Писатель-фантаст Анатолий Дроздов: «Мэтр ты или нет, каждую книгу нужно создавать, как первую»

Белорусский писатель-фантаст Анатолий Дроздов приобрел популярность в Интернете, где его книги пользуются большим спросом, а в жизни его знает далеко не каждый соотечественник. В чем феномен современной фантастической литературы, которая на пике популярности среди читателей зарубежных ресурсов, а в Беларуси почти не известна? Этот вопрос корреспондент агентства «Минск-Новости» задала А. Дроздову.

— Фантастика в Беларуси традиционно сильна. К сожалению, некогда в СССР она считалась низким жанром. Читатели гонялись за книгами, которые издавали большими тиражами, принося доход издателям, а самих писателей-фантастов неохотно принимали в Союз писателей. К сожалению, такой подход сохранился до сих пор, на мой взгляд, нас недолюбливают.

Есть Ольга Громыко, входящая в пятерку самых популярных фантастов у русскоязычных читателей. Много вы о ней читали в белорусских СМИ? А стоит провести мероприятие с ее участием — собирается толпа почитателей таланта, ведь ее можно назвать белорусской Джоан Роулинг. Даже если бы у нас в стране в этом направлении работала только она одна, можно было бы сказать, что белорусская фантастика процветает. В одной из электронных библиотек по популярности Ольга располагается 5-м месте среди авторов всех времен и народов. Я, кстати, там на 36-м, а вместе мы входим в топ-50. На известной торговой площадке электронных книг «ЛитРес» недавно появилась моя первая книга из серии «Зауряд-врач». Три недели она входила в топ-5 самых популярных книг. Для многих авторов попасть в такой топ — недостижимая мечта. Мои книги за 10 лет на бумаге вышли общим тиражом около 100 тыс. экземпляров. Это немного. А вот в Интернете у меня сотни тысяч читателей. Роман «Реваншист» за год прочли 250 тыс. человек, и это только по сведениям тех сайтов, где есть счетчики. Фактически — больше.

Недавно познакомился с нашими молодыми писателями-фантастами Дмитрием Шелегом и Алексеем Свадковским. Они входят топ-100 самых популярных авторов на ресурсе Author.Today, у них тысячи читателей, они неплохо зарабатывают литературой.

Зачатки белорусской фантастики вижу у Яна Барщевского в произведении «Шляхцiц Завальня», у Владимира Короткевича в «Черном замке Ольшанском», а потом не слышно известных имен…

— Из белорусских мой самый любимый писатель — Владимир Короткевич. Такого языка, как у него, нет, не было, и, скорее всего, не будет ни у кого из наших соотечественников. Он гений, к сожалению, только национальный, а не мирового масштаба.

Что касается фантастики, она насчитывает много веков. В конце ХХ века и в новом тысячелетии творили однозначно талантливые Юрий Брайдер и Николай Чадович. Их книги выходили в серии «Классика русской фантастики». Упомяну Николая Орехова и Сергея Булыгу. В целом талантливых авторов у нас много.

В своих субъективных заметках о литературном творчестве вы отметили, что будущему романисту нужно обладать талантом, отличной памятью, пытливым умом, склонностью к фантазированию, умением грамотно излагать свои мысли… Вы рассказали все подробно, хоть бери и пиши книгу, но что сдерживает таланты от первого шага?

— Что-то должно позвать. У Александра Грина есть фраза о том, что «рано или поздно, под старость или в расцвете лет, Несбывшееся зовет нас, и мы оглядываемся, стараясь понять, откуда прилетел зов». Зачастую книги начинают писать успешные люди, у которых фактически все есть в жизни. Представьте, среди них есть даже трейдеры по продаже драгоценных металлов, которые отлично разбираются в инвестициях, но им настолько интересно писать, что они не могут оторваться от этого занятия. Их позвала литература, и они в нее пришли. Но абсолютно нормальный стимул — создать книгу для того, чтобы заработать, вот только очень муторное это дело — писать книги.

У вас встречаются романы с интригующими названиями: «Обезьяна с гранатой», «Самец причесанный» и «Самец взъерошенный», «Не плачь, орчанка!», а как закрутить сюжет, чтобы он стал интересен читателям?

— Писатель — фантазер, который придумывает интересные истории. Если ему это удается, становится известным. Он должен читать, по рекомендации Стивена Кинга, книги не только хорошие, но и посредственные, чтобы не повторять ошибок и не стараться заново изобрести велосипед.

В свое время я написал роман «Интендант третьего ранга» о Великой Отечественной войне. Он отличался от книг других авторов на эту тему: главный герой партизанил, вел себя не так, как другие до него, оказался ни на кого не похож. Этим и запомнился.

Есть у меня роман «Господин военлет» о летчиках Первой мировой войны. Фантастический сюжет, антураж того времени, сложнейшая тема. Готовясь к созданию этого произведения, зашел на сайт авиации времен Первой мировой войны, где собираются люди, увлекающиеся этой тематикой, и попросил информационной помощи. Мне посоветовали нужную литературу. Познакомился с Борисом Степановым из Петербурга, который жестко редактировал подготовленный мной материал, и книга получилась очень достоверной. Он даже написал несколько страниц в одной из глав, так как знал нужные нюансы.

Даже старый сюжет можно написать по-своему, важно искать что-то оригинальное, но это уже уровень таланта. Когда писал роман «Реваншист», представил свой взгляд на события, происходившие во времена СССР, и книга стала популярной в Интернете.

Поясните вашу фразу: «Число читателей не пропорционально одаренности автора, отнюдь. Скорее наоборот: самых-самых талантливых читают меньше».

— Если человек очень талантлив, он, как правило, обладает высокой моралью. Одна читательница сказала мне, что ей интересны мои книги потому, что там настоящие мужчины. В жизни таких не встретишь, так хоть на страницах найдешь. А есть писатели, которые потакают только низменным чувствам, и это, к сожалению, тоже импонирует многим читателям.

Вы признавались, что писательство — вещь суровая, жесткая, отбор в члены цеха происходит по Дарвину, не стоит уповать на талант: одного его не хватит.

Я учился в Литературном институте еще в советские времена. У нас был очень талантливый курс. К концу обучения треть студентов стали членами Союза писателей. В СССР это гарантировало официальное признание и безбедную жизнь. Не сомневался: пройдет время — и я буду гордиться, что учился с такими талантливыми людьми. А вышло так, что самый известный писатель из курса я. Почему так произошло? Парни ведь были талантливыми, я чувствовал себя рядом с ними школьником, поскольку был младше. Но неожиданно распался СССР, и часть литературы, которая существовала в нем, резко и одномоментно стала никому не нужна. Люди начали активно читать зарубежные книги, которые раньше были недоступны, везде стало издаваться только то, что пользуется читательским спросом. Мои однокурсники не сумели перестроиться и приспособиться. Осознали, что не нужны, но не смогли начать писать по-другому. Да и сам я перестроился только спустя несколько лет, сумел, возможно, потому, что был самым молодым на курсе. Знаю, что нужно работать каждый день. Чуть-чуть расслабился — и закончился как писатель. Не имеет значения, мэтр ты или нет, каждую книгу нужно создавать, как первую. «Зазвездился» — и резко теряешь популярность. Одна-две неудачные книги — и ты выпадаешь из поля зрения читателя. Начинают считать, что ты исписался и не сможешь повторить былой успех.

— Вы говорите, что для автора главный показатель не оценки в виртуальных библиотеках, а число читателей и комментариев. Как прийти к тому, чтобы не обращать внимания на неприятные комментарии, а идти своим путем?

Понятно, что необоснованная, жесткая критика и оскорбления задевают даже маститых авторов. Но если не научишься от этого абстрагироваться, будет трудно. Попытайтесь себе объяснить, почему человек написал этот комментарий: завидует, тролль, обладает небольшим умом… Иногда встречал критические комментарии, написанные хорошим литературным языком, пусть они были нелестны, но оказались очень полезными. Кто-то не принял книгу целиком, но основательно разбирает твой роман и этим делает подарок автору. Видит то, что ты упустил и не заметил, и тогда подобное не допустишь в следующей книге. Мысленно говорил таким людям спасибо, хоть они и не собирались помогать.

Многие ваши романы, судя по названиям, например «Рота Его Величества», «Интендант третьего ранга», «Господин военлет», рассчитаны на людей в погонах, имеющих отношение к армии.

Мне нравится писать на эту тематику, люблю историю и сделал эту любовь своей профессией. Интересно разбираться в далеких событиях, в которые попадают мои герои. Как правило, в моих книгах обычный человек из нашего времени попадает в некий исторический период, в необычные обстоятельства. Выживает, влюбляется, пытается развиваться — вариантов миллионы.

Замечаю, что среди людей элегантного возраста все больше писателей. С чем это связано?

На склоне лет человек накапливает большой жизненный опыт, у него появляется больше свободного времени. Вот только редко становятся популярными писателями те, кто начинает литературную деятельность на пенсии. В пожилом возрасте писать труднее, притупляются эмоции, и это заметно по стилю.

Что касается меня, начал писать еще в армии, потом были перерывы. Профессионально стал на стезю литераторства в 47 лет. Тогда возглавлял управление информации в Национальном банке Республики Беларусь, которое создавал с нуля. Когда работа была налажена, наступил период для творчества. Написал первый роман «Изумруд Люцифера». Прошло 17 лет. Сейчас я автор 23 романов в жанре фантастики, не считая повестей и рассказов.

Да и в журналистике вы больше четверти века. Чем, на ваш взгляд, отличается эта профессия от писательской?

Профессии, хоть и кажутся близкими, очень разные. Журналист должен писать в информационном жанре, привычными словами, понятными среднестатистическому человеку. Писателю же нужен оригинальный стиль, порой стоит употреблять слова, не распространенные в обиходе. Сложно переключаться: журналистские штампы лезут в литературный текст и наоборот, поэтому из журналистики сложно перейти в литературу и обратно, хотя один из примеров перед вами.

Уверен, каждый человек вправе выбрать себе судьбу и работу. Всего можно добиться, если есть талант и ты много трудишься. Романы писал после работы, по ночам, у меня не было отпусков и выходных, иначе ничего бы не добился.

У вас насыщенная жизнь. Работали слесарем на авторемонтном заводе, проходили службу в пограничных войсках, получили специальность «литературный работник», окончив заочно Литературный институт имени А. М. Горького, работали журналистом в крупнейших республиканских изданиях, а еще начальником управления информации Национального банка Республики Беларусь. Как пригодилось это в творчестве?

Чем больше жизненный опыт писателя, тем достовернее его книги. Важно правильно выстроить отношения между героями. Вот был я главным редактором ныне уже не существующей газеты «Путешественник». Объездил полмира, увидел разные страны. Не побывав, например, в Италии, не смог бы достоверно описывать, как живет местное население, что его окружает. Есть масса мелочей, которые, если не знаешь, не сможешь достоверно описать. Скажем, как выглядит осенью море в Италии. Да, существует Интернет, где можно найти почти все, но ничто не заменит личного восприятия.

Справочно

Анатолий Дроздов — белорусский писатель-фантаст. Родился в городе Чаусы Могилевской области в семье служащих. После окончания средней школы переехал в Минск, где поступил на вечерний факультет Минского политехнического института. Работал слесарем-инструментальщиком на Минском авторемонтном заводе. В 1973–1975 годах служил в пограничных войсках. После увольнения в запас вернулся в Минск и вскоре поступил на заочное отделение Литературного института имени А. М. Горького в Москве, который окончил в 1982 году. В 1986 году был призван из запаса и на протяжении шести месяцев участвовал в ликвидации аварии на ЧАЭС.

Работал в различных белорусских газетах: от многотиражек до ведущих изданий страны. В 1997–2012 годах был начальником управления информации — пресс-секретарем Национального банка Республики Беларусь. Член Союза писателей Беларуси.

Начал активно писать на военной службе, первые повести были о пограничниках. Пробовал силы в жанре детектива и фэнтези. В конце 90-х годов прошлого столетия на некоторое время оставил литературу. Вернулся к творчеству 7 января 2003 года, когда были написаны первые строки романа «Изумруд Люцифера». Признается, что поставил себе задачу: за 10 лет написать 10 романов. В 2012 году констатировал: она перевыполнена.

Фото автора

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ