Повелитель фонтанов минчанин Юрий Базанов раскрыл секреты уникального цирк-шоу

Технический директор программы «Шоу гигантских фонтанов» минчанин Юрий Базанов рассказал корреспонденту агентства «Минск- Новости» о покорении цирковых вершин, своей борьбе на арене с медведями и создании уникального водного агрегата, который нынче радует зрителей.

– Юрий, говорят, чтобы преуспеть в цирковом искусстве, мало родиться в опилках – работа на арене должна стать частью жизни. Как произошло ваше знакомство с этим миром фантазий и иллюзий?

– К сожалению, я не рождался в опилках, хотя и любил цирк с детства. Да и в роду никто с этим искусством связан не был. Родился и вырос в Гродно, здесь же впервые познал все прелести чемоданной жизни. Занимаясь вольной борьбой, побывал на сборах и соревнованиях во многих городах. К слову, в спорте подавал большие надежды и даже выиграл юношеский кубок тогда еще всесоюзного масштаба. Отслужив срочную службу в танковых войсках под Борисовом, задумался, чем хочу заниматься дальше. Для вольной борьбы уже был староват (улыбается), а становиться тренером не лежала душа. Решил поступить в физкультурно-технический колледж, чтобы немного перевести дух. И вдруг как-то вечером на улице увидел разрисованный автобус, из которого с улыбками высыпали восточные девушки и мужичок с обезьянкой на плече. Решил пообщаться с необычной группой «туристов». И, как оказалось, не зря. Это был таджикский коллектив – небольшая труппа, выступавшая у нас в домах культуры с программой «Восточные фантазии». Слово за слово, и вот я уже жму руку художественному руководителю и собираю чемоданы, чтобы отправиться с коллективом в путешествие по Беларуси. На первых порах ухаживал за змеями и варанами, кормил земноводных мышами и кроликами, позже ассистировал в номерах на сцене. Спустя два года наш коллектив, как и все маленькие творческие союзы такого типа, закономерно распался. Но за это время я завел полезные знакомства и поэтому легко нашел новую труппу, где начал трудиться с… медведями.

– Интересно в вашей жизни переплелись вольная борьба и работа с хищниками. Может, вы с мишками еще и силой мерились?

– Конечно, боролся с ними, только не перед зрителями, а на репетициях. Я присматривал за тремя большими медведями, с которыми было опасно проявлять какие-то вольности и отходить от плана тренировок, а вот с самыми маленькими особями (в мой рост) мы хулиганили. При этом замечу, что я никогда не стремился сделать свой номер. Спокойно работал ассистентом у известного дрессировщика Гранта Ибрагимова. В то время у него были одни из самых больших медведей: когда основные наши артисты – хозяева тайги – становились на задние лапы, в высоту достигали больше двух с половиной метров.

– Не страшно находиться рядом с такими гигантами?

– Восемь лет, которые посвятил работе с хищниками, вспоминаю с радостью. Хотя есть раны, которые до сих пор напоминают о конфликте с самым большим медведем из труппы.

А в целом мне нравилась жизнь на чемоданах, к тому же именно благодаря поездкам я встретил будущую жену – минчанку Ирину. Это случилось на гастролях в Японии. Она выступала в номере «Иллюзия» под руководством Татьяны Кох и Юрия Кукеса. Мы быстро сдружились, поженились, а потом я перешел работать к ней. Так что наш сын Георгий, которому уже 15 лет, как раз и родился в опилках. Помню, когда ему было полгода, я выкатывал его коляску в зал, ставил возле манежа, и он смотрел (иногда и засыпал!) все представление. Я так его дрессировал (смеется)… Всей семьей ездили на гастроли, пока сын не пошел в первый класс, тогда мы с супругой решили временно завязать с цирковой карьерой.

– Причина была только в желании проводить больше времени с ребенком?

– Признаюсь, была еще одна причина. Искусство иллюзионистов в то время пришло в упадок, как и вся цирковая индустрия. Продюсеры программ и прокатчики гнались не за качеством, а за дешевыми представлениями. В приоритете были семьи, способные и готовые за небольшой гонорар показать зрителям пару-тройку средних номеров. Поэтому мы и приехали в Минск, стали воспитывать сына и заниматься собственным бизнесом. Без оглядки на прошлое.

– И все же спустя время вы вернулись в цирк – уже в качестве изобретателя! Дело случая или судьба?

– Однажды мне позвонил коллега, которого я давно знаю, и пригласил в Москву на разговор, мол, есть работа. В сердце ёкнуло: неужели вернусь?.. Вспомнил атмосферу большой семьи, ведь двадцать лет работы трудно вычеркнуть из жизни… В итоге поехал в Белокаменную, где вместе с коллегой и еще одним талантливым парнем, Алексеем Куликом, решили создать фонтан для новой цирковой программы.

Все начиналось с сотни листов с эскизами и чертежами будущего водомета. Агрегат решили заказать на одном из заводов Украины, а его сборка и наладка проходили в харьковском цирке, где мы доводили его до ума. А вообще в работе этой установки нет ничего сложного. Помню, как администрация цирка переживала, что мы не успеем выпустить новую программу в срок. Последнюю гайку в гидранте мы закрутили за день до премьеры. И вот долгожданный генеральный прогон, вижу – все рты открыли!

– А как действует эта машина водных развлечений?

– Скелет фонтана простой, работой гидранта и механизмов платформ управляет оператор. Он сидит за пультом в кабине под куполом и дирижирует водной феерией с помощью компьютера. Генераторы качают воду мощными насосами, установленными под манежем, и выдают ее через форсунки.

И все же хотел бы отметить: фонтаны только дополняют уникальные номера и лишь в конце программы выдают соло. К тому же все номера для шоу подбираются так, чтобы вода гармонично вписалась в выступления, не мешая искусству на арене. Феерия улучшает зрелище, и если номер добротный, то он становится шикарным, а если гениальный – зрители должны испытать экстаз. И испытывают.

– Сбоев в работе фонтана не случалось?

– Когда временно уходил из цирка, открыл свое дело именно в сфере отопления и сантехники. И всегда волновался, сдав работу, чтобы у заказчика ничего не прорвало (улыбается). Это чувство настигло меня и в цирке. Опасность, что вода куда-то утечет, есть всегда. Но программа работает уже два года, и происшествий не было. Скажу больше, постепенно на гастролях (а это уже больше 10 городов) мы вносим что-то новое. Вот совсем недавно добавили водный экран, на который лазерами проецируются картины. Появились дождь, который идет из-под купола, и гейзеры в центре арены.

– Говорят, шоу фонтанов может себе позволить далеко не каждый цирк. И дело не столько в деньгах, сколько в специфике установки водного агрегата…

– На сборку и наладку оборудования уходит около пяти дней, задействованы пять человек. Разбираем фонтан за два дня, всё складываем в две фуры и готовы ехать дальше. Но есть такие старые цирки, как, например, симферопольский, где нам для удачного представления пришлось переваривать часть конструкции. А в одесском мы и вовсе не смогли разместиться. Что касается Минска, то тут идеальные условия для работы.

– Цирк у нас действительно один из лучших в мире, а зрителей называют искушенными – удивить их трудно. Согласны?

– Минская публика любит цирк. Руководство и раньше, и сейчас старается привезти и показать зрителям качественные программы. Если шоу хорошее, то и поддержка публики колоссальная. Кстати, даже когда нахожусь на гастролях, друзья и родственники держат меня в курсе дел, происходящих на минском манеже (смеется)… Накануне старта программы «Шоу гигантских фонтанов» в любимой белорусской столице верил, что в зале будет аншлаг: программа интересна не только взрослым, но и детям.

– Воплотив проект фонтанов в реальность, вы вновь связали жизнь с цирком. Не жалеете?

– С годами многое изменилось, вновь возвращаются слава и зрелищность цирка. Это видно и по нашему яркому проекту. Поэтому я очень рад, что впереди много гастролей, главное – есть идеи по совершенствованию конструкции фонтанов.

IMG_4183 copy

IMG_3688 copy

_DSC0104 copy

Фото автора и из личного архива Юрия Базанова

Самое читаемое