«Помню, есть хотелось постоянно». Как 16-летняя Лида Бадюня приехала на строительство МАЗа в 1944-м

Лиде Андриевской, в девичестве — Бадюне, было всего 16 лет, когда в 1944 году она приехала на строительство Минского автомобильного завода. О своей судьбе она рассказала корреспонденту агентства «Минск-Новости».

Почему выбрала город, а не осталась в деревне под Плещеницами, где родилась и пережила войну? Сегодня Лидия Ивановна говорит, что бежала от голода и нищеты:

— Вы себе и представить не можете, что пришлось пережить за время, когда жили под немцами, — вспоминает 92-летняя женщина. — Помню, есть хотелось постоянно. Немцы так часто в деревню наведывались — то партизан искали, то продукты последние забирали, — что приходилось прятаться в лесу. И в землянке жили, и среди болот хоронились.

Освобождение Белоруссии принесло не только долгожданную свободу. Война оставила разруху, голод, нищету. Большинство односельчан не имели крыши над головой, в том числе и семья Ивана Бадюни. Было решено отправить Лиду в Минск к родственникам, которые к тому времени уже работали на строительстве автомобильного завода. По случаю отъезда, вспоминает Лидия Ивановна, мама сшила ей платье из найденного в лесу и припрятанного до времени парашюта, а старая шинель в умелых руках превратилась в теплую куртку.

По закону тех лет несовершеннолетним работать на заводах запрещалось. Но Лиде помогли родственники, и она устроилась паспортисткой в ЖКО. На всесоюзную стройку прародителя белорусского автомобилестроения съезжались специалисты со всего Советского Союза. Маленькой хрупкой девушке приходилось каждый день относить кипы документов пешком от завода до паспортного отдела, располагавшегося на нынешней ул. Ульяновской (в районе стадиона «Динамо»). Пробиралась через руины, а иногда и обходными путями. К тому же нужно было обязательно отработать часы на разборе разрушенных домов в городе. И здесь уже на возраст никто не смотрел.

— Это было очень тяжелое время, — вспоминает Лидия Ивановна. — Постоянное ощущение голода. Из одежды только то, что сшила мама. Но нам, поднимавшим МАЗ, повезло: на ул. Центральной, один конец которой упирался в заводскую проходную, чудом сохранились дома, построенные до войны. Так что жильем мы были обеспечены. Да и завод не сильно пострадал в оккупации. Дело в том, что еще в 1936 году в районе нынешней станции метро «Автозаводская» была выстроена самая современная на то время городская инфраструктура, в том числе ремонтные мастерские. В них немцы ремонтировали и обслуживали свои автомобили и танки.

В это же время параллельно со строительством новых цехов все силы заводчан были направлены на запуск в серию первых пятитонных «МАЗов»: стране требовались строительные автомобили-самосвалы. 7 ноября 1947 года пять первых грузовиков «МАЗ-205» были поставлены на колеса. Началась эра белорусского автомобилестроения.

В судьбе Лиды тоже произошли перемены: перевелась на работу в цех сначала сборщиком, транспортировщиком, а затем табельщиком. В какой-то момент она почти сломалась — написала матери письмо с просьбой забрать ее обратно в деревню. Для молодой хрупкой девушки, постоянно голодной, тяжелая физическая работа оказалась непосильной.

— Представьте себе огромную металлическую тележку с железными колесами. Ее с места сдвинуть невозможно, а тут целую кабину от машины везти надо, — грустно улыбаясь, рассказывает собеседница. — Пишу домой письмо, а сама слезами заливаюсь. Мама пожалела, пошла в сельсовет, но там сказали: если девочка покинет Минск, то потом выехать из деревни будет практически невозможно. И посоветовали, чтобы она всеми силами удержала меня в городе. Деваться было некуда… А потом мужа здесь встретила, и детки пошли по нашим стопам, начинали трудовую жизнь на заводе. Так вот вместе с МАЗом полвека делили одну судьбу на двоих.

Справочно

Грузовики Chevrolet и Studebaker собирали на МАЗе до конца 1945 года из запчастей, поставляемых из США по условиям военной помощи. Именно на Studebaker устанавливали легендарные советские минометы «катюша».

Фото Сергея Пожоги

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ