Отчего люди спиваются и чем опасен пивной алкоголизм – мнение психиатра-нарколога

О проблеме и гене алкоголизма, а также о жизненных ценностях корреспондент агентства «Минск-Новости» беседует с заведующим 21-м реабилитационным наркологическим отделением РНПЦ психического здоровья доктором психологических наук Владимиром Ивановым.

– Владимир Владимирович, вы более 40 лет занимаетесь проблемой алкоголизма. Как изменилась ситуация за прошедшее время?

– Алкоголь сейчас дешев и доступен как никогда. К примеру, в 1970 году водка стоила 2 рубля 67 копеек, портвейн – примерно 1 рубль 50 копеек, кружка пива – 24 копейки. Для сравнения: буханка черного хлеба – 14 копеек, килограмм бройлерного цыпленка – 85 копеек. Средняя зарплата в СССР была примерно 120 рублей. То есть на нее тогда можно было купить примерно 42 бутылки водки, а сейчас при средней зарплате по стране около 6 миллионов и цене за бутылку белой 53 тысячи рублей – 113. Вот и сравнивайте, делайте выводы.

Хотя пили и в те годы, но все же меньше, чем сегодня. К тому же в 1972, 1976 и 1978 годах были проведены очередные антиалкогольные кампании, которые включали повышение цен на алкоголь и создание отдельной наркологической службы. Сейчас общество изменилось. Раньше люди ходили друг к другу в гости, собирались на кухнях, на скамейках у подъезда – были интегрированы в социум. С годами распались социальные связи, трансформировались взгляды, ценности.

– Ваши жизненные ценности тоже изменились?

– Для меня по-прежнему важна семья: жена, дети. Моя старшая дочь, Ольга, мама двоих детей, живет в Швеции. Средняя, Алена, занимается нейробиологией. Младший, Владислав, зоолог. Мы часто встречаемся. К слову, с супругой Еленой познакомились в Калининграде. Я работал в психиатрической больнице, она проходила там интернатуру. Влюбился с первого взгляда: дарил цветы, посвящал стихи… Вместе уже более 30 лет, оба работаем в психиатрии – одна профессия сближает.

– Почему выбрали именно этот род деятельности?

– Мой отец, Владимир Васильевич, в 1939 году окончил военное училище в городе Вольске Саратовской области. Прошел почти от начала до конца Великую Отечественную. В апреле 1944-го отцу оторвало ногу противотанковой «болванкой», и его комиссовали. Он хотел, чтобы я тоже стал военным. Однако в силу того, что по складу ума я гуманитарий (видимо, сказались мамины учительские гены), идти в армию и учиться убивать мне не хотелось. Нашел компромисс: стал военным врачом.

– Получаете удовольствие от работы?

– Я испытываю профессиональное удовлетворение от того, что пациенты становятся успешными людьми, создают семьи, путешествуют. Для меня это показатель того, что работаю и живу не зря. Я уже оптимистичнее смотрю на жизнь, ведь с каждым годом вокруг становится все больше трезвых людей.

– Отчего люди спиваются, на ваш взгляд?

– Все тривиально. 10–20 % больных изначально страдают от депрессий, тревожных расстройств и с помощью алкоголя начинают себя лечить. Все остальные пьют от нереализованности, ощущения внутренней пустоты, душевной боли. Люди используют спиртное как транквилизатор, с помощью алкоголя отключают сознание.

– Наследственность имеет значение?

– Гена алкоголизма не существует, но все же у детей, которые растут в семье, где отец и мать пьют, риск попасть в плен зеленого змия значительно повышается. Оказываясь в асоциальной среде, они нередко идут на поводу у случайных знакомых и повторяют судьбы родителей. Поэтому таким детям нужно уделять особое внимание буквально с детского сада.

– Опасен ли пивной алкоголизм?

– Безусловно, причем от пенного напитка спиваются еще быстрее, чем от водки. Еще 20 лет назад такой разновидности алкоголизма в Беларуси не существовало. С возникновением крупных пивоваренных компаний появилась агрессивная реклама, утверждающая, что пиво безвредно. В результате мы получили генерацию пивных алкоголиков – мужчин и женщин, выпивающих в сутки по 4–6 литров пива.

– Как распознать, когда пора бить в колокола и спасать близких?

– Первый признак алкоголизма – непреодолимое влечение к спиртному, второй – утрата контроля над его потреблением. Остальные симптомы – похмелье, раздражительность, расстройства памяти – могут развиться позднее.

– Можно ли вылечиться от алкоголизма?

– В биологическом смысле невозможно, так как патологическая реакция на алкоголь сохраняется на всю жизнь. Пока человек не контактирует с «аллергеном», все нормально, пригубит рюмочку – и остановиться уже не сможет. Нельзя научить употреблять алкоголь умеренно, но можно научить человека жить трезво. Устойчивая ремиссия может длиться десятилетиями.

– Не так давно алкоголь продавали в Минске только с 9.00 до 22.00. Как считаете, эффективна ли была эта мера в борьбе с алкоголизмом?

– Если она и повлияла на ситуацию, то незначительно. На мой взгляд, нужно предпринимать более решительные действия. К примеру, уменьшать количество торговых объектов, реализующих алкогольную продукцию, поднимать возрастной ценз до 21 года, повышать цены на спиртное. К проблеме нужно подходить комплексно и заниматься ею на протяжении длительного времени, только в этом случае стоит ожидать значимых результатов.

– Отличаются ли любители крепких напитков из Беларуси от своих «коллег» из Европы, например?

– Болезнь изменяет структуру мозга независимо от нации и вероисповедания. Правда, белорусские джентльмены несколько агрессивнее зарубежных «собратьев». В Англии ребята с сизыми носами совершенно спокойно «дуют» из горла на центральных площадях и дружелюбно машут прохожим руками. Не представляют особой опасности для окружающих и любители спиртного в Германии. Сильно сомневаюсь, что немцу будет комфортно среди наших выпивох.

– Чем вызвана агрессия в нашем обществе?

– Думаю, ее причины обусловлены исторически. Мы всегда жили в страхе: боялись царей, панов, большевиков. В результате озлобились на всех и вся, хотя в материальном плане жить стали гораздо лучше. Хорошо помню, как в 1963 году часами стоял в очереди, чтобы купить хлеб. Сейчас продукты доступны, быт комфортен. Поэтому не понимаю, о каком недовольстве общества может идти речь. На мой взгляд, оно происходит оттого, что люди не соблюдают христианские заповеди.

– Ваш дед ездил на «Волге», и у вас автомобиль такой же марки. Семейное увлечение?

– Нет, скорее, стечение обстоятельств. Что греха таить, «Волга» – устаревшая модель. Управлять ею трудно, но без автомобиля нынче не обойтись. По городу на своей «ласточке» езжу редко, а вот на дачу – частенько.

Что касается увлечений, в молодости писал картины, сочинял стихи, сейчас занялся фотографией. Мне близок этот вид искусства – притягивают зрительные образы. Нравится езда на велосипеде. Вместе с супругой добираемся на двухколесных на работу: каждый день проезжаем более 20 километров, и я этому рад – очень тонизирует. Люблю прогуливаться вечерами в парке со своими домашними питомцами – спаниелем Бертелем Мартовским и гриффоном Бонифацием.

Дополнительная информация

По официальным данным, в Беларуси насчитывается 250 тыс. хронических алкоголиков, состоящих на учете. Однако в реальности число людей, страдающих от алкоголизма, гораздо больше.

Самое читаемое

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Пивной алкоголизм — это когда уже каждый день и по несколько литров. Во всем мире «дернуть вечером бутылочку» считается почти стандартной нормой, которая никого не напрягает. Ну а те, кто боится могут пить нулевку. У аливарии самая вкусная, почти как настоящая. Пьешь и по вкусу разницы не чувствуешь. Так что НЕТ, пиво я никогда не брошу) А оно меня)

Комментарии закрыты