«Пускай содержат те, чьи фамилии они носят!» Почему отцы платят копейки на содержание своих детей

Почему порой даже весьма состоятельные мужчины платят минимальные алименты на содержание собственного чада и не мучает ли их совесть, узнала корреспондент агентства «Минск-Новости».

В декабре прошлого года были внесены поправки в Кодекс Республики Беларусь о браке и семье. Изменения коснулись, в частности, правил уплаты алиментов безработными родителями и вступили в силу 1 июля 2020 г. Если раньше неработающий родитель выплачивал их исходя из средней заработной платы по стране (в случае отсутствия трудоустройства в течение последних трех месяцев), то сейчас за основу берется бюджет прожиточного минимума. На одного ребенка полагается 50 % БПМ в среднем на душу населения, 100 % — на двух детей, 150 % — на трех и более детей.

Как живут мамы с детьми, получающие минимальные выплаты, наш портал уже писал. Теперь — слово отцам, которые платят эти копейки.

Дмитрий, 38 лет. От предыдущего брака у него есть семилетний сын.

— Да, я умышленно скрываю свой доход, и мне за это совсем не стыдно, — заявляет мужчина. — С матерью ребенка мы развелись практически сразу после его рождения. Скрывать не буду: ушел к другой женщине. С бывшей у нас отношения давно не складывались. Узнав об ее беременности, думал, что получится сохранить семью ради сына, но это оказалось невозможным.

Я его люблю, но общаться с ним не получается. Экс-супруга использует мальчика как инструмент для добычи денег. Я одевал его, оплачивал все кружки и хобби, высылал алименты в сумме, эквивалентной примерно 200 долларам. Так было бы и дальше, если бы бывшая не настраивала ребенка против меня. Он называет отчима папой, а к родному отцу обращается либо безлико, либо просто по имени.

Признаюсь, сперва не хотел опускаться до выплаты минимальных алиментов — 129,06 рубля, но настояла нынешняя жена. Почему я должен достойно обеспечивать ребенка, который со мной даже видеться не желает? Я в жизни слова дурного ему не сказал, в том числе и об его матери, так как считаю, что отношения между родителями не должны касаться детей. Но раз бывшая себя так ведет — пусть довольствуются тем, что полагается по закону!

Дмитрий признался: узнав, что женщина обратилась в суд с иском о взыскании алиментов, сразу же переоформил свой бизнес на новую супругу. По сути, он так и остался руководителем, но теперь в его трудовой книжке запись «подсобный рабочий», у которого минимальная заработная плата.

Степан, 40 лет. Платит алименты на двоих сыновей — 15 и 17 лет, но с ними не общается даже по телефону.

— Они меня предали! — уверен собеседник. — После развода со мной их мать побывала замужем уже дважды. От этих браков у нее имеется еще по одному ребенку. Мои дети каждый раз после очередного бракосочетания родительницы брали фамилию нового отчима.

Раньше мы с ними общались, они приезжали ко мне. Любые разговоры сводились к тому, что я должен дать им денег. Считаю, дети в подростковом возрасте не должны быть так завернуты на финансах.

Как-то родственница бывшей жены, с которой поддерживаю весьма хорошие отношения, дала послушать аудиозапись, где сыновья прилюдно поливали меня грязью, обзывая нищебродом и неудачником. При этом я никогда не отказывал им в покупке одежды, канцелярских товаров к новому учебному году, на дни рождения дарил недешевые подарки, в том числе и гаджеты.

Так сложились обстоятельства, что я сменил работу — специально устроился туда, где платят минимальный оклад, а основную сумму выдают в конверте. И знаете, мне ни капельки не стыдно: пусть таких неблагодарных детей содержат те, чьи фамилии они носят!

Матвей, 27 лет. Отец трехлетней девочки, которую он очень любит и даже мечтает когда-нибудь забрать себе.

— С ее матерью в браке я даже не состоял: когда та забеременела, высказался против прерывания беременности, предлагал даже забрать ребенка себе, — говорит минчанин. — Я творческий человек — у меня свой музыкальный коллектив, но официально нигде не работаю, регулярного дохода не имею. На дочь денег никогда не жалел, как и мои родители — они готовы потратить на нее все свои сбережения подчистую.

Иногда забираю девочку на некоторое время к себе — когда бывшая в очередной раз пытается устроить личную жизнь. Она почему-то винит меня во всех своих неудачах, считает, что я сломал ее жизнь и загубил молодость. Предлагал отдать ребенка мне — не хочет. В суд не иду лишь потому, что заведомо знаю: ничего не добьюсь. Я ведь тунеядец, не имеющий даже собственного угла!

Сразу после рождения дочери ее мать подала на алименты. Я всегда исправно платил 25 % от среднего заработка по стране — 300–320 рублей, а потом законодательство изменилось, и теперь выплаты составляют около 130 рублей. Больше платить не желаю, так как слово «сволочь», отпущенное бывшей в мой адрес, — самое ласковое и безобидное. Однако, когда дочка гостит у меня, я исполняю все ее прихоти и желания.

                                                        ***

Из монологов мужчин очевидно: они руководствуются какими-то личными обидами, а их дети попросту стали заложниками отношений между родителями. Но они ведь не виноваты, что взрослые не могут найти компромисс, а возможно, в чем-то боятся ослушаться матерей, с которыми остались жить.

Безусловно, минимальные выплаты на содержание собственных детей — выбор отцов. Здесь закон на их стороне. Но в ответ на вопрос: «А вы бы смогли прожить на 130 рублей в месяц?» все они предпочли деликатно промолчать.

* Имена некоторых героев изменены по их просьбе.

Смотрите также:

Подписаться

Подписывайтесь на канал MINSKNEWS в YouTube
Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ