«Он все это время жил у любовницы и спустя две недели заявился домой». Минский водолаз — о поиске утонувших

Опытный водолаз Алексей Жуковский рассказал корреспонденту агентства «Минск-Новости» о невероятных находках, курьезных случаях и о том, почему ему под водой не страшно.

Дерни за веревочку!

— Даже не знал, что такая профессия есть, — отшучивается Алексей Жуковский, отвечая на вопрос, как стал водолазом. В 1996 году после армии пришел на спасательную станцию «Комсомольское озеро» учеником. Обучение проходил у опытного водолаза зимой. Так что в первый раз погружался под лед. Впечатлений было много: вода прозрачная, сквозь лед пробивается солнечный свет, красиво. В теплое время на глубине темно, практически ничего не видно.

Водолазы, как и летчики, в процессе работы набирают часы. Только не летные, а подводные. Чтобы получить первый класс, их требуется 1 000. На это в среднем может уйти лет шесть. У А. Жуковского их уже больше 3 500. С 2015 года трудится на спасательной станции «Дрозды», которая патрулирует и обслуживает самую большую по протяженности акваторию в Минске — водохранилище Дрозды.

Водолазы всегда трудятся в команде из трех человек. Один погружается, другой держит связь с первым. И есть страхующий. Он одет в гидрокостюм и готов в случае форс-мажорных обстоятельств сразу броситься на выручку коллеге. Общаются они с помощью сигнальной веревки.

— Если я на берегу дергаю раз, значит, спрашиваю, как себя чувствует напарник. В ответ он подал такой же сигнал — все хорошо, находится на грунте. Если дернуть раз и потрясти — нужно идти вправо, два раза и потрясти — команда двигаться влево. Просто тряхнуть — следует остановиться, сделать это дважды — продолжать двигаться вперед и прямо. Когда я под водой что-то нащупываю, дергаю веревку три раза — необходимо поднимать меня наверх, — поясняет Алексей.

За годы работы, к счастью, ему ни разу не приходилось вызывать на помощь страхующего. Хотя такое случается. Причин много: из-за того что дно очень грязное, много арматуры, мусора, рыбацких сетей, можно запутаться. Бывает, сама веревка застревает и пропадает связь.

Лед и полынья

Вторым рабочим местом водолаза стала поисково-маневренная группа ОСВОДа, которая занималась поиском утонувших людей на неохраняемых водоемах, где нет пляжей и купаться запрещено.

— Лет 15 там трудился. Иногда выезжать на места приходилось по несколько раз в день. Помню лето 2010 года. Жара тогда стояла очень долго — недели три. Нам поступил звонок из милиции, что нужно достать тело из водоема в Лошицком парке. Не успели доехать до места, как снова сообщение — утонул кто-то на Филимонова возле Национальной библиотеки. Еще с первым вызовом не разобрались — снова труп, на этот раз в Чижовском водохранилище… Тогда мы просто жили на работе. И очень уставали, — делится воспоминаниями собеседник.

У водолазов есть разные методы поиска тел погибших под водой. Летом действовать приходится на ощупь — вода слишком мутная. И всегда одной рукой, ведь во второй сигнальный конец. Хорошо, если есть свидетели, которые покажут примерно место, где человек утонул. В противном случае приходится шерстить все дно. Зимой виден участок, где человек провалился под лед. От него и начинают поиски. Опять же в это время года вода прозрачная и холодная, поэтому тело не всплывает на поверхность, лежит на дне.

— Первые свои поиски помню хорошо — это была утонувшая девочка. Самое страшное — когда дело касается детей. Наиболее продолжительные поиски случились поздней осенью — на Заславском водохранилище нужно было обнаружить тела трех рыбаков. Они ушли из дома ночью, никто не знал, где произошла трагедия. Да и лед еще не стал тогда. Две с половиной недели ездили туда и каждый день погружались. Исследовать нужно было территорию 5 на 7 км. В итоге наткнулись на сети, в которых я здорово запутался. Нашли одного, другой всплыл, а третьего отыскала Минская областная поисково-спасательная группа, — рассказывает Алексей.

В тихом омуте

Особенностью минской акватории, которую обслуживают водолазы спасательной станции «Дрозды», является отсутствие течения. В основном это водохранилища, озера, водоемы. Значит, тело утонувшего не унесет потоком воды, поиски всегда должны быть успешными. Но бывают и исключения.

— Поступил сигнал: пропал мужчина. Его вещи обнаружили на берегу. Мы ищем тело и не находим. А он все это время жил у любовницы и спустя две недели как ни в чем не бывало заявился домой. Из-за того что дно очень илистое, вода мутная, во время погружения иногда не удается сразу понять, что ты нашел тело. Однажды я нащупал что-то похожее на труп, а ближе к берегу увидел, что это ватный матрац, — говорит водолаз.

Максимальная глубина водоемов Минска — 8 м. Но Алексею Валентиновичу доводилось погружаться на глубину 18 м.

— На Дубровском водохранилище утонул рыбак. Раньше на месте этого водоема был сад, поэтому на дне много поваленных деревьев. Передвигался я ползком по дну, держась за сигнальный конец. Было очень неуютно. Темно, холодно, приходилось перелезать через деревья, звук ломающихся веток под водой усиливался многократно. Баллона хватило тогда минут на 15. Искали его тоже долго. Но так и не нашли, потом уже тело всплыло, — вспоминает водолаз.

Бывало ли ему страшно? Алексей Жуковский уверяет, что нет. Страх — не помощник и не советчик в этой профессии. Как и не ведет он подсчет тел, поднятых на берег. В своей работе он концентрируется на другом: водолаз занимается важным и нужным делом — дает возможность родственникам похоронить утонувшего. К чему не может привыкнуть, так это к беспечному и безответственному поведению людей на воде.

Любопытно

Не раз приглашали Жуковского на съемочную площадку, когда та размещалась на Минском море или Свислочи. Водолазы проверяли, чтобы дно было чистым, обеспечивали безопасность актеров, которые в кадре прыгали в воду. Алексею доводилось присутствовать на съемках фильмов «В июне 41-го», «Албанец-3», «Вольф Мессинг».

Фото Сергея Пожоги

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ