Пионеры белорусской рок-музыки. Как все начиналось

Перепевая на свой лад популярные зарубежные хиты, пионеры белорусской рок-музыки во весь голос заявили о себе в Минске более полувека назад. Подробнее об этом — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

Травка зеленеет, солнышко блестит

Группа «Алгоритмы»

Будоражившая воображение и подогревавшая кровь заводная рок-музыка попадала в страну победившего социализма стараниями разных радиостанций либо привозилась спортсменами, дипломатами, зарубежными студентами в виде «пластов» The Beatles, The Rolling Stones, Creedence Clearwater Revival и других популярных групп.

Их апологеты, которые маскировались невинным эвфемизмом «вокально-инструментальные ансамбли», в Минске стали появляться в конце 1960-х, словно грибы после летнего дождика. Один из ветеранов рока Сергей Занимонец рассказывает:

Сергей Занимонец

— Я жил в районе автозавода, носил широченный клеш с лампочками, подключенными к батарейке, учился в музыкальной школе, а позднее окончил музыкальное училище. Примерно в 8-м классе летом в туристическом лагере услышал, как играют на гитаре. Загорелся и попросил ребят научить меня хотя бы пресловутым трем аккордам.

Мама отжалела 7 рублей 40 копеек, купив мне дешевый инструмент. Вскоре бренчал Rock Around The Clock Билла Хейли и Hippy Hippy Shake. Уже в 9-м классе вместе с новыми приятелями лабал на танцплощадках в Стройтресте № 5 и ДК МАЗ, нам давали окошко к концу вечера после духового оркестра.

У меня сохранилась записная книжка, где русскими буквами писал для себя приблизительное звучание английских текстов. Потом стал переделывать их на свой лад, понимая, что не литературный, а дословный перевод стихов 20-летних «Битлов» галиматья. Поэтому можно не заморачиваться и подыскать эквивалент типа: «Травка зеленеет, солнышко блестит, ласточка с весною в сени к нам летит!»

Баллады загнивающего Запада

Вот такие песни на музыку первоисточников я исполнял в свои 16 лет, — продолжает Сергей. — Никто особо слов не понимал, но слушатели были в восторге. Причем, когда мы пели на официальных мероприятиях, эти вещи подавались под соусом «песни протеста», скажем, рабочих или борцов за права темнокожих на загнивающем Западе. Вспоминаю душещипательные истории Гребенщикова или Макаревича, как их гнобили, — нас никто не давил. Договоры заключались чуть ли не на коленке. Без формальностей, печатей и от руки. Мы лабали на танцах либо свадьбах и получали за это неплохие по тем временам деньги.

Наша команда пользовалась успехом в ДК Стройтреста № 1 на Козлова и в парке неподалеку от тракторного завода и площади Ванеева. И хотя публика там собиралась специфическая, шпаны и гопников хватало, но меня тогда весь город знал, на моем лбу красовалась условная печать «Не стреляйте в гитариста». Никто никогда и нигде не тронул, хулиганы даже крышевали музыкантов.

Над Саймоном слезами обольюсь

Группа «Золотые яблоки»

— У вас уже была к этому времени своя команда?

— Еще на автозаводе я сотворил 3–4 работавшие группы. Тогда сложно было с гитаристами и барабанщиками, мало таких людей, и мы друг друга находили в Минске. У меня появились знакомые по всему городу. Например, Сережа Гордей, он жил в районе «шариков». Его команда «Наследники» считалась одной из самых перспективных. Мы с ним много работали на халтурах, свадьбах. Он играл и на гитаре, и на басу, и на баяне. У нас был общий музыкальный уровень. Я страшно расстроился, когда Сергей погиб.

Не знаю ни одного человека, который бы не восхищался его человеческими качествами. Мы плакали вместе с ним над пластинками Саймона и Гарфанкела.

— А где играли его «Наследники»?

— В Стройтресте № 1 у них располагалась репетиционная база. Именно с Гордеем мы собирали состав, вместе отправлялись подзаработать в Планерское и всё лето лабали. Было классно. По этой причине я не попал на легендарный 1-й городской фестиваль бит-ансамблей, проходивший в радиотехническом институте в 1968 году. Мне звонили Володя Орлов из «Грифов» и другие: Сергей, приходи, без тебя будет скучно. Я отвечал: нет, чуваки, извините, у нас уже всё расписано.

— Победили на том фестивале «Алгоритмы» из того же РТИ. Это реально была самая крутая команда в городе?

— И в республике, наверное. В то время так, как их лидер-гитарист Женя Коновалов, не играл у нас никто. У него своя особенная манера. Он брал инструмент, опускал голову и погружался в свой мир. Причем каждый раз исполнял абсолютно разные импровизации. Еще одним классным гитаристом у них являлся Гена Стариков, до конца жизни оставался моим другом.

Второй коллектив, который хотелось бы отметить, — «Грифы» Володи Орлова. «Лявоны» и «Песняры» появились позже. В то время белорусские песни, например «Ой, Нёман, ой, бацька мой, Нёман!», так здорово, как Володя, еще не пели.

Не задирай нос

Гитарист Владимир Орлов

— Вы с кем-то из них были тогда знакомы?

— С Геной Стариковым и Женей Коноваловым. Не было никакой зависти, никто не жалел своих фирменных секретов либо инструментов. Нужна тебе гитара — бери. Усилитель? Пожалуйста, никаких проблем. Мы учились друг у друга.

К этому времени поработал в «Розе ветров», в ресторанах очень много играл. Толя Кашепаров, с ним мы познакомились в «Юбилейке», стал моим сябрам, никогда не упускал возможности выступить на концертах, которые я устраивал. Ну а потом Мулявин его забрал в «Песняры».

— Как в вашем кругу относились к последним?

— В то время мы все — радикалы, «Лявонов» (позже переименованы в «Песняров») не считали рокерами, но уважали. То же самое могу сказать о прекрасной польской группе «Но То Цо», а уж «Червоне гитары», «Скальдове» и «Трубадуров» мы считали живым эталоном для подражания. Они к нам часто приезжали.

— Где брали необходимые инструменты и аппаратуру?

— Практически все группы открывались при организациях или институтах, имевших возможность централизованно заказывать на базах всё необходимое для музыкантов за любые деньги по безналичному расчету. У них, как правило, были хорошие актовые залы для выступлений. «Алгоритмы» были при РТИ, «Зодчие» представляли БПИ, «Грифы» — ЦУМ. Нашу «Розу ветров» приютил «Белремстройпроект», а «Золотые яблоки» — «Минскпроект».

«Аве Мария» и девицы на потолке

Владимир Кондрусевич и Геннадий Стариков в юности

— Насколько ту вашу музыку можно считать аутентичной, самостоятельной, учитывая, что практически все начинали с подражания The Beatles? Были у кого-нибудь интересные вещи, которые потом перепевали?

— Таких вещей полно. Например, песня, которую написал Володя Угольник: «Солнце сквозь листву озаряет лица…» Прошло полвека, но до сих пор женщины постбальзаковского возраста ее поют.

Много и своей музыки. Активно писал упомянутый Вова Орлов из «Грифов». Никто об этом не рассказывал, а ведь ему принадлежит авторство первой белорусской рок-оперы «Красная Шапочка».

— Второй фестиваль, организованный в радиотехе в 1971-м, вошел в историю скандальным и последним. Вы в нем уже принимали участие?

— Да. У нас в БИМСХ была команда «Кудесники», но мы специально к фестивалю сменили имидж и переименовались в «Детей Прометея». Кто-то помнит, как классная венгерская группа «Омега» исполняла знаменитейшую «Девушку с жемчужными волосами». Вот я ее и перепел, правда, на тарабарском языке, не пытаясь даже заучить венгерские слова. А наш вокалист Анатолий Финкельштейн обалденно выдал «Расцвела сирень, черемуха в саду…» в стиле рок.

Но затмил всех Владимир Спиридович с «Аргонавтами». Когда он вышел и запел «Аве Мария» Шуберта высоченным фальцетом в сопровождении струнной группы — виолончель, скрипка и гитары, что впоследствии назвали симфороком, — зрители в зале обалдели. Я был тоже поражен.

— Но настоящий ажиотаж вызвал Кондрусевич?

Владимир Кондрусевич

— Он учился в консерватории, но увлекался рок-музыкой, играл на клавишных. Его группа «Пане-Браце», зажигавшая на танцах на «Бирже», то бишь в ДК кирпичного завода, в Минске имела невероятную популярность. А специально к конкурсу Володя собрал супергруппу, куда вошли гитарист Владимир Угольник, басист Андрей Гитгарц и ударник Игорь Коростелев. И они зажгли. Те, кто имел представление о первом фестивале, были заряжены на драйв и кайф. Когда Кондрусевич запел забойную вещь «Криденсов», началось настоящее сумасшествие. На лестницах дежурили дружинники. Толпа, сметая охрану, ринулась в зал, где и так яблоку упасть негде. Вторую вещь им сыграть не дали. На сцену вышел партийный клерк, занавес закрыли, свет погас, девицы визжали. В общем, фест разогнали. Володю потом исключили из консерватории, но быстро восстановили, благо за него вступились однокурсники и преподаватели.

We love rock’n roll

По-разному сложились судьбы этих музыкантов. Сегодня Владимир Кондрусевич — известный белорусский композитор, автор серьезных произведений в разных жанрах и музыки ко многим фильмам, 3 года назад получил премию из рук Президента. Для рок-музыканта это не фунт изюма. Евгений Коновалов впоследствии, по словам Сергея Занимонца, работал по специальности и от музыки отошел.

Геннадий Стариков и Владимир Угольник

Но кто-то продолжал ею заниматься. «Зодчие» определенное время еще выступали и стали дипломантами Всесоюзного конкурса «Алло, мы ищем таланты!». Владимир Угольник прославился как гитарист-виртуоз, Геннадий Стариков открыл собственный клуб и писал остроумные заметки в столичных газетах. Леонид Борткевич, Чеслав Поплавский, Людмила Исупова из «Золотых яблок» попали в «Песняры».

Самым кардинальным образом изменил жизнь ударник Игорь Коростелев, ныне настоятель минского прихода иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость».

Сменив много профессий, Сергей Занимонец поработал в Москве, открыл там кооператив по художественному литью, принимал участие в организации концертов популярной рок-группы «Круиз» и других артистов. Потом вернулся в Минск. Он пишет стихи, книги и даже картины, читает со сцены произведения любимых поэтов и, аккомпанируя себе на гитаре, популяризирует романсы, искрометно исполняет в стиле кантри общеизвестные хиты, переводя их на белорусский.

Именно Сергей инициализировал и организовал с соратниками в 2018-м юбилейный концерт в Минске, посвященный 50-летию первого минского бит-фестиваля, тем самым воплотив в жизнь идею и мечту своего давнего друга Геннадия Старикова. А мастодонты белорусского рока с удовольствием общались, строя планы собраться вновь, устроить грандиозный сейшен и от души порок-н-роллить, словно в старые добрые времена.

Фото из архива Сергея Занимонца

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ