Мы с женой каждое лето выступаем в летних оздоровительных лагерях — рассказываем о политике. Звучит очень по-постпанковски. Мальчишки и девчонки 9-15 лет, оторванные от дома и школьных проблем, искренне задают вопросы о том, чем занимаются журналисты. Если вам казалось, что разговоры о политике — это скучные лекции о том, как строить будущее, то скажу: в парадигме журналистов о ней нужно говорить как минимум эмоционально.

Накануне прошла именно такая лекция. Обычно она занимает 45 минут — время стандартного урока. Лагерь спортивный, в зале одни будущие чемпионы — волейболисты, дзюдоисты, горнолыжники. До этого к ребятам приходил начальник столичной ГАИ, на следующий день после нас — олимпийский чемпион. Дети, прывыкшие к роликам в интернете и почти нечитающие, разговор о политике воспринимают только через игру. Политика для них — это и лагерь, и мир, и тем более спорт. Даже младшие школьники знают, что наши атлеты находились под санкциями. Но все как один хотят стать победителями именно Олимпийских игр. И все желают стоять на верхней ступени пьедестала под белорусским флагом. Я уже говорил, что после 2020 года выросло поколение, которое современный государственный флаг считает единственным правильным, для них он аксиома, а прочие варианты ушли в небытие.

Кроме того, история — это тоже политика. Мы рассказали о детской странице той страшной войны — о лагере в Красном Береге. Когда ребята услышали о том, как у их одногодок выкачивали кровь, чтобы перелить немецким солдатам, повисла тишина. Не забыли и о Тростенце. Почти все из присутствующих там бывали, но эмоционально никто не ожидал услышать, что в районе Шабанов покоятся почти полмиллиона человек. Война — это страшно, и пробиться в детскую голову с этой мыслью дорогого стоит. Я не понимаю родителей, которые переживают о том, что их сыновьям и дочерям в школах рассказывают о Хатыни: мол, истории о сожженых одногодках влияют на неокрепшую психику. Конечно, влияют. В Хатыни нужно побывать трижды в жизни: ребенком, подростком и взрослым. Каждый раз новые впечатления, одно страшнее другого. Но вакцина от войны только такая.

А потом мы играли в интервью. Мальчишки и девчонки выходили и задавали мне вопросы. Один — о профессии журналиста, второй — об истории войны, третий — о спорте. И тогда большинство начинало слушать и поддерживать беседу.

Мы наблюдали за их неуемной энергией. Они успевали и в телефон заглянуть, и аплодисментами своих поддержать. Если у 50 ребят, вырванных среди смены на полезный разговор, останется хоть одна мысль, уже хорошо. И это не милитаризация, как пытаются писать беглые, а воспитание и просвещение. Та же «Зарница» в моем советском детстве привила любовь к Родине больше слов, а наши соседи поляки не стесняются одевать первоклашек в военную форму с конфедераткой. Это и есть патриотическое образование. Юные белорусы любят наш флаг, знают наш гимн, хотят побеждать под родными символами. А мы, взрослые, даже в оздоровительном лагере должны искать возможность доносить свои нарративы. Ведь, как бы банально ни звучало, дети — наше будущее, и нам его нужно создавать самостоятельно.

Страны Запада продолжают продуцировать потенциально опасную внешнюю политику, в которой доминирует военная составляющая. Экономика, социальный сектор, гражданская промышленность — всё приносится в жертву приготовлениям к войне. Своих граждан европейские СМИ убеждают: конфликт с Союзным государством неизбежен. Другая точка зрения даже не рассматривается. При этом нескончаемым потоком поступают новости о расширении зоны обстрелов в российско-украинском конфликте, перманентных учениях НАТО в Восточной Европе. Ближний Восток буквально пухнет от боевой техники, которую закачивают в регион американцы.

Иногда на Западе прорывается наружу правда, но она быстро тонет в потоке милитаризированной риторики. Кто из мировых СМИ обратил внимание на недавние слова министра обороны Литвы Робертаса Каунаса, который заявил, что разведка не фиксирует конвенционной угрозы или скопления российских войск у границы? А ведь тем самым он опроверг слова президента Гитанаса Науседы о якобы готовящихся ударах Москвы по инфраструктуре страны.

Иные и абсолютно прозрачные настроения в Беларуси. Если мы не видим признаков приготовления агрессии против нас, то оптимистично и громко говорим об этом. Притом армия не в отпускном настроении — военные готовятся к обороне, усиливая своей выучкой защитные механизмы страны.

Войска сегодня целиком сосредоточены на укреплении именно оборонительных конструкций. Для этого трансформируется и полигонная база. И если уж учиться поражать беспилотники, то как в боевых реалиях — и с места, и в движении. Для этого есть множество учебных средств. Учимся и специальными сетями дороги прикрывать — в ходе тренировок военные неустанно восстанавливают условно пораженные логистические маршруты, стремительно меняют локации складов и баз… В общем, все требования, которые предъявляет война, учитываем, и, к счастью, не под свист пуль.

В политике, как известно, эхо предшествует событию. В Беларуси оно уже давно слышится. Тем не менее мы живем под мирным небом. И не собираемся сдаваться перед теми, кто постоянно провоцирует нас встать на широкую тропу, ведущую к пропасти. Сохранить стабильность сегодня невероятно сложно, однако наши военные умеют не дружить с понятием «невозможно».

Ни дня без фейка — современная реальность, от которой я готова вас спасти. Сегодня разберем очередную историю о том, как легко напугать громкими словами. Все знают магические слова-усилители текста: «ужесточили», «запретили», «будут штрафовать». Стоит кому-то крикнуть: «караул» — паника разлетается быстрее, чем сплетни на лавочке у подъезда.

В Сети до космических масштабов раздули новость о правилах выгула собак в столице. Блогеры с ограниченным чувством ответственности, начитавшись заголовков, принялись рассказывать о штрафах до 675 рублей.

И народ начал возмущаться. А теперь факты. Закон «Об ответст­венном обращении с животными» принят еще в апреле 2024 года. Вступил в силу с 1 января 2025-го. И все правила там прописаны. Только до 19 июня 2026-го обязательства были предусмотрены статьей 16.30, а после — статьей 19.15. Последняя официально называется «Нарушение порядка содержания в домашних условиях животных-компаньонов». Любителям хайпа советую внимательно почитать.

Почему же началась истерия? «Минск-Новости» опубликовали напоминание о том, что и так действует. В материале перечислены нормы, которые давно указаны в законе: нельзя выгуливать собак без намордника (кроме щенков и мелких пород), нужно убирать экскременты, с животными запрещено посещать кафе и ТЦ (кроме зоомагазинов). А что делают блогеры? Для привлечения внимания переворачивают новость так, что хочется плакать.

Это не первый и не последний раз, когда интернет-пользователей вводят в заблуждение. Устроить провокацию на теме четвероногих друзей — золотая жила для контент-мейкеров, жаждущих просмотров и лайков. Психологи объясняют: блогеры используют страх, чтобы вами управлять. Вот несколько правил информационной гигиены:

• видите пугающий заголовок — проверьте дату закона;
• найдите официальный источник. В Беларуси все изменения в законодательстве публикуются вгосударственных СМИ с прямыми ссылками.

Помните: часто сенсация просто старый текст в новой обертке.

Не дайте себя обмануть. Включайте голову, проверяйте факты и не кормите тех, кто живет за счет ваших эмоций. Потому что, как говорится, доверяй, но проверяй.

Оторвав глаза от телефона в вагоне метро, увидела такую «прелесть»: зеленые шнурки на массивных кроссовках, сумка из дермантина, агрессивные надписи на рваной майке и блеск черных губ. В хрупкой девушке сочеталось всё несочетаемое и совершенно отталкивающее — от выцветшего блонда на голове до обесцвеченных бровей. Загримированная под куклу из фильма ужасов фарфоровая кожа спрятала молодость и розовый румянец невинности. Тот неловкий момент, когда жалко юность. Не свою, а сидящую напротив. Может, как образ для актерского кружка это объяснимо, но при свете летнего дня лицезреть сие обезображивание себя…

Конечно, каждый — индивидуальная личность, и Вселенная создала человека неповторимым, самым обаятельным и привлекательным. Но давайте честно: первым делом мы оцениваем друг друга по внешности. Глаза видят, кого берут замуж, на работу, в друзья. Эксперименты с обликом проводили все. До сих пор помню недвусмысленный взгляд мамы, когда мы с сестрой Таней в переходном возрасте решили покрасить волосы зеленкой из аптеки. Изгадили чугунную белую ванну, пальцы рук еще неделю оттирали пемзой, а сами больше стали похожи на русалок с истекшим сроком годности, чем на моделей из глянцевого журнала с изумрудными волосами. «Зачем так уродовать себя?» — спросила мама. Ответить было нечего. На правду не обижаются.

В моей жизни случилось еще несколько попыток переделки себя: рыжий оттенок оказался мне не к лицу, а мелирование быстро вышло из моды. Неформальные способы послать миру невербальное сообщение: «Я это я, и я хочу быть такой!» — закончились принятием себя такой, какая есть.

В школе я стеснялась своего роста и даже специально сутулилась, чтобы казаться ниже. Но потом научилась смотреть на эту проблему свысока, и мне понравилось быть по жизни сверху.

Глядя на девушку в метро, я почувствовала ее протест и бунт. Но они отражались только внешне, а во взгляде читалась неуверенность в себе ребенка с корзинкой переживаний. Эксперименты с внешностью могут быть способом сопротивления взрослым, повышением самооценки среди сверстников, то есть естественным процессом взросления. Главное — в них не заиграться, чтобы не стать заложником своего же образа на людях. Не родись красивой, а родись уверенной в себе.

За три недели отпуска посмотрел то, на что не хватало времени раньше. Изучил контент отечественных блогеров. Кроме того, в программе «По существу. Суперподкаст» мы с контентмейкерами беседовали и даже спорили. Пришли к выводу, что блогер — это работа, причем нелегкая. Обсудили, что многим белорусам заниматься этой деятельностью не хочется. «Проще работать руками», — сказал командир студотряда. «Если все станут блогерами, то кто будет зрителем и читателем?» — прозвучало такое мнение.

На этой неделе я вспомнил, что в профессии уже 27 лет. Понятие «блогеры» появилось и расширялось всё это время. Наш журналистский социальный круг уже в начале 2000-х предсказывал закат телевидения и газет, однако они до сих пор на пике. В те годы можно было стать репортером сетевого издания. Главная выгода заключалась в том, что они никому ничего не были должны — писали что хотели, иногда неправду. Я это знаю изнутри, так как, работая руководителем программы «Зона Х», часто сталкивался с оперативниками, которые жаловались на перевернутые факты или откровенную ложь в материалах интернет-ресурсов. Всё ради хайпа и охвата. Потом появились соцсети и мессенджеры. К чему они могли привести в 2020-м (прошло уже шесть лет!), теперь мы поняли. Блогеры из России, тогда еще не ставшие иноагентами, уже осознавали свою силу и вовсю подхватили идею наших беглых.

Помните Влада Бумагу? Топовый блогер того времени из Беларуси. Остальных могли назвать разве что дети до 10 лет. Осознанное блогерство у нас выстроилось за последние лет пять. В студию ток-шоу «По существу» пришли 50 блогеров. И даже не самые топовые — не минские фудблогеры-миллионники. Контентмейкеров действительно много. По моему скромному мнению, сейчас они появляются почти еженедельно. Ниши многих не заняты, сферы открыты, государство в этом направлении делает немало. Тот же форум блогеров от Министерства информации, кстати, уже третий. Всех собрали, расселили, дали возможность снять контент. Министры информации и образования ответили на интересующие вопросы. Это такое взрослое воспитание от страны.

А что блогеры? Я по-прежнему считаю, что лучшие из них — это журналисты СМИ. По большому счету, если твоя аудитория в Беларуси превышает 100 тысяч, ты создаешь маленькую редакцию — от главреда до бухгалтера. Помните газеты «Частный детектив» и «СПИД-инфо»? Тоже блогеры своего времени. Их цель — развлекать, зарабатывать на рекламе. Да, сейчас городской блогер, рассказывая о ресторанах и новинках из магазинов, показывает нашу действительность, а агроблогер в своих скетчах волей-неволей использует в качестве декораций реальные агрогородки.

В медиа всё повторяется по спирали. И блоги не исключение, это только площадка. До августа 2020-го главными звездами белорусского телевидения были ведущие утренних шоу, лотерей и концертов. А сейчас? На передовой журналисты.

Мое мнение: пока блогеры живут немного параллельно действительности. Они на ней зарабатывают. Государство встраивает их в контекст, что логично и правильно, но от самих контентмейкеров в сторону общества исходит мало инициативы (рекламные интеграции не в счет). «Что можете вы дать стране?» — помните этот вопрос Президента?

Если кому-то покажется, что я боюсь конкурентов, то отнюдь. Я повторю: лучшие блогеры — это журналисты. Как минимум в штате редакции. Я за ответственных блогеров, понимающих идеологию своей работы. Их тоже можно назвать журналистами. Вообще, проще называть всё своими именами: телевизионщики, радийщики, газетчики и блогеры. Но суть одна — говори и пиши с ответственностью. Во-первых, ради страны, во-вторых, ради справедливости.

И хотел бы не упоминать поручение Президента отправлять в армию недисциплинированный аграрный элемент, а не получается. Слишком резонансной получилась тема. Местами даже комичной. Отдельные товарищи, особенно из бывших наших сограждан, пытаются перевернуть указание Главы государства на якобы выгодный им лад. Вот, кричат, доказательство, что армия в Беларуси — наказание, а не почет!

Однако комментарии в соцсетях, даже от сочувствующих беглым, всё равно в основном с юмором, что тоже не спрячешь. Если проникнуться темой, без политического налета, по-житейски, то действительно — пьяницам и лодырям военная подготовка пойдет только на пользу. Физические нагрузки, отсутствие алкоголя и здоровый коллектив.

Заметьте, никто ни разу не говорил об отправке лиц из безответственной категории в оборонительные ряды действующих частей. Речь максимум о стандартной подготовке, которую разве что провели бы не совсем по плану. Внезапные проверки, между прочим, тоже не по плану проходят. Призывают тысячи мужчин и женщин с гражданки, и ничего, отказников в последнее время среди военнообязанных нет. Кстати, о прекрасной половине. В Год белорусской женщины это, считай, бонус для них — из армии возвращаются настоящие мужчины.

Однажды был свидетелем интересной картины. Лет 15 назад в Слонимском районе призвали из запаса на сборы людей, среди них оказался один усердно употребляющий. На церемонию отправки запасников из войск домой через месяц пришли его жена с сыном. Ребенок, когда увидел, как папу в военной форме награждают перед строем, заплакал и бросился обнимать отца. Тот, возможно, впервые предстал уважаемым, достойным человеком, более того — защитником. Супруга потом умоляла командира части принять мужа на службу по контракту. А сам бедолага и не понимал, что на плацу тогда вновь был главой полноценной семьи. Вот вам и армейские сборы.

Если с умом и белорусской добродушностью, не перегибая, подойти к поручению Президента, то не только лоб никто не расшибет, но еще и самобытность нашу подчеркнем. И поможем людям и хлебу. В общем, что посеем, то и пожнем. Это ведь людей в первую очередь касается.

Любопытным также может показаться преобразование парней, которые в составе сводных подразделений непосредственно на полях оказывают помощь аграриям. Всего более 100 военнослужащих на 30 армейских машинах сейчас собирают каравай. Преимущественно городские парни не то что не поникли — они во многом задают темп уборочной!

А если в сухом остатке на вопрос с военными на жатве или лодырями в армии посмотреть, то… Всем бы такие проблемы. А то вокруг летят бомбить ракеты и беспилотники, горят заводы и склады, закрывают границы, штампуют оружие. И погибают люди…

Мы же стремимся потерь в колосках избежать; нам, если в битву вступать, то за урожай.

Так что можно и дальше нас критиковать.

«Не нужен мне берег турецкий, и Африка мне не нужна», — писал Михаил Исаковский о преданности родной земле, которую ни на что не променяет. Эти строки вспомнились в отпуске, когда я смогла отдохнуть душой, посетить родственников, сходить на концерты и спектакли, на которые очень хотелось попасть, но не хватало времени.

А что сравнится со счастьем увидеть все новые распускающиеся цветы и есть спелую вишню и черешню, срывая ее с деревьев возле дома!

И мне совсем не хочется ехать в жаркие страны, загорать на заполненном людьми пляже, стоять в очереди к шведскому столу и мучиться от того, что не получается уснуть из-за шума, который создают гости отеля.

В современном мире сложно найти место, где можно чувствовать себя спокойно и отдохнуть душой. В Беларуси это реально.

Государственный секретарь Совета Безопасности Александр Вольфович, комментируя ситуацию с белорусским автобусом, который был атакован дроном в Брянской области, подчеркивал:

— Уважаемые соотечественники, воздержитесь от поездок. Вы подвергаете опасности и себя, и близких — тех, кто с вами едет. Гарантировать безопасность в таких поездках никто не сможет, пока не прекратится специальная военная операция. Надо думать своей головой, принимать правильное решение.

В нашей стране много прекрасных мест, чтобы отдохнуть, наслаждаясь природой, а в каждом населенном пункте есть достопримечательности, яркие культурные и даже кулинарные события. Так, 24 и 25 июля Глубокое стало центром ягодного праздника, где царили веселье, творчество и наслаждение. «Вишневый фестиваль» — яркое событие для жителей и гостей Глубоччины.

В Шклове в августе ежегодно проходит «День огурца», посвященный сбору летнего урожая. Местные считают свой город самым «огуречным» в Беларуси. В 2007-м здесь установили бронзовую скульптурную композицию «Огурец», которая стала своеобразным талисманом Шклова.

Так что отдых и развлечения на любой вкус в нашей стране обеспечены — осталось только выбрать.

Моя семья считается многодетной. Тем не менее я человек, которому комфортно быть наедине с собой. Хотя в любой компании я могу стать душой торжества. Правда, для этого нужно желание.

Недавно я поучаствовала в семейном эксперименте. Во время отпуска ко мне приехала сестра с мужем и ребенком. На две недели в одном пространстве оказались восемь человек и два кота. Каждый со своими характером, привычками, настроением. Я была главной. Готовила, убиралась, развлекала. Сперва испугалась хаоса. Ведь быть вожаком стаи — это в первую очередь забота и ответственность. Но справилась.

Разместились в тесноте, но не в обиде. Мои дети спали в креслах, придвинутых друг к другу. Каждый день следовали расписанию: утренняя рыбалка, завтрак, мытье посуды, ремонт крыши, косьба травы, сон Есении (дочь сестры), обед, игры на свежем воздухе, уборка дома, чистка камина, топка бани, рубка дров, вечерняя рыбалка, ужин, приготовленный на мангале, настольные игры, сон.

Не обошлось без сюрпризов. Сначала меня укусил клещ — была вынуждена посетить больницу. Затем осы свили в доме гнездо — вызывали сотрудников МЧС. Во время бури дерево упало на участок, что привело к покупке пилы и ремонту забора.

Мы сообща установили новую кухню. Потом отправляли маме и папе кружочки в Тelegram с приветами, обменивались подарками, играли в «Горячую картошку», ели уху, много трудились…

Здорово иметь большую семью. Когда Оля, Саша и Есенька уезжали, я расплакалась. Так хорошо было вместе. Каждый чувствовал себя нужным, с любым делом управлялись за считаные часы или дни. Было с кем поделиться переживаниями и услышать слова поддержки, а маленькие дети даже в пасмурные дни дарили улыбки и любовь.

На этой неделе у меня была запись программы с блогерами. Они приехали в столицу со всей страны поучаствовать в III Форуме блогеров. Тема оказалась, на мой взгляд, не совсем блогерской — студотряды. Однако при ближайшем рассмотрении я понял, что в данном случае блогерский взгляд на привычные нам институты важен. И вот почему.

В Минске этим летом в студенческих отрядах работают 17 тысяч ребят. Правило Третьего трудового семестра, его еще называли целиной, подразумевало занятость студентов на стройках сначала Великой Советской Родины. От БАМа и поднятия той самой целины на севере Казахстана до более понятных нам поездок в Молдову на сбор урожая или вожатыми в лагеря отдыха Кубани. Движение никогда не останавливалось, лишь, как было со всем советским, в 1990-е резко уменьшились объемы и задачи. Студотряды держались на энтузиастах. Указ нашего Президента в 2003-м обновил задачи, цели и как будто дал новую жизнь.

Сейчас в стране ежегодно 60 тысяч студентов и учащихся колледжей трудятся в студенческих отрядах в разных сферах — от строительства до медицины. В столичной больнице скорой медпомощи работает, на мой взгляд, самый уникальный и самый мотивированный отряд. Санитары и медсестры зачастую невидимые, но очень нужные профессии в клинике.

Наш сын работал на стройке в прошлом году. Месяц мы с женой отвозили его в 7:00 в Новинки, где он до вечера трудился подсобным рабочим. Четыре недели, 1 000 рублей чистыми и понимание работы своими руками.

В отрядах и правда неплохо платят, но только за реальный труд. Причем каждая копейка помнит мозоли и нервы. Ночные недосыпы и ранние подъемы. Однако гораздо важнее в жизни не это, а горизонтальные связи и братство студотряда. Выгодно это и нанимателю — он меньше платит в ФСЗН.

Теперь давайте о блогерах. Подростки хотят быть ими по нескольким причинам: весело, публично, ненапряжно и приносит много денег. Имидж профессии легкий. Но со своими нюансами. Если заниматься блогингом на профессиональном уровне — как выпускать собственное СМИ. Большая аудитория — это труд, зачастую целой команды. Если работать, а не раздавать плюшки у «Галереи» за подписки. Кто-то в блогинг попадает случайно, на волне моды, другие пробуют новую для себя профессию. Но пик притягательности не прошел. Блогеров смотрят, у них учатся, им подражают.

Не мне одному кажется, что блогеры и студотряды не взаимоисключающие понятия? Во-первых, всё это мейнстрим; во-вторых, одна целевая группа; в-третьих, в студотряде контент можно делать ежечасно. В-четвертых, можно учиться друг у друга. Креативу и настойчивости с одной стороны, ответственности и трудолюбию — с другой. Ждем блогерский студотряд!

Оборудованные в инженерном плане объекты всё чаще становятся местом интенсивных тренировок подразделений белорусской армии. Бойцы учатся противостоять в том числе превосходящим силам противника. Наши аргументы при этом — слаженность, уверенность, точность. Такие же качества берут на вооружение при освоении модернизированной бронетанковой техники, которая активно поступает в войска.

С нарастающей напряженностью в мире и нашем регионе связаны многие риски, однако пора осознать: такова обстановка, и похоже, такой она останется еще долго. Не перестаю удивляться нескончаемому оптимизму в наших медиа по поводу некоторых далеко не очевидных неудач на Западе. Какой бурный восторг в русскоязычном сегменте, к примеру, вызвало известие о том, что в так называемой коалиции желающих нет полного консенсуса по поводу выделения средств Незалежной и проведения совместных учений. Посмотрел телевизор, окунулся в интернет и полагал: вот-вот выходной объявят по поводу того, что Болгария отказалась от участия в этом формате, а Германия решила бойкотировать предстоящие в сентябре учения войск стран упомянутой коалиции в Польше…

Но есть, конечно, в нашей стране люди, которые все новости, трансформации перекладывают в плоскость практической безопасности. И обращают взор прежде всего на наш дом. Он сегодня обязан стать крепостью. Почти в буквальном смысле для этого в Беларуси возводят участки, укрепленные в инженерном отношении. На одном из них недавно занимались мотострелки.

Ходы, бункеры, траншеи, пункты управления… Круговая оборона, контроль дорог, работа против диверсионных групп… Каждый сценарий на тренингах в таких объектах — слепок с ситуаций в ходе боевых действий в Украине. Предполагается, что потери будут и что противник не дурак, а может, и более опытен… Учения здесь всегда проходят в двустороннем формате, то есть против тебя действуют сослуживцы из соседнего подразделения, которые, конечно, знают твои слабые стороны и стиль командирского мышления. Так что в расслабленном состоянии и только на карте победить невозможно.

Механизированные соединения прирастают не только компетенциями солдат и офицеров при действиях в новых условиях и на укрепленных инженерами участках. Поступает также оружие, в том числе классическое. Недавно Слонимская бригада приняла в свои железные ряды машины Т-72БМ2, модернизированные в Беларуси. Однако и эти образцы теперь станут следовать иной тактике. В лихой атаке в одном строю мы их не увидим. Экипажи будут обучаться прежде всего скрытному перемещению, маскировке от дронов. Вести огонь предстоит на дальних дистанциях, с закрытых позиций, как гаубицы. Этому поспособствует и обновленная электронная начинка машин, прежде всего прицельные комплексы.

Как утверждают эксперты, во всем мире у обычных людей наблюдается усталость от военных сводок, от войны. Отечественные ВС, похоже, решили работать так, чтобы война устала от нас. На расстоянии.

На этой неделе был день памяти Феликса Дзержинского. Это повод рассказать о человеке, без которого наша планета крутится уже 100 лет. У Владимира Маяковского в поэме «Хорошо!» есть строчки, которыми мой дед пытался меня перенастроить на новые рельсы переходного возраста. Дед, один из крупнейших химиков-неоргаников в БССР, поставленным лекторским голосом цитировал: «Юноше, обдумывающему житье, решающему — сделать бы жизнь с кого, скажу не задумываясь: «Делай ее с товарища Дзержинского». Тогда был разгар перестройки. О Феликсе Эдмундовиче в журналах типа «Огонька» писали как об обер-палаче и практически маньяке. Дед казался мне абсолютно оторванным от реальности. Со временем я изучил множество других источников. И постепенно за тоннами грязи, которыми покрыли имя и дела Дзержинского, начал видеть поразительную историческую фигуру.

Вынесу за скобки то, что происходило в Петрограде в 1917-1918 годах, сразу после создания ВЧК. Революции в белых перчатках не делаются. Интереснее другое. В апреле 1921-го Феликс Эдмундович получил назначение на пост главы Наркомата путей сообщения, став, по сути, главным путейцем Советской республики. При нем разрушенная отрасль восстановилась за три года, причем без привычных чекистских методов. Одновременно он возглавлял деткомиссию — решал вопросы миллионов беспризорных. Знаменитые произведения «Республика ШКИД» и «Педагогическая поэма» — о системе перевоспитания, которую предложил Дзержинский. С 1924-го он возглавлял Высший совет народного хозяйства, взвалив на себя еще и должность министра тяжелой промышленности. Пятилетние планы во многом тоже его идея, хотя и доведенная до ума другими. К тому же Феликс Эдмундович наравне с Циолковским входил в президиум Общества изучения межпланетных сообщений, а это уже подготовка к полетам в космос 100 лет назад. Не забывал и о вопросах госбезопасности. Операция «Синдикат-2», когда в Минск выманили и задержали здесь знаменитого боевика Бориса Савенкова, тоже ведь он. Но меня особенно поразило, как этот человек ринулся бороться с советской бюрократией. Его доклад на эту тему, сделанный в последний день жизни, как раз о том, что в современной Беларуси называется курсом на дебюрократизацию. Вот глубоко ироничная фраза из спича Дзержинского 20 июля 1926 года на пленуме ЦК, после которой он скоропостижно умер: «Согласования вопросов превращаются у нас часто в карикатуру: открываются прения, преют… в то время как наперед можно сказать, какое будет решение».

По объемам задач, которые взвалил на себя уроженец имения Дзержиново, расположенного в 75 км к западу от Минска, и безобразному отношению к своему здоровью его можно сравнить с Владимиром Высоцким, также имевшим корни на белорусской земле и прожившим не менее запоминающуюся жизнь. На уровне дальних ассоциаций готов вспомнить философский анекдот: «Из пункта А в пункт Б выехали велосипедист, мотоциклист, автомобиль, автобус, поезд, гужевая повозка, полуприцеп и каток. М-да. Что-то невероятно интересное происходит в пункте Б…»

В семейном чате пошла жара! Жизнь заиграла новыми летними красками: в ленте домашних новостей лидирующие места стали занимать фотографии урожая из леса. Теперь нашу группу из восьми человек можно смело переименовывать: «В бой идут одни грибники!». А началось всё с безобидного снимка полной корзины лисичек, который муж отправил, пока я в поле собирала васильки да ромашки. Картинка создала информационный взрыв и срочное желание домочадцев оперативно выдвигаться по нашим следам — за грибами в лес.

Но мы же с мужем не специально с Браславских озер отправили в чат «Семья» наш улов, за которым гонялись всё утро субботы. Было жарко, и, когда любой нормальный человек после трудовой недели выбрал бы лежать в гамаке с книгой в руках, мы (я) решили, что нам срочно нужно на разведку в лес. Проведя мониторинг ситуации и опрос сельских жителей еще вечером в пятницу, я уже знала, что лисички есть, хоть и немного. Уснуть не могла — так хотелось поскорее отправиться на тихую охоту. С первыми петухами на рассвете мы вышли на тропу войны, простите, здоровья и отдыха, растянувшуюся на 5 км неспешной прогулки по пыльной, песчаной дороге в тяжелых резиновых сапогах. Нас покусали оводы, но мы наполнились счастьем от предвкушения жареной картошечки с лисичками.

Первые 40 минут спортивной ходьбы не разговаривали. Муж был чересчур серьезным. Даже промелькнула мысль, что ему не очень и хотелось отправляться в это увлекательное путешествие. Но я быстро отогнала от себя такую мысль: как можно не хотеть идти за грибами, даже если их нет? Серёжа просто копил силы на встречу с лисичками. Их мы увидели, конечно. А еще благородного оленя (рога у него шикарные!), ужа обыкновенного и гадюку (неприятная ползучая особь). На нашей поляне были красавицы лисички. Насобирали целое лукошко и уже назад шли, размышляя в чатике, что приготовить: драники с лисичками, суп с лисичками или лисички, тушенные со сметаной? Думала всегда, что я рыбак. А оказалось, что грибник, как отец. Он меня в детстве часто брал в лес по грибы, и это одно из лучших воспоминаний того времени, даже несмотря на то, что вставать нужно было в 4 утра.

Нас обогнали пять туристических автобусов и десятка три машин с российскими номерами. В Минске можно изучать географию по кодам регионов на автомобильных номерах — Астрахань, Удмуртия, Иваново. Конечно, Москва и Питер. В выходные в Верхнем городе было много гостей. Привычные для жителей белорусской столицы концерты и театральные постановки приводили в восторг приехавшую публику. Идея организовать у ратуши погружение в Минск XIX века вызывает чувство гордости. Среди туристов прогуливаются офицеры в форме царской армии под руку с дамами в шляпках. Горланит, приглашая на вечерний концерт, зазывала. Рядом парнишка в модной по тем временам кепке чистит обувь. Ремесленники готовы обучить ткачеству и гончарному делу. Всё это выглядит органично, а обычные люди становятся участниками городской жизни позапрошлого столетия. Представление каждую субботу собирает у кафедрального собора сотни гостей. Идея с погружением в историю не наша «фишка», но в мире с огромным количеством контента необходимо удивлять.

Мы с женой в первые дни отпуска решили заглянуть в Коссовский замок. Тот факт, что еще в конце 2000-х здесь были исписанные граффити стены, а сейчас это настоящее туристическое место, заставляет гордиться белорусами. Судьба дворца магнатов Пусловских печальна и удивительна. Он был распродан перед Первой мировой войной, сгорел в Великую Отечественную, восстановлен решением Александра Лукашенко. Самый маленький в стране город — Дисна. Коссово с 2 тысячами жителей — на втором месте. Однако здесь есть большая площадка для автобусов, новая гостиница и переполненный ресторан при ней. В киосках продают хот-доги, сувениры, книги по истории. А еще недалеко находится музей-усадьба Тадеуша Костюшко, литвина, известного во всем мире, авантюриста из Коссово. В маленьком городе десятки машин с российскими и даже литовскими номерами. Обычный маршрут: сначала в Минск, потом по направлению к Бресту. Коссовский замок — третий по посещаемости объект в области после Брестской крепости и Беловежской пущи.

Иммерсия, или погружение, — явление не новое, но вполне рабочее. В замке проводят балы для ивацевичских отличников, а для посетителей партизанского лагеря «Хованщина» воссоздали быт лесных воинов. Мемориал здесь с 1970-х. На бывших островах болот под Ивацевичами соорудили землянки и деревянные срубы, как во время войны. За всю Великую Отечественную на территорию 112-го партизанского отряда немцы так и не попали. Сейчас в этом месте издается газета «Заря», полевой госпиталь готов принять «раненых», а над штабом развевается флаг СССР. В год в «Хованщину» приезжают до 40 тысяч туристов. На Новый год появляется партизанский Дед Мороз и для посетителей наряжают партизанскую елку. «Хованщина» — название-новодел от слова «хавацца» («прятаться»). На местных болотах так хавалiся почти 13 тысяч партизан. С семьями, детьми. Здесь учились, играли свадьбы, отсюда уходили бить фашистов. Эта история в Ивацевичском районе настолько родная, что главный праздник года «маёвка» — традиционная встреча партизан после войны в последние выходные мая. Она проходит с реконструкцией и гостями не только из Беларуси, но и из России.

Отпуск — небольшая этнографическая экспедиция, когда наблюдаешь за жизнью страны в разных ее уголках. Приятно видеть, как Беларусь меняется и при этом остается собой. Путешествуйте, даже просто по Минску.

Каждый день приходят новости относительно форсированной милитаризации наших соседей из блока НАТО. Не утихает и война в регионе. В ее топку со стороны Европы исправно поставляется боевая техника, вливаются финансы. А вскоре ЕС, похоже, начнет переправлять на поле боя и самих украинцев, понадеявшихся на защиту Брюсселя от смерти. В это же время сама война постоянно выдвигает к противоборствующим сторонам новые требования. И всё чаще сражения разворачиваются не только в малом небе, но и в воде или под ней, а среди главных целей — гидросооружения и мосты.

В белорусской армии самым внимательным образом изучают особенности конфликта в Украине. Взять то же Чёрное или Азовское море… Сегодня это поля ожесточенных боев. В Синеокой морей нет, а вот озер и рек более чем достаточно. В случае конфликта их непременно будут использовать все стороны как для повышения собственной мобильности, так и для снижения подвижности противника. У нас могут применять и безэкипажные катера — серьезное средство для уничтожения в том числе переправ либо объектов на воде или у нее. Превратить водоемы в союзников — такова цель тренировок отечественных военных водолазов. Одно из занятий недавно прошло с ныряльщиками сил специальных операций в Витебской области на озере Мухно. Его отличает глубина, которая достигает 20 м, что и превратило водоем в рабочую площадку для военных аквалангистов. Здесь бойцы ССО отработали движение по азимуту, провели инженерно-технические работы, транспортировали грузы, боеприпасы.

Занятия пловцов проходят в любую погоду. Днем и ночью. На различные расстояния, позволяющие в том числе оказаться за спиной у противника. Для отечественных специалистов 5 км под водой (на Мухно для этого приходится наматывать круги) не такая уж аквамарафонская дистанция. Кстати, перемещение под водой почти гарантированно скрывает человека от беспилотных летательных аппаратов.

Наши боевые пловцы учатся и в прямом контакте противостоять водолазам неприятеля. Для этого используют специальные подводные автоматы и пистолеты, которые состоят на вооружении армии. Подобные стрелковые навыки актуальны на глубине при защите переправ от диверсионных групп. А таких групп (потенциально) опять же вследствие боевых действий на территории Украины становится всё больше… Это тоже учитывает руководство и сил специальных операций, и всей отечественной армии.

В эти летние дни тысячи белорусов отдыхают у водоемов. Здесь детский смех, волейбол, рыбалка, пикники. А по всей стране — уборочная, стройки, фестивали. Сохранить всё это и есть главная цель как военных водолазов, так и Вооруженных Сил в целом.

Признавайтесь, кто из вас живет по принципу «авось пронесет»? В Threads наткнулась на комментарий под постом о крупном пожаре: «Не поняла, а кто будет возмещать ущерб?» И захотелось спокойно, без занудства поговорить на тему бытового экстремизма.

Многим не понравится мой честный ответ: точно не государство. У нас почему-то до сих пор живет убеждение: случилась беда — значит, кто-то должен приехать, потушить, спасти, восстановить, выплатить. Но жизнь устроена сложнее. Существуют помощь при чрезвычайных ситуациях, экстренные службы, забота от города в предоставлении временного крова, однако полное возмещение личных убытков за незастрахованное имущество не автоматическая обязанность государства. Как говорится, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Звучит жестко, но означает простую вещь: если у тебя есть квартира, дом, техника, мебель, ответственность за их финансовую защиту в первую очередь лежит на тебе.

Пожарные приезжают, тушат, спасают людей, предотвращают распространение огня, разбираются с последствиями, помогают там, где нужно действовать срочно. И это огромная работа. Но МЧС не страховая. Для подобных вопросов существуют специальные компании, которые возмещают деньги в случае ущерба. Однако только если заранее заключен договор.

Есть пословица: «Гром не грянет — мужик не перекрестится». В переводе на современный язык: пока не случится беда, мы часто не думаем о рисках. Нам кажется, что пожар — это где-то в новостях, потоп — у кого-то другого, ураган — в соседнем регионе. Но реальность, увы, не спрашивает, готовы ли мы морально и финансово. Бытовой пример: покупка дорогого телефона. Что делают большинство людей? Дополнительно приобретают чехол, защитное стекло, иногда страховку от повреждений. Ведь гаджет жалко, он стоит немалых денег. Почему телефон мы защищаем, а квартиру с ремонтом, мебелью и техникой часто оставляем на авось? Это как раз и есть самый дорогой тариф. Иначе потом можно получить счет на сумму, от которой потемнеет в глазах. Мой месседж — доброе напоминание с заботой о вас, дорогие читатели. Берегите себя и не занимайтесь бытовым экстремизмом.

В выходные наводила порядок в квартире и в книжном шкафу обнаружила забытый фотоаппарат. Он сохранил теплые воспоминания о студенчестве и об общежитии на улице Академика Курчатова. На одном из снимков запечатлены первокурсницы на фоне маленькой кухни. В центре большая сковорода плова. Теперь эти девушки — популярные ведущие.

Металлическая синяя камера заграничной фирмы со шнурком и с самой простой картой памяти помещается в ладонь. Это чудо техники мне купила мама, когда я собралась поступать на журфак БГУ.

Аппарат стоил дорого, но родители поддерживали мое желание стать журналистом. Ведь к заметкам в газету требовались снимки. Кто одиннадцатикласснице, мечтающей о такой карьере, выделит фотографа из региональной газеты?  Однако сегодня молодежи чаще доверяют сложные темы, а старшие коллеги делятся с ними опытом.

Сейчас горячая пора для абитуриентов — время для определения профессионального пути, круга общения, места жительства. Недавно проходила возле дворика БГУ, а там суета и напряженная атмосфера.

Вспомнила, как искала свою фамилию в списке на зачисление в вуз на большой доске объявлений среди юношей и девушек. Вокруг много зелени, памятник, информационные стенды, а на мне белая юбка, бирюзовый пиджак и босоножки. Среди незнакомых людей были те, с кем я позже училась в группе. Одна из них — Света Михович. Мы обе отправились поступать на журфак из Брестской области. Близкими подругами не стали, но хорошо общались в студенчестве и ездили вместе домой.

Я немного завидую нынешним абитуриентам — их молодости, энергии. Желаю каждому поступить в вуз мечты.

В центре Бобруйска, откуда родом моя жена (кстати, это крупный промышленный центр, знаменитый не только «Белшиной» и «Красным пищевиком»), вот уже больше года всё чаще можно увидеть смуглых мужчин. По-восточному ярких, однако скромных при общении. Это пакистанцы, которые прибыли сюда, чтобы работать на бобруйских заводах и фабриках. Через два года после хайпа на теме приезда сотен тысяч мигрантов из Пакистана инфоповод ушел на второй план. Ситуация в отдельно взятом городе не изменилась, иностранцы приняли наши правила жизни и законы. Глобализация, за которую ратовали беглые либералы, в действии: Беларусь приняла зарубежные кадры и адаптировала их. В памяти остался только информационный шум. Те, кто постарше, вспомнят еще один инфоскандал. Правда, случился он задолго до эпохи соцсетей. Тогда ныне экстремистская пресса писала о миллионах китайцев, которые скупят всю страну. Не скупили. Но их язык появился в меню банкоматов, на информационных табличках на вокзалах, в аэропортах и даже в меню ресторанов. Беларусь, живущая по законам открытой экономики, отменившая визы для граждан государств Запада, идет по их пути.

К нам едут, у нас остаются жить и работать экспаты. Наша система образования популярна среди русских, китайцев, туркменов, узбеков и выходцев из разных стран Африки. Что не так? Не это ли прогрессивное общество, доступное для всей планеты? Правоохранительная система устроена таким образом, что трудовые мигранты лишены возможности формировать крупные кланы и тем более криминальные диаспоры, чем, например, известна российская столица. Нежелание встраиваться в систему отношений и законов заканчивается для иностранных граждан депортацией. При этом трудовых мигрантов, занятых в экономике, у нас менее 1 % от числа всех работников. А вакансий в Беларуси 170 тысяч. И потому инструмент приглашения рабочей силы из-за рубежа использоваться будет. С момента заявления Президента о пакистанцах об этом говорили тысячу раз, приводили десятки примеров нарушителей, которых депортировали. Сейчас же соцсети охватила волна сопротивления узбекам. Но в этот раз пугают не ими.

При существующем уровне безопасности и работы милиции, а также остальных спецслужб у нас в стране мигрантов не боятся. Мы не единая Европа, где ночью по улицам ходить страшно. Да и в первую неделю в Беларусь приехали всего несколько сотен граждан Узбекистана. Теперь именно условиями жизни у нас в стране пугают узбеков. Не та форма, не те помещения, якобы жалобы на камеру и даже фейковое заявление главы Узбекистана Шавката Мирзиёева. Смысл не столько в том, чтобы посеять страх, — повторюсь, это почти невозможно. Цель — отбить у самих узбеков желание приезжать сюда и перегрузить нашу контролирующую систему. Мы понимаем, что любая жалоба будет проверена, особенно после решения двух глав государств. Но именно по этой причине я не думаю, что традиционное белорусское гостеприимство даст сбой. Во-первых, «Президент поручил», а во-вторых, наши руководители хозяйств знают, как работают узбеки. К сожалению, иногда лучше наших сельчан. А зарплаты у нас хорошие в сельском хозяйстве, их критиковать могут лишь те, кто ни разу не сидел за рулем комбайна во время страды. Кроме того, иностранцам полагаются дом, соцвыплаты. Белорусский лидер просит приезжать семьями, в агрогородках для них и поликлиника или ФАП, и школы. Узбеки — «наши люди», это слова Александра Лукашенко. Они знают русский язык, многие помнят Союз, да и менталитет выходцев из СССР очень близок.

А вот хайповать на национальной теме — это национализм, причем двойных стандартов. Если учесть, что большинство инфоатак из Польши, нужно просто понять: наши беглые там бесправные мигранты. Без роду и племени — такие, какими они хотят видеть у нас узбеков и пакистанцев. Но у последних в Беларуси прав больше, чем у польских холуев в Варшаве.

Недавно прочитал интересную мысль о том, что люди по-разному видят и определяют реальность. Для одних она — это заявления Президента о долгосрочной командировке и новости об Ормузском проливе, для других — вечная война с клещами в центре Минска и первый урожай клубники в этом году. И те и другие воспринимают реальность через круг общения, профессию и менталитет. Одни живут в истории страны и мира, а другие воспринимают историю фоном событий в своей семье. Не все интересуются политикой. Тем не менее политика начинает интересоваться ими.

Не буду приводить в пример заявления Зеленского о ретрансляторах. Сам придумал себе проблему и победно с ней разобрался в стиле «а был ли мальчик?». Тревожники выдохнули. А вот то, что клещи могут стать политическими, удивило даже меня. К слову, белорусские медики знают: эти паразиты априори переносчики лайм-боррелиоза. Наибольшую опасность они представляют в старых лесах, например в Беловежской пуще, Налибоках, а также в Браславском районе. В Минске клещи тоже везде. Но, если вспомнить безоблачное детство — с карбидом, игрой в войнушку на стройках и разбитыми коленями, — можно сказать, что таких кровососов мы боялись меньше всего. Сейчас протокол лечения прост: если укусил клещ и тревожность зашкаливает, примите две таблетки с действующим веществом «Доксициклин» в течение 72 часов. Это решит все проблемы. Но нет, в век интернета и поголовного увлечения народной и псевдонародной медициной, присыпанной воспоминаниями о ковиде, жители столицы массово идут в поликлиники за вакциной от болезни Лайма. Она существует. Во-первых, эта прививка необязательна. Во-вторых, она дорогая, и массовый запрос на нее ни к чему хорошему не приведет. В-третьих, лучше бы так от гриппа вакцинировались.

Наученные блогерами минчанки, прежде всего молодые мамы, негодуют в социальных сетях. В поликлиниках прививок «от клещей» нет, зато в Польше, Литве, Германии… И начинается история о безобразиях столичной медицины. Почему те, кто не хотел в 2020-м вакцинироваться «Спутником V», сейчас «топят» за отечественные прививки? Кто виноват? Конечно, система и режим. А если добавить, что никто никого не травит, а паразита можно подцепить в парке имени М. Горького или Челюскинцев, то становится страшно жить.

Объясню для тех, кому близка историческая реальность. Перегрузка ерундой системы здравоохранения — один из этапов когнитивной войны. Так было и во время коронавируса, когда только воля Александра Лукашенко смогла остановить инфодемию. Любая система — люди. Ее перегруз отвлекает от более серьезных проблем, например от помолодевших инсультов. Кто их вас вызовет скорую для мужчины средних лет, у которого заплетается язык на автобусной остановке? В нашей реальности он является алкоголиком и ему помогать не хочется. А вот клещ — враг! Мир перевернулся. Его спасут лишь здравый смысл и кругозор, а также расширение реальности. Но это уже другая история.

Решил я коснуться объединяющей весь мир темы — футбола, точнее, чемпионата мира, заставляющего бурлить целые страны и континенты. Что ж, лучше так, чем воевать и говорить серьезно о политике, Зеленском и его очередном безумии.

Кто-то нынешний мундиаль ругает. Мол, размазан, как манная каша по чистой скатерти, участников слишком много, карликовые государства пожаловали на бал-маскарад. А мне нравится. Эмоции, веселье, открытия. Одна команда из Кабо-Верде чего стоит. Болельщики теперь ищут этот остров с населением в 500 тысяч граждан на карте, умиляются и прочее. Изможденный сорокалетний вратарь кабо-вердианской команды по кличке Бабуся сильно увеличил число своих подписчиков в соцсетях. Норвежец Холанн, почти в одиночку уделавший мажорную сборную Бразилии, просто готовый супергерой. И это он еще не сказал последнее слово на чемпионате. Мир натурально штормит от подвигов аргентинца Месси и француза Мбаппе.

Со спортсменами понятно. Но от них чего-то такого и ожидали. Посмотрим, как на этом фоне ведут себя политики. На прошлой неделе сборная Германии проиграла Парагваю, став внезапно чужой на этом празднике жизни. А канцлер Мерц, который у многих немцев вызывает смешанные чувства изжоги и гомерического смеха, как сказал бы мой школьный учитель по физике с фамилией Крупник, после этой «конфукзии» написал в соцсетях, что горд футболистами, их самоотдачей и красивой игрой. Народ стал интересоваться в ответ, издевательство это или признак размягчения канцлерского мозга. Фридрих начал оправдываться, что не то имел в виду, а во всем виновата его пресс-служба. Подставили, негодяи.

Но Мерцу далеко до Трампа. Тот и вовсе стал полноценным мемом. Это даже смешнее, чем потуги на звание главного миротворца. В игре со сборной Боснии и Герцеговины лучший американский форвард Балогун чуть не сломал ногу сопернику, увидел перед собой красную карточку и пошел вон. Штаты всё равно победили. Им вот-вот играть снова навылет, правда, без лучшего снайпера, который игру с Бельгией автоматом пропускает. Однако тут за спиной плотного темнокожего нападающего вырос 80-летний рыжий защитник. В прессе веселятся, что в ФИФА позвонили из Белого дома и попросили отменить дисквалификацию футболиста. И ведь отменили же. Дальше мистер президент поблагодарил ФИФУ за восстановленную справедливость. Как шутят теперь в сетях: «Трамп показал, как нужно обращаться с теми, кто решил жить в мире, основанном на правилах». В итоге американцы всё равно проиграли бельгийцам. Вброс Трампа с троллингом в адрес итальянской премьерши Мелони и подписью на фоне ее портрета: «Нужен запретительный ордер» — выглядит как шутки новых русских бабок в молодежном клубе. Дайте наконец нормальный футбол без политики и откровенного шулерства.

«Что происходит с бензином в Беларуси? — хорошее начало для провокационного ролика на фоне событий в РФ, а затем продолжение: — Россияне массово скупают бензин на белорусских заправках, на границе огромные очереди, скоро нас ждет лимит на топливо». Поняли, да? Плохая попытка, соросята. Единственное, что происходит с бензином, — это то, что он дорожает на 1 копейку. Но в инфопомойках уже начали разгонять нарратив о дефиците топлива. Тактика такая: навязать мысль о грядущей катастрофе в Беларуси и отправить всех скупать его. Особо впечатлительные выложат видео в TikTok, экстремисты отработают ситуацию как «здраду», и получится так, как с картошкой или пакистанцами.

Давайте включим логическое мышление и найдем истину для самоуспокоения. Каждый из нас ежедневно либо едет мимо АЗС, либо напрявляется туда. Кто-нибудь видел реальные очереди?

Не три-четыре машины, а километровые ряды. Я — нет. Уверена, вы тоже. Мой сосед — водитель, который почти каждый день проходит границу с Россией. Он говорит, что на наших заправках, располагающихся ближе к погранпереходам, ажиотажа нет, а топлива достаточно. Но за бугром виднее, да? Зафиксировали.

Следующая тема — очереди на российско-белорусских погранпунктах. А что вы хотели? Туристический сезон в самом разгаре, россияне любят нашу страну и приезжают сюда отдохнуть. Однако это подают под соусом массового вывоза бензина из Беларуси. В России сейчас действительно наблюдается ажиотаж на топливо, но он создан искусственно — с помощью ИИ-видео. Бензина не хватает только в умах людей, которые едут на АЗС, желая запастись им на всю жизнь. Это называется эффектом гречки или туалетной бумаги. Некоторые вместо реально требующихся 20 л заправляют полный бак и покупают еще несколько канистр с собой. Думаю, этот бум продолжится не больше месяца. Запас прочности у российского энергетического комплекса огромный. И давайте говорить откровенно: сегодня война в интернете намного опаснее реальной. Будьте внимательны, проверяйте информацию.

Мои дети постоянно ругаются между собой. При этом любви, внимания и заботы им хватает со стороны родных людей. Однако переходный возраст никого не щадит. Я тоже переживала это и всё понимаю. Но почему они порой жестоки по отношению к братьям и сестрам, могут сознательно обидеть и даже не стесняются признаться в содеянном? Мое сердце терзают такие перепалки. Всегда говорю своим детям, что они счастливы, потому что есть друг у друга.

Свою сестру Олю я выпросила у родителей. Разница в возрасте между нами составляет 15 лет. Несмотря на заводной характер, в юности я чувствовала себя одинокой. Мечтала о брате или сестре. После появления Оли я старалась помогать родителям во всем. Брала мини-подружку гулять со сверстниками, водила ее в садик, укладывала спать, а еще фотографировала, чтобы запечатлеть каждый момент взросления. В безденежном студенчестве находила возможность, чтобы купить игрушку сестре. Та с нетерпением ждала моего приезда в Брест в выходные.

В 2026-м Оле исполнится 24 года, она уже жена и мама. Однако для меня сестра — самый родной человек. Это проявляется во всем. Например, в баню я беру мыло, подаренное Олей. А кофе, чай или компот пью из кружки, которую она мне вручила. Я люблю стикеры-мемы, присылаемые сестрой в Telegram. Они поднимают настроение в тяжелые трудовые будни.

Надеюсь, что мои дети будут ладить между собой так, как мы с Олей. Загадывать рано, но хотя бы помечтаю об этом…

В Беларуси эта неделя проходит под знаком важнейших событий: большая зарубежная поездка Президента и День Республики. Хочу поздравить белорусов с праздником, который напоминает: сегодня независимость обеспечивается в том числе благодаря Союзному государству, и партнерство с Россией не угрожает суверенитету, а защищает его.

К слову, о визите Главы государства. В российской прессе мелькают такие заголовки, как «Лукашенко отправился в Пхеньян: на защиту Беларуси пришлют спецназ КНДР». Почему подобные тексты публикуют в дружественных изданиях? По какой причине всплыла Северная Корея, если в плане Индонезия? Не буду рассуждать о башнях Кремля и их разворотах, так как ничего в этом не понимаю. Но и большинство независимых политолу­хов в этой теме соображают меньше меня. А что насчет попыток укусить Президента Беларуси в связи с его визитом в Китай якобы для того, чтобы побывать на выпускном младшего сына, окончившего курс в Пекинском университете? Благодаря программе БГУ и ведущего китайского вуза в столице КНР и Минске готовят специалистов нового поколения. А то, что Николай Лукашенко, увлекшийся биотехнологиями, в этой среде не затерялся, получив дипломы двух образцов — китайского и белорусского… И что?

Не буду озвучивать бредовые фантазии относительно переговоров белорусского лидера с Владимиром Путиным и Си Цзиньпином… Комплексный визит Президента нашей страны — про серьезную перспективу. Это вам не гранты делить, господа белорусские оппозиционеры — Мартыновы, Мотольки и Гадимовичи.

Несколько непринужденных историй. Вдову с ником «Нужен муж, а лучше два» Юлию Навальную в Германии наградили премией «За сопротивление авторитарному режиму и борьбу за права человека». Нечто такое там и президент Молдовы регулярно получает. С каких пор Германия — истина в последней инстанции? Может, с 1941-го? Безумие атакует. Новость о том, что Международная академия астронавтики запретила жителям Земли отвечать инопланетянам и посылать любые сигналы НЛО, почти не удивляет. В Беларуси безумие с тарелочками и навальнистской демократией множится на ноль, и это залог того, что наше дело правое.

Испорченные умы воспринимают искаженно даже бытовые истории. Так произошло с новостью о том, что Беларусь готова упростить пропуск украинцев в свои леса на период сбора дикоросов. По поручению нашего Президента решается житейский вопрос. Дело в том, что до политических неурядиц украинцы собирали грибы и ягоды в нашем национальном заказнике «Ольманские болота». Кто-то на этом неплохо зарабатывал. Труд нелегкий, но полезный для общества. Народ веками так жил: граница — просто линия на бумаге. Вот и сейчас Беларусь делает жест доброй воли. Естественно, те, у кого война головного мозга, начали искать подвох: мол, Александр Лукашенко таким образом хочет помочь спрятаться украинским «ухилянтам». И разве это грех — сохранить жизнь хоть одному парню? Спасти человека — это политика? Между прочим, Европа раньше таких «ухилянтов» пачками принимала. Да пусть хоть десять тысяч спасутся, если это поможет не брать в руки оружие и не идти против брата.

Беларусь всегда была тихой гаванью, и мы этого не стыдимся. Реакция на предложение наших властей от официального Киева ожидаемая, учитывая их позицию по отношению к народу. Там заявили: «Не до грибов и ягод сейчас». Несомненно, свите Зеленского куда интереснее ретрансляторы. На днях соцсети пестрили аистами и прочими птичками, которые напугали украинского лидера. Смеялись всей страной.

Погодите, это еще не всё. Что употребляют те, кто решил, что мост через Припять, который торжественно открывали после реконструкции, — инфраструктура для нападения? Ау, Зеленский, у нас вообще-то жизнь продолжается: дороги чинят, благоустройством занимаются, о людях думают. Или украинская разведка каждый ямочный ремонт собирается воспринимать как казус белли? Не надо искать подвох там, где его нет. Адекватная часть украинского населения прекрасно понимает: Беларусь не враг, мы войны не хотим и призываем к миру. Будем повторять это как мантру, пока не дойдет до Банковой. Хотя для них слово «мир» ножом по сердцу, оттуда и все «угрозы». Грустно, что власть досталась клоунам.

Навсегда запомню взгляд мамы, когда она увидела мои спину, ноги и живот после летних каникул в деревне у бабушки. Бесхозные коты, которых мы с сестрой Таней в тайне от бабули и деда спрятали в доме, проявили себя недружелюбно. Пометили все углы и намочили ковры в уютной комнате, а блохи от них не оставили на моем теле живого места. Я приехала с огромными красными укусами, расчесанными в кровь, а организм пылал от знойной температуры августа. Мама даже расплакалась, промачивая тряпочкой с каким-то раствором мою спину, чтобы снять зуд.

С тех пор мало что поменялось. Насекомые преследуют меня. Пчелы, клещи, блохи и комары — все приятели мои. Жалят по любому поводу, без выходных и обеденного перерыва. Иду на рыбалку — оводы и мошки мгновенно облепляют. Потом всё лето хожу на работу в брючных костюмах, ибо мои ноги после атаки кровососущих созданий — печальное зрелище. Есть даже традиция: раз в три года меня кусает клещ, и он обязательно оказывается больным Лайм-боррелиозом. Расстраивает, конечно, но что с этим поделать? Лечусь и вновь радуюсь жизни. Отправились с мужем на стадион смотреть футбол — пчела залетела мне прямо в сандалии. И когда я вскочила со своего места, радуясь голу, она ужалила в большой палец ноги. Еле доковыляла до машины — боль жуткая. Чистила грибы — в ухо залетела мошка, пришлось доставать ее в больнице и капать лекарство от воспаления. Домашние коты погуляли в выходные по деревенскому двору — все блохи мои еще по пути в столичную квартиру. Приеду к родителям в Брест, пройдемся вечером по парку всей семьей, в итоге я одна буду всю ночь чесаться от комариных укусов. Тяжело быть магнитом для кровососущих.

Оказывается, насекомые имеют особые предпочтения, и люди, соответствующие их вкусам, становятся наиболее желанной добычей. Совет — использовать репелленты с экстрактами цветов, трав и эфирными маслами. Летом комаров отпугивают запахи герани, базилика, лаванды, мяты, эвкалипта, ванили, кедра, чайного дерева, гвоздики, ромашки. А вот искусственный интеллект посоветовал приобрести советский одеколон «Гвоздика», запах которого любого кровососа сбивает еще на подлете. Только где его отыскать, не подскажете?

В либеральном воздухе конца 1990-х витало недоумение по поводу переноса на референдуме 1996 года Дня Независимости Республики Беларусь на 3 июля. Соотечественники большинством голосов решили, что эта дата им ближе более формальной и исключительно бюрократической — 27 июля (день принятия Декларации о государственном суверенитете). На излете XX века казалось, что слово «независимость» связано с понятием «империя», прежде всего Советская. Вокруг нарастал тренд на отрицание того, что было принято в СССР, все кичились особостью и самостью. В Прибалтике пошли еще дальше, уравняв символику Союза с фашистской. Мозги промывали очень хорошо. Сперва одежда с рынка как символ достатка, а потом вся эта свобода с газетами типа «СПИД-Инфо». Время перемен обычно режет по живому и меняет старые смыслы на новые. Мне, студенту, демонтаж Страны Советов импонировал. В 19 лет ребята за любой кипиш, кроме голодовки. И с последней как раз проблем не было. Денег не хватало, но тогда казалось, что всё новое обязательно принесет достаток и мир во всем мире.

Независимость — это ведь про падение империи. Было невдомек, что антураж западной жизни так и останется пустышкой. В Европе нас не ждали, Россия устала мириться с местом коврика у входной двери, о который все вытирают ноги, а США пережидали время для решительного похода на Восток. В Европе клепали свою империю, американская же даже не пыталась скрываться. Любое упоминание СССР либо нарочито заминалось, либо покрывалось густой черной краской. Рассказы о Сталине и репрессиях, московский «Мемориал», фильм «Сволочи» и биографии бежавших на Запад шпионов были в тренде. Черную империю, которой до сих пор считают Россию, всё еще планируют разрушить.

В этом году 12 июня, в День России, соседи задались вопросами: «А что мы отмечаем?», «Что за праздник?», «День независимости от кого?» И здесь снова стал ясен визионерский взгляд на вещи нашего Президента. Кто не понял его предложений на референдумы 1995 и 1996 годов тогда, теперь прозрел. И союз с Россией, и флаг, в основе которого Знамя Победы, и русский язык в качестве второго государственного, и день избавления от империи 3 июля.

Мы отвоевали свое право на независимость от империи — рейха. Это были порабощенные территории, где убивали и унижали людей, считающих Беларусь родиной. Здесь города и поселки носили названия на немецком, ходили деньги с немецкими надписями, а «господа» стреляли при любом случае. Мы находились под оккупацией страшной империи Третьего рейха. И День независимости — это не просто Победа, а избавление от всего фашистского. Мы были колонией, а стали страной в равноправном Союзе еще с 15 республиками. Вместе со всем миром основали ООН, создали промышленность, возродили города и села, эстраду и литературу, науку и образование. Враги развалили СССР, выдав геополитическую катастрофу за предел мечтаний. Но именно на том фундаменте мы построили современную Беларусь.

И да, первыми от колонизаторов-фашистов избавилась именно наша страна. Потом парад суверенитетов прошел уже в Африке, Азии и Латинской Америке. Так что наша независимость дала старт новому миру. И это нужно помнить. С Днем Независимости Республики Беларусь!

Война против Союзного государства разворачивается во всех сферах. Порой оппоненты достигают успеха. Для нас это повод пристальнее взглянуть на инструменты обороны в сфере смыслов. Где сейчас проходит идеологическая линия фронта? Попробуем разобраться.

Странное творится в русскоязычных медиа касательно СВО. Брутальные военкоры притихли, а иные в стадии разочарования и пессимизма на фоне событий, связанных с ударами по нефтянке, попытками изолировать Крым, нехваткой топлива. Противоположная картина в украинском сегменте. Там стремятся использовать ситуацию как импульс для увеличения и углубления атак в медиасфере. Ложь усиленно льется, однако по тем руслам, где оппонент — россияне, наши союзники, — создал вакуум, зачем-то обнажив информационные шлюзы. Благодаря пассивности он открыл пространство для медиаатак Киева. Теперь, если на какой-либо заправке нет горючего, сведения веером распространяются по Сети, а правдивые контраргументы плетутся в хвосте повестки.

Это всё о чем. Работа СМИ — работа на передовой. Пулями служат слова. Но они не эфемерная субстанция. Слова, идеология формируют осязаемый контур обороны. И если последняя масштабная, мобильная и продуманная, можно добиться успеха. Недавно Александр Лукашенко сказал, что «все мы идеологические работники: от журналистов до Президента. Мы этого не скрываем, так должно быть, нечего тут скрывать. Наверное, вас критикуют, называют пропагандистами, потому что завидуют и боятся. Ну и хорошо. Боятся, значит, всё к лучшему».

Отдельно стоит сказать о памяти. Не перестаю удивляться тому, как бойко поляки противостоят Киеву в вопросе Волынской резни. Ни теплые отношения с Незалежной, ни совместная дружба против Москвы не сподвигают панство уступить или смягчиться.

Не стоит обольщаться относительно справедливости подобных слов. Они однобоки. Например, недавно польский историк Ханна Радзеевская посоветовала Германии взять пример с прибалтов, которые мастерски уничтожают мемориалы и захоронения советских воинов.

Берлин, похоже, прислушался. Самый извест­ный мемориал в честь солдат Красной армии в Трептов-парке хотят снабдить табличками с политическими объяснениями или заменить на памятники британским либо американским освободи­телям. Мало кто знает, что монумент в Трептов-парке имеет прямое отношение к Беларуси. 29 апреля 1945-го в столице Германии подвиг, увековеченный в знаменитой скульптуре «Воин-освободитель», совершил минчанин Трифон Лукьянович. Вот бы куда беглым цветы возлагать, а не к могиле палача Мельника в Киеве. Насчет последнего даже издание The New York Times отметило: «Перезахоронение Андрея Мельника — сигнал глубокого сдвига в украинской политике. До этого Владимир Зеленский старался держаться на расстоянии от националистической политики, однако в ходе перезахоронения он, напротив, фактически возглавил ее».

Важно знать об этом нацисте потому, что мельниковцы орудовали и в БССР в 1942-м. А теперь главарь группировки получил от белорусов цветы. Возникает вопрос: можно ли считать их таковыми? Надеюсь, они просто невежды. Потому что иначе понять произошедшее нельзя. Особенно в дни, когда мы вспоминаем, как 85 лет назад на нашу землю пришел фашизм и начался геноцид.

Будем об этом помнить всегда. Иначе нас ждет чужое не только прошлое, но и будущее.

Орнитологи Польши сообщают о массовом возвращении на родину белых орлов. Новость смешная, ситуация странная. Навроцкий лишил Зеленского ордена Белого орла. Только посмотрите, как верные союзники, которые клялись друг другу в любви, движутся к тому, чтобы стать заклятыми врагами. А от любви до ненависти один шаг — народная мудрость. Причина отзыва награды весомая — героизация украинской повстанческой армии (в Беларуси она тоже запрещена). Интересный факт: данный орден не отзывали даже у Муссолини. Это как надо было допрыгаться! Попробуем разобраться, что может означать такой реверанс со стороны Польши и как украинский лидер выкрутится из сложившейся нелепой ситуации.

Во-первых, не понятно, почему Зеленский когда-то получил эту награду. Такой широкий жест случился на пике духоподъемного очковтирательства президента Украины экс-главе Польши в 2023 году. Не то чтобы первый до этого времени презирал УПА и свято чтил историю Польши. Наоборот, ему всегда был близок дух нацистов, на Украине прославляли Бандеру, называли улицы в честь тех, кто устроил геноцид, а в День памяти жертв Волынской резни чтили павших от рук польской Армии Крайовой. Просто тогда у Дуды явно имелись свои планы на Украину, а Киев всецело зависел от Варшавы. Бесконечные транши, отмыв денег в карманы лидеров паньства и даже историческая память не помешали сделать героем того, кто устроил полякам геноцид. Картина ясна: братцы-кролики спелись в общем денежном деле. А что теперь? Версии вражды разные. Одну выдвинул сам Зеленский: он утверждает, что отзыв ордена не что иное, как попытка заработать политические очки в преддверии выборов. Это может говорить только о том, что поддержка Украины — заноза в польском обществе. Навроцкий же заявляет, что это широкий жест в отношении патриотов, которые помнят историю.

Причина, на мой взгляд, кроется гораздо глубже — примерно в чертогах разума польской разведки, которая явно заподозрила чрезмерную тягу Зеленского к самостоятельному принятию решений на поле боя. Истину, как и полагается, узнаем спустя много лет, когда это уже не будет играть никакой роли. А пока последствия такие: ордена Белого орла Польше вернули Кучма, Порошенко и Ющенко. В ответ на эти истеричные действия Варшава попросила возвратить и средства, которые выделили из бюджета на помощь Украине. В свою очередь Польша может отправить бандеролью, как выражаются в Сети, украинских алкоголиков, девушек легкого поведения, наркоманов, а также коклюш и ВИЧ. Обмен «любезностями» объявляю открытым. В западной стране-соседке к украинцам и без того относились как к низшему сорту, а что будет теперь? Предлагаю наблюдать с попкорном.

Он был прекрасен. Пять часов в ожидании поклевки линя прошли успешно. Правда, до этого в голове возникали нецензурные слова.

Рыбалка — это и эмоциональные качели, и медитативный марафон. Здоровье с таким хобби нужно отменное. Подъем в 3:30, чтобы успеть занять клевое место. И не факт, что улыбнется удача. Даже если просидишь до обеда в лодке, используешь чесночную прикормку во всех точках на глубине озера и будешь играть с наживками на разную рыбу, есть большая вероятность вернуться домой с пустым ведром и противоречивым настроением. При этом уже вечером появится желание отправиться на любимый берег, чтобы забросить удочку в реку и ждать, когда клюнет.

Если бы пару лет назад мне сказали, что рыбалка станет моим увлечением, я рассмеялась бы. Ехать за несколько сотен километров, чтобы часами смотреть на поплавок на Браславских озерах? Готовить с вечера прикормку? Выбирать на день рождения в качестве подарка удочку или фидер, заказывать с маркетплейсов рыбацкие девайсы? Следить за прогнозом погоды, усилением ветра и фазами Луны? Заливать себя жидкостью от комаров, мошек, клещей и пробираться к воде сквозь густые заросли? Да. И это прекрасное хобби. Я счастлива и всегда жду момента, когда опять отправлюсь на рыбалку. Время без телефона, разговоров, суеты и нервозности.

Нам, городским, привыкшим быть в информационной повестке, важно уметь переключаться.

Для этого отлично подходит рыбалка. Попробуйте. Жизнь заиграет новыми красками и вкусами щуки, леща, карася, линя…

Мы с женой каждое лето выступаем в летних оздоровительных лагерях — рассказываем о политике. Звучит очень по-постпанковски. Мальчишки и девчонки 9-15 лет, оторванные от дома и школьных проблем, искренне задают вопросы о том, чем занимаются журналисты. Если вам казалось, что разговоры о политике — это скучные лекции о том, как строить будущее, то скажу: в парадигме журналистов о ней нужно говорить как минимум эмоционально.

Накануне прошла именно такая лекция. Обычно она занимает 45 минут — время стандартного урока. Лагерь спортивный, в зале одни будущие чемпионы — волейболисты, дзюдоисты, горнолыжники. До этого к ребятам приходил начальник столичной ГАИ, на следующий день после нас — олимпийский чемпион. Дети, прывыкшие к роликам в интернете и почти нечитающие, разговор о политике воспринимают только через игру. Политика для них — это и лагерь, и мир, и тем более спорт. Даже младшие школьники знают, что наши атлеты находились под санкциями. Но все как один хотят стать победителями именно Олимпийских игр. И все желают стоять на верхней ступени пьедестала под белорусским флагом. Я уже говорил, что после 2020 года выросло поколение, которое современный государственный флаг считает единственным правильным, для них он аксиома, а прочие варианты ушли в небытие.

Кроме того, история — это тоже политика. Мы рассказали о детской странице той страшной войны — о лагере в Красном Береге. Когда ребята услышали о том, как у их одногодок выкачивали кровь, чтобы перелить немецким солдатам, повисла тишина. Не забыли и о Тростенце. Почти все из присутствующих там бывали, но эмоционально никто не ожидал услышать, что в районе Шабанов покоятся почти полмиллиона человек. Война — это страшно, и пробиться в детскую голову с этой мыслью дорогого стоит. Я не понимаю родителей, которые переживают о том, что их сыновьям и дочерям в школах рассказывают о Хатыни: мол, истории о сожженых одногодках влияют на неокрепшую психику. Конечно, влияют. В Хатыни нужно побывать трижды в жизни: ребенком, подростком и взрослым. Каждый раз новые впечатления, одно страшнее другого. Но вакцина от войны только такая.

А потом мы играли в интервью. Мальчишки и девчонки выходили и задавали мне вопросы. Один — о профессии журналиста, второй — об истории войны, третий — о спорте. И тогда большинство начинало слушать и поддерживать беседу.

Мы наблюдали за их неуемной энергией. Они успевали и в телефон заглянуть, и аплодисментами своих поддержать. Если у 50 ребят, вырванных среди смены на полезный разговор, останется хоть одна мысль, уже хорошо. И это не милитаризация, как пытаются писать беглые, а воспитание и просвещение. Та же «Зарница» в моем советском детстве привила любовь к Родине больше слов, а наши соседи поляки не стесняются одевать первоклашек в военную форму с конфедераткой. Это и есть патриотическое образование. Юные белорусы любят наш флаг, знают наш гимн, хотят побеждать под родными символами. А мы, взрослые, даже в оздоровительном лагере должны искать возможность доносить свои нарративы. Ведь, как бы банально ни звучало, дети — наше будущее, и нам его нужно создавать самостоятельно.

Сегодня на ход вооруженных конфликтов, да и в общем на международную повестку зачастую влияет такой аспект, как доставка топлива. Блокирование транспортных каналов меняет баланс сил и может привести к коллапсу военных группировок и экономики. Ближний Восток или Украина — везде важен углеводородный вопрос. Превратить его в рычаг будут стремиться и наши оппоненты — в случае развязывания против Беларуси агрессии. Как учимся укреплять логистическую стойкость?

Черпаем опыт из ситуации в зоне специальной военной операции. Не самая радостная картина складывается вдоль побережья Азовского моря, где дроны ВСУ стремятся блокировать сухопутную трассу на Крым. Операторы беспилотников в первую очередь наносят удары по топливоперевозчикам. Последствия ощущают на себе уже и мирные жители, оказавшиеся в условиях дефицита горючего…

Это краткое описание того, что мы можем увидеть по телевизору и в интернете. Для одних белорусов такая информация — повод задуматься о маршрутах для отпуска, для других — просто сведения о ходе противостояния России и Украины. Но есть и те, кто прямо сейчас проецирует ситуацию на наши реалии и возможности. Потому что против нас действовали бы похожими и зачастую действительно эффективными методами. Соответственно, необходимо иметь инструменты противодействия, которые мы могли бы использовать сразу, а не разрабатывать под огнем. Недавно военные провели учения, где тушили очаги возгорания нефтепродуктов и применили резервные модели поставки горюче-смазочных материалов, используя и подземные трубопроводы, и наземные быстро возводимые линии.

Перерезать магистрали поставки топлива противник всегда стремится в узком горлышке — обычно это мосты. Белорусские инженеры в погонах сейчас учатся оборудовать временные переправы на случай вывода из строя основных.

Но конечно, войска учатся не только нивелировать последствия атак ракет и дронов. Не прекращается совершенствование непосредственно борьбы с беспилотными летательными аппаратами. Буквально каждый тактический прием, любой образец техники в наши дни рассматривают с точки зрения противостояния беспилотной авиации. Даже истребители Су-30СМ2 затачиваются на борьбу с дронами. Соответствующая учеба не прекращается ни днем ни ночью.

Военно-политическая ситуация в Европе развивается с доминированием сугубо военной составляющей. На Западе ожесточается риторика, увеличивается количество войск и оружия, называются даты начала новой, более масштабной войны. Это уже заведенный механизм. Причем никто не говорит о смене курса на разрядку. Даже если речь заходит об остановке боевых действий между Россией и Украиной, имеется в виду, что это, скорее всего, будет временное состояние. В такой обстановке наша армия вынуждена питаться боевым опытом конфликтующих сторон и интенсивно работать на опережение рисков и угроз, которые могут актуализироваться в любое мгновение и в самой неожиданной конфигурации. А бездействие — самое эффективное средство для приглашения войны.

Больная тема для всех белорусов сегодня покушение на жизни наших детей. Эту трагедию еще долго будем осмыслять. Ну а пока мы воспринимаем такие новости с болью, потому что для нас нет чужих детей. Кровавый режим Зеленского усиливает тактику террора против мирного населения.

Вчерашний инцидент в Брянской области лишь напоминание о том, что мы имеем дело с фашистами. Причем методы со времен Великой Отечественной войны у них всё те же. Вспомните Хатынь, где уничтожали мирное население, или концлагеря, где людей расстреливали в упор. Я не играю на ваших чувствах скорбными событиями из истории, а сравниваю факты, и они сегодня обличают украинский режим.

Постараюсь абстрагироваться от информационного шума и посмотрю на ситуацию как мать. Моя семья, мои дети — мы обожаем российские курорты. Там действительно как дома: менталитет, ценности, еда. Ежегодно более миллиона наших людей едут на юг России. Мы мирные люди, мы тоже против войны. Просим, чтобы украинская сторона остановилась. Мы не враг и не законная цель, мы едем отдохнуть. Автобус с детьми, который был поражен украинским дроном, направлялся как раз в Краснодарский край к Чёрному морю — в Геленджик. Цель для ВСУ была спланирована, потому что в движущийся автобус еще нужно постараться попасть. Вероятнее всего, пилот дрона знал, что в автобусе дети: оптика у БПЛА мощная, и, без всяких сомнений, оператор дрона получил хладнокровный приказ свыше «бить по цели на поражение». Могу предположить, что цель поездки ребят также была известна ВСУ.

Почти уверена: ни у кого из причастных к террору не дрогнула рука и не екнуло сердце. А вот белорусам больно, нам тяжело воспринимать такие новости с холодной головой. И я сразу поддалась эмоциям, потому что все ситуации примеряю на себя. Погибшая при обстреле Виктория Горошко была беременна, она тоже мать двоих детей. Они просто хотели, чтобы мама вернулась домой. Ее нерожденный ребенок так и не увидел мир. Их мама стала жертвой кровавого режима Зеленского. Искренние соболезнования семье погибшей!

На такой эмоциональный всплеск и рассчитывали террористы. Нас хотят ввязать в войну и обвинить в этом Россию. Вы посмотрите на их заявления: беглая кухарка, верная подруга фашиста Зеленского, выпалила, что в этом теракте виноват Путин. Латушко в пьяном коматозе оправдал ВСУ тем, что, мол, «это же Россия начала СВО», а наша страна якобы помогла. Так что же, все-таки мы законная цель? Нарративы в экстремистских помойках повторяются, и ни слова осуждения ВСУ. Рупор Тихановской, экстремистский ресурс, транслирует заявление о том, что атака дроном ВСУ — «информационная провокация Кремля». Отмороженный, простите за эмоцию, бчбшник записал радостное видео и заявил, что это «добрая навiна».

Общество должно списывать подобных моральных уродов, такие не должны нести свои мысли в свет.

А что украинский режим? Подельник Зеленского заявил, что в Крыму в этом сезоне отдыхать будут только дроны. На минуточку, это сказал новый министр обороны Украины, и вряд ли он сам понял, что ляпнул. Разве это можно расценить как защиту украинских земель? Сегодня на наших южных границах Украина наращивает военное присутствие. Кого вы боитесь? Это бутафорная угроза, хватит втирать очки украинцам. Беларусь говорит о мире и вступать в ваши грязные игры не собирается. План Зеленского — паника среди людей, попытка разжечь рознь и привить ненависть к России, но пусть промониторят реакцию обычных белорусов и украинцев.

Наш народ уже научился отличать ложь от правды, мы умеем фильтровать новости и различать провокации. Украинский народ устал от войны, хватит. Вдоволь наелись даже те, кто «скакал» против русских. И если киевский режим и оправдывающие его радуются, что страдают дети, считают, что суда можно избежать, вспомните, чем закончился геноцид во времена Великой Отечественной войны. Нюрнбергский процесс 2.0 не за горами, история циклична. Ждите своего рокового часа.

Недавно заправляла автомобиль, и рядом остановилась машина цвета спелой вишни. Она переливалась на солнце и купалась в лучах внимания. И вдруг вспышка-воспоминание.

Я, юная и озорная студентка 1-го курса Института журналистики, с сумками заселялась в общежитие на улице Академика Курчатова. На парковку подъехало шикарное авто. Из него вышла эффектная брюнетка в белоснежном брючном костюме. Она взмахнула копной каштановых волос, поправила большие модные очки. Словно кадр из фильма об успешной женщине. Я ее больше не видела, но вау-эффект и желание стать похожей на нее со мной навсегда. Хотела вырасти, зарабатывать деньги и купить себе подобную машину. И каждый раз, встречая на дороге автомобиль из прошлого, я вспоминала тот эпизод и испытанные чувства.

Да, такой машины у меня нет, но есть любимая семейная. Рядом муж, а сзади, на местах для пассажиров, три кресла для моих детей. В молодости считала, что вот оно, женское счастье: модное и дорогое авто, изысканность тела, легкость и кокетливость во взгляде и острый ум благодаря образованию и начитанности. Получается, мне казалось. Богатство не равно счастье.

Дорогие девушки, сперва вам может померещиться, что счастье в достижении материальных целей, высокого уровня в обществе, признания и обожания в социальных сетях. Увы, ни одна крутая машина не заменит доброго сердцем и душой человека, «Горько!» на вашей свадьбе, первого крика вашего малыша в родильном доме, слов «мама» и «люблю тебя»…

Сейчас автомобиль цвета спелой вишни напоминает мне лишь о моем искреннем желании быть успешной. Только теперь с припиской «жена, мама, сестра, дочка, внучка, друг».