О театре, белорусском языке и немного о личном. Первое большое интервью Павла Латушко в качестве директора Купаловского театра

Лучший подарок к 100-летию театра, любимое место в зрительном зале, намерение сменить костюм с галстуком на более творческий «прикид», взгляд холостяка на красивых актрис, верность белорусскому языку и понимание политической составляющей в руководстве театром… Об этом рассказал в интервью генеральный директор Национального академического театра имени Янки Купалы Павел Латушко.

Сразу поясним: интервью с Павлом Латушко переведено с белорусского языка на русский.

Подписаться

Подписывайтесь на канал MINSKNEWS в YouTube

– Добрый день! Благодарю, что Вы приняли мое приглашение и пришли сегодня в гости в наш театр.

— Павел Павлович, вот 100 лет театру, а на люке, перед театром, написано “1890 год”! так 100 или 130 лет?

Нужно понимать, что история этого здания куда богаче! В июне 1890 года на этом месте был построен Минский городской театр по решению тогдашнего губернатора Минска, а достраивался, как сегодня говорим, на современный лад мэром Чапским. Благодаря именно ему в нашей столице появилось это историческое здание. Кстати, автором архитектурного проекта является Козловский (Кароль Козловский). Как и автором театра в Люблине (Польша). Он был приглашен в Минск, чтобы проектировать именно это здание. Так что мы должны разделять городской театр, здание и Купаловский театр или Белорусский драматический театр номер один. Так что сто лет. Интересная вещь: когда мы говорим про Белорусский драматический театр, он начал свое существование с сентября 1920 года, и тут была не только белорусская драматическая труппа, но и русская, еврейская, а также здесь были оперная и балетная труппы. И, фактически, это послужило возникновению Большого театра Беларуси впоследствии.

— Вы долгое время работали в Париже. Там есть такие визитные карточки, как Эйфелева башня, Лувр, Собор Парижской Богоматери, Мулен Руж – в каком-то смысле. И вот Купаловский театр может такую роль играть в современном Минске или нет?

— Думаю, что это в принципе красивое место в нашем городе, где можно погулять и провести прекрасно время как жителям Минска, Беларуси, так и гостям нашей страны. Вот, кстати, мы с вам находимся на пересечении исторических улиц. Например, напротив нас — улица Карла Маркса, кстати, тоже историческая. Здесь, в этих домах жили известные белорусские писатели — классик нашей литературы Владимир Короткевич, а еще Иван Мележ, который написал национальную трилогию «Людзi на балоце». Она сегодня в репертуаре Купаловского! Так что очень много великих белорусских писателей, в том числе Янка Брыль, проживали в этом доме, и, думаю, они всегда могли зайти в Купаловский театр.

— А в целом какое впечатление о Минске у вас? Вы родились тут. За последние годы, как вам кажется, как-то по-европейски город развился или может не надо такими темпами? Нужно было сохранить больше советской истории? Хотя есть же сталинский ампир, ради которого приезжают многие туристы. Но есть и небоскреб, стекло, бетон. Это украсило город, сделало его более европейским? Или это лишнее?

— Важно, что сегодня Минск выглядит очень красивым, уютным, чистым городом. Он притягивает. Я высказываю свое личное мнение и озвучиваю оценку друзей, знакомых, зарубежных делегаций, которые посещали наш город за время моей дипломатической службы. И им Минск очень понравился. И большинство гостей высказывали желание приехать в нашу столицу еще раз. Я сам родился в Минске и горжусь этим. Также, как и моя дочь, которая сейчас, волею судеб, учится в соседней стране. Но когда я ее спросил, кем она себя на данный момент жизни ощущает, дочь ответила “я – минчанка!” Так же и я горжусь тем, что родился здесь. И всегда буду помнить, откуда я родом.

— Вы обещали, что нам закулисье покажете, и мы продолжим разговор внутри. Но мы, наверное, через парадный вход не пойдем, поскольку через него ходит тот, кто покупает билеты, а директор или актеры ходят через служебный. Поэтому и мы пойдем через служебный.

(Заходят в театр)

— Вчера, когда мы осматривали точки съемки, был небольшой эпизод. Заходит уважаемый Геннадий Овсянников, народный артист СССР и Беларуси («Лауреат награды ЮНЕСКО», – добавил Павел Латушко), и уже по привычке идет вот к этому стенду. Для актера театр начинается не с вешалки, а со стенда, где есть расписание репетиций, где можно посмотреть, в каком спектакле кто задействован. Он стоит, внимательно смотрит. Спрашиваю у него: ну что, увидели что-то новое? Он говорит: вы знаете, все так же как не скажу вам в каком году, потому что вы такой год уже и не помните. И я подумал: это признак консерватизма, хороших традиций театральных или что-то нужно менять?

— Сегодня говорим о том, что Купаловский театр среди драматических в нашей стране занимает первое место по посещаемости! И мы можем этим гордиться. Тем, что белорусский театр так популярен у зрителя. Какой смысл тогда что-то специально ломать или перестраивать, не вижу в этом необходимости. Но это не значит, что это стагнация или механизм, который просто стоит на месте. Наоборот, он должен двигаться и для этого его нужно не забывать смазывать.

— Мы на знаменитой Купаловской сцене. Здесь ставятся классические спектакли. Я не хочу сказать, что они поддаются какой-то конъюнктуре, но они осовременены и ставятся так, чтобы были более понятны молодому зрителю. Например, “Сон у купальскую ноч”. Поставлен по пьесе Шекспира, но там и гаджеты, и современные телефоны. Или даже “Ревизор”. Там люди уже не в костюмах того времени, когда была написана пьеса, а осовремененные. Как вы считаете, это нормально? Должен ли классический театр развиваться в таком направлении?

— Развитие — это всегда хорошо, но все-таки должен быть разумный баланс. Конечно, классические постановки — это основа. Но когда мы можем предложить сегодняшнему, особенно молодому зрителю то, что его может заинтересовать и привлечь в театр, думаю, надо идти на этот эксперимент.

— Пинигин сказал, что он счастлив от того факта, что Вас назначили руководителем театра.

— Я буду рад, если он через несколько лет подтвердит свои слова и останется счастливым человеком и в будущем.

— Я вам уже задавал вопрос, как вы относитесь к Минску, к его развитию. Близится лето, и в последнее время в Минске в эту пору года практикуются замечательные праздники в Верхнем городе. Это и дни культур разных стран, и джазовые концерты, и классические мероприятия под открытым небом. Купаловский театр мог бы тоже выйти под открытое небо?

— Мы находимся на сцене Купаловского театра. Это здание. Вокруг стены. И как-будто закрытая площадка. Но мне кажется, что мы должны использовать уникальную возможность, что находимся возле одного из самых интересных и красивых парков столицы (Александровский парк). Кстати, здесь всегда была традиция выступать разным коллективом, в том числе музыкальным. Так что, надо подумать, как могла бы площадка, которая примыкает к нашему театру, заиграть по-новому. Поэтому да, будем расширять театральное пространство как в самом театре, так и вне его.

— Я хочу спросить про зрительный зал. Есть здесь ваше любимое место? Первое место или 13-е? А может нравится в так называемой царской (губернаторской) ложе? Откуда вы любите смотреть спектакли?

— На сцене мы находимся напротив губернаторской ложи. Когда-то она имела название директорской. Помню это время. Сюда приглашали министров культуры БССР и Республики Беларусь. Но все-таки, у меня такого специального места нет, и я стараюсь сесть среди зрителей, потому что, прежде всего, тоже зритель. Правда, критический зритель.

— Можете вспомнить, когда впервые пришли в театр как зритель, сколько вам было лет, какой это был театр и какие были ощущения?

— Мне кажется, в наше время были хорошие традиции посещения театров. Надеюсь, они сохранились и сегодня в школах Беларуси. В детстве мы и с одноклассниками, и с родителями посещали театр юного зрителя, кукольный театр. И я помню, как отец впервые привел меня в Купаловский на знаменитую “Паўлінку”.

— А кто тогда играл Павлинку?

— Таких подробностей я уже не помню. Конечно, театральную программку я всегда брал с собой, но содержание ее точно не вспомню.

— Есть такая традиция. Я долгое время работал на телевидении. Когда приходит новый руководитель телекомпании, часто меняются лица телеканала, появляются новые телеведущие. Можно ли такую же параллель провести с Купаловским? Или состав в театре незыблем и актеры — главное богатство? И директор не должен вторгаться?

— Когда приходят в Купаловский, например, на Манаева, Овсянникова или Харланчука, думаю, они хотели бы видеть именно их на этой сцене. Не надо делать кальку с телевидения и менять актеров только потому, что мы пробуем что-то менять.

— Много есть не только опытных, но и молодых красивых актрис. А вы директор театра, холостяк.

— Ну почему же? Два раза женат, два раза – счастливый.

— Ну может, каким-то образом и здесь, в театре, судьба решится, повернется по-новому?

— Я не ставлю такой цели. Но очень хотел бы, чтобы у наших красивых актрис были зрители, которые ими восхищаются, их талантом, дарят цветы, аплодируют, говорят самые добрые слова благодарности. Вот от этого я был бы счастлив.

— А вот приходят в театр иностранцы, по-белорусски не понимают. У вас же есть переводы?

— Мы как раз исключение, да, единственный драматический театр Беларуси, который предлагает ряд спектаклей с синхронным переводом на английский язык и русский. Таким образом зритель, который не знает белорусского, тоже может получить наслаждение от спектаклей. Если вы бывали на международных фестивалях, там предусмотрено, что театры выступают на своем языке.

— Совсем недавно в Беларуси принята новая Концепция информационной безопасности. Кстати, для многих каким-то неожиданным было подчеркивание роли белорусского языка в этом процессе борьбы в сфере смыслов.

— А почему? Это нормально и логично.

— Зачастую настороженно к этому относились. Пытались не подчеркивать, чтобы вдруг не возникло разделения на этой почве. Пункт 48 Концепции гласит, что белорусский язык является гарантом культурной безопасности и его нужно развивать. Вас это обрадовало?

— Я абсолютно согласен с этим пунктом Концепции информационной безопасности страны. Когда говорим про сегодняшний день независимого современного суверенного государства — Республика Беларусь, смотря в его будущее, сложно представить будущее белорусского государства без существования и поддержки белорусского языка. Никогда не стоит принуждать к чему-то. Понятно, что степень владения может быть разной. Понятно, что часть общества будет владеть языком, а часть — нет. Но необходимо его уважать и беречь. Это также вопросы воспитания и культурного разнообразия. Например, ЮНЕСКО говорит о том, что сила мировой культуры в разнообразии. Когда существуют разные нации и народы, которые представляют разные культуры и языковое пространство. И в этом красота.

— Все правильно, но не вызовет ли эта новая Концепция каких-то комментариев критических, особенно в России?

— Российская Федерация как раз является хорошим примером сосуществования представителей разных народов, которые используют разные языки и в которой с уважением относятся к языкам других народов. Важно понимать, что мы не противопоставляем белорусский язык также государственному- русскому языку. Мы говорим про то, что наш язык может и должен существовать естественно в исторической среде. Сегодня это — территория современной Беларуси. И именно тут (а где ж еще?!) место для того, чтобы наш язык существовал и развивался.

— Мы видим в коридоре театральные костюмы. Вы такой человек, который всегда ходит в деловом костюме.

— Это связано с работой дипломата.

— Но сейчас вы ведь уже не дипломат. Нужно будет изменить стиль. Творческий гольфик, там, кэжуал…

— Думаю, вы правы, так что в перспективе планирую изменить стиль на более театральный, приближенный к театральным стандартам.

— А если бы вам предложили исторический костюм из этой коллекции, что бы вы выбрали — какой-то камзол или что-то другое?

— Во время работы послом в разных странах, особенно там, где конституционные монархии, где есть руководители-монархи, приходилось носить и смокинг, и сюртук, и фрак – так что, в таких, что-то наподобие театральных, костюмах мне уже приходилось выступать. Но на дипломатических раутах.

— Были ли журналисты уже в вашу бытность директора, в этом кабинете?

— Нет, вы первые.

— Как-то тут пока жизни нет.

— Здесь есть самое главное: репертуар театра на ближайшие месяцы. Признаюсь, времени хозяйничать в кабинете еще не было, но я и не думаю, что это приоритетно.

— Должен же быть какой-то дух, я не знаю, фотографии на столе.

— Приглашаю вас на кофе в свой кабинет через месяц — и вместе посмотрим, чьи фотографии появятся на моем рабочем столе.

— Часто, когда приходит новый человек, он меняет кресло.

— Не имею такой традиции. Но я не за вычурное кресло (показывает на стоящее у стола), а за такое, которое устойчиво.

— Ноутбук вижу на столе. Вы гаджетами пользуетесь? Вы с ними на короткой ноге? Я про эти слова на английском языке. Мне не очень нравится, что они вновь входят в наш язык и мы используем такие слова, как «гаджет» или «девайс».

— Давайте вернемся к Франции, в которой, например, есть академия, принимающая решения по реформе французского языка. Ежегодно в этой стране могут вводиться новые слова, которые выработаны современной жизнью и появляются с новыми технологиям. Понятно, что и в белорусском языке могут появляться такие слова. Просто они, скорее, часто появляются хаотично.

— Интернет — это добро или зло?

— Это хорошее дело, которое сегодня дает возможность более активной коммуникации. Оперативной, качественной, масштабной. Но при этом, естественно, возникает вопрос, кто кого: мы — интернет или он нас? Когда мы порой встречаемся с друзьями и, сидя за одним столом, не разговариваем, а листаем новости и социальные сети в телефоне, мне такое положение вещей не нравится. Но без Интернета сегодня жизнь тоже невозможна. Купаловский активно работает в соцсетях и будет активизировать эту работу, потому что это требование времени и молодежи.

— Прямые трансляции ваших спектаклей появятся в Интернете?

— Думаю, прежде всего это вопрос авторских прав, потому что нужно согласие автора на широкое распространение спектаклей, которые ставятся театрах, и в нашем, Купаловском.

— Политическая составляющая вашей должности. Вы ее как представляете?

— Культура — это также всегда идеология. Сегодняшняя идеология театра мало отличается от тех времен, когда наш театр был создан. Идеология Купаловского всегда была — поддержка развития национальной культуры и белорусского слова.

— Какой подарок для театра был бы лучшим к 100-летию?

— Главным подарком будут зрители, которые переполнят зал, когда нельзя будет купить билет и на входе будут спрашивать: есть ли лишний квиток? Поэтому мы приглашаем вас на 100-летие Купаловского театра, приглашаем всех посетить наш первый белорусский драматический театр страны!

Самое читаемое