей Юткевич и Иван Пырьев, он не поддавался, отказываясь принять кино в качестве дипломной работы Климова. И тогда вступился Сергей Герасимов. Попросил Хрущева принять его и показал фильм. Генсек не увидел крамолы, и 9 октября 1964 года состоялась премьера. Правда, картину причислили к детским, показывали по утрам. В брежневские времена хоть и не запрещали, но по телевизору не показывали. Для многих она стала открытием лишь в постсоветский период. И сегодня остается одной из любимых.

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ