«Первого заработка можно ждать долго». Как заводчанин стал успешным риелтором

Корреспондент газеты «Вечерний Минск» выяснила, кто и зачем шел в риелторы в конце прошлого столетия, изменились ли со временем требования к представителям этой профессии и что сегодня осложняет их работу.

Маяк МинскаОб этом рассказал специалист, четверть века посвятивший решению квартирного вопроса. С осени прошлого года Валерий Аркадьевич Фрадкин не работает в штате агентства недвижимости, но как опытный сотрудник продолжает консультировать молодых коллег и некоторых клиентов. На его счету более 600 успешных сделок, профессиональная премия Realt Golden Key за многолетнюю работу и заслуги на рынке недвижимости и сотни благодарных клиентов. Кстати, он помнит почти все адреса и людей, с которыми работал с конца XX столетия, а ведь в августе ему исполнится 75.

Знания — сила

Природа наградила его общительностью и любознательностью, а родители научили ответственно относиться к любому делу. Возможно, благодаря этим качествам он, инженер-механик со стажем, в солидном возрасте стал риелтором. Но кто знает, решился бы Валерий Аркадьевич на этот шаг, если бы не кризис 1990-х?

— В юности хотел быть журналистом, но по настоянию отца, подполковника в отставке, поступил в технологический институт, чтобы иметь «более практичную специальность». В трудные 1990-е, после 20 лет работы на производстве и в частной фирме, предложили поучаствовать в приобретении зданий для нужд предприятия. Увлекло. Окончив соответствующие курсы, сдал экзамены и в 1995 году, покинув завод, совершил первую сделку по продаже квартиры. Один за другим ко мне стали обращаться знакомые и их родственники, потом их знакомые. Так сделал первые шаги в новой профессии.

— С некоторых пор по законодательству риелтором в Беларуси может быть лишь специалист с профильным образованием — юриста, экономиста, архитектора-строителя. Что в связи с этим изменилось для вас?

— Изменился статус мой и многих моих коллег: мы стали агентами по операциям с недвижимостью. Что касается образования, я дважды окончил специальные курсы Министерства юстиции. Но не менее полезными оказались знания и навыки общения, полученные во времена СССР. Работая инженером, я окончил отделение промышленной социологии Университета марксизма-ленинизма. На заводе имени Орджоникидзе состоял в парткоме, семь лет руководил обществом «Знание» на МЗВТ. Параллельно окончил курсы Минского бюро путешествий и экскурсий и несколько лет по выходным и во время отпусков возил группы по городам Советского Союза. Многие туристы, их родные и знакомые потом стали моими клиентами.

Фото носит иллюстративный характер, фото Depositphotos

Временные отличия

— Сейчас риелтором работать проще или сложнее, чем в конце прошлого века?

— Сегодня более доступна информация. В конце 1990-х материалов по этой теме почти не было, приходилось самому искать и штудировать юридическую литературу, вести учет сделок, анализировать их. Спустя годы уже помогали многолетние связи, наработки, личная картотека, которую веду с первой сделки. Но и отношение потребителей риелторских услуг изменилось. Узнав, что нормативная база предусматривает уплату агентству со стороны продавца жилья 1–3 % от стоимости объекта, некоторые возмущаются: почему так много, если все можно найти в Интернете и организовать самим? А ведь сделки, заключенные в обход агентства, впоследствии нередко признаются юридически неправомерными.

Иногда риелтор, потратив массу времени и усилий, не получает обещанного: клиент может передумать или воспользоваться его наработками, вообще не рассчитавшись или заплатив меньше оговоренной суммы. Порой месяцы работы улетают коту под хвост: ни один из подобранных вариантов не принимается зачастую просто из-за отсутствия согласия в семье. Или потом хозяева говорят, например, что решили квартиру сдавать.

15–20 лет назад чаще продавали квартиры по более простым схемам, чем сейчас: находили покупателя, стороны рассчитывались, бывший собственник улетал, например, в другую страну. Позже большинство клиентов стало расширять жилплощадь или разъезжаться с родственниками. Эта тенденция сохраняется. Требуются сложные цепочки, в которых участвуют порой несколько агентств. Многие коллеги таких сделок боятся: одна может сорваться, и тогда рассыплется вся цепочка. Недавно, например, задействовали четыре квартиры, в том числе в Гомеле. Причем один из договоров предусматривал, что собственники освободят ее лишь через 4 месяца после оформления документов.

Фото носит иллюстративный характер, фото Depositphotos

Важные «мелочи»

Профессионалы на рынке риелторов не подписывают документы на авось. В стоимость услуги входят анализ возможных рисков, проверка истории приобретения квартиры и фактов нахождения владельцев на учете в известных медучреждениях. Самим клиентам агентств получить такую информацию весьма проблематично. У многих коллег Фрадкина глаз наметан на «мелочи», которые для непрофессионала остаются незамеченными.

— Однажды я посмотрел квартиру, документы и отказался оформлять сделку. Попытался отговорить и покупателей, но позже узнал, что они все же купили это жилье. Позвонили пожаловаться: «Сосед пьет, скандалит, соседи заливают. Что делать, не знаем». Я лишь развел руками: предупреждал. Обычно сам обследую все от и до: беседую с соседями, обращаю внимание на состояние подъезда и дома в целом, в квартире — на состояние обоев и потолка, изучаю окрестности и пути подхода к остановкам (кстати, отчасти поэтому не езжу на машине, пользуюсь общественным транспортом). Только тогда делаю выводы о качестве объекта.

— В представлении многих риелторы и агенты по операциям с недвижимостью — люди состоятельные. Вы наверняка не исключение?

— Никогда не бедствовал, но и не шиковал. Живем с супругой в трешке панельной девятиэтажки, которой около 40 лет. Раньше с нами жили сыновья, теперь у них свои семьи и квартиры. Несколько лет назад, когда жена ушла на пенсию, купили небольшой дачный домик с участком в 5 соток в Зеленом. Квартира и дача — вся наша недвижимость. Однако мы с супругой часто отдыхали в санаториях, несколько раз были в Греции.

С Валерием Аркадьевичем часто советуются начинающие коллеги и знакомые, дети которых намереваются стать риелторами.

— Рассказывая о тонкостях нашего ремесла, предупреждаю, что первого заработка можно ждать долго, придется многому учиться и подстраиваться под капризы клиентов: некоторые, например, уверены, что успех сделки зависит от фазы Луны. Профильного образования и общей эрудиции риелтору мало: он должен обладать красноречием, навыками психолога, экскурсовода. Первые несколько лет обычно даются непросто. Но когда специалист обретет доброе имя и опыт, клиенты сами будут искать его по рекомендациям. И еще: пытаться заработать обманным путем себе дороже — рано или поздно ложь откроется, а репутацию восстановить будет очень сложно, — говорит специалист.

Справочно

В конце 1990-х сделки обязательно проходили в два этапа — регистрация в органах нотариальной палаты, затем регистрация перехода права собственности от продавца к покупателю в органах государственной регистрации недвижимого имущества (раньше БРТИ). После изменения законодательства появилась возможность выбирать: либо провести сделку в два этапа, как прежде, либо, минуя органы нотариата, сделку купли-продажи и регистрацию перехода права собственности оформить в одном месте — в агентстве по госрегистрации и земельному кадастру. Большинство сейчас выбирает второй вариант. Но некоторые по-прежнему считают, что с нотариусом надежнее. И это их право.

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ