Сложные кружева судьбы костюмера Музыкального театра

Каждое платье, любой камзол из огромного гардероба Белорусского государственного академического музыкального театра начальник костюмерного цеха Галина Сердюкова знает до последней пуговки, до самой незаметной тесемки.

Во время спектакля эта хрупкая женщина успевает облачать актрис в кринолины с таким проворством, что могут позавидовать даже техники «Формулы 1».

Порой действие построено так, что переодеть актера надо за одну-полторы минуты. Тот только успевает глянуть в зеркало – и вперед, на сцену! Например, в «Моей прекрасной леди» солист выходит к зрителям то в парадном шотландском килте, гольфах и пиджаке, то в тряпье мусорщика, – рассказывает Галина Никифоровна. – А в мюзикле «Голубая камея» задача костюмеров в том, чтобы помочь актрисам справиться с тяжеленными нарядами. В одиночку в них можно просто запутаться. Один мастер оттаскивает сброшенные кринолины, а у другого уже наготове следующий костюм.

Смена костюмов как смена эпох

В театре Галина Никифоровна трудится 40 лет, из них 30 возглавляет костюмерный цех. Не раз обучала тонкостям новеньких. Однако приживаются далеко не все:

Случайные люди у нас не задерживаются: год-полтора – и уходят. Остаются ответственные и трудолюбивые, те, кто заболел театром и готов жить спектаклями и репетициями и в будни, и в праздники. В обязанностях костюмеров – готовить одежду к представлениям, следить за ее состоянием и при необходимости ремонтировать. Нет, мы не создаем костюмы, как думают некоторые. Этим занимаются художники по костюмам. Потом их работу утверждает худсовет. Далее в дело вступают специалисты пошивочного цеха: воланы и кринолины сложных исторических платьев – их рук дело! – в голосе Галины Никифоровны чувствуется гордость за коллег. – Часто замечаю, что актер, примеряя одежду определенной эпохи, буквально преображается.

Театр для костюмеров делится на участки. Их шесть: женский (солисты), мужской (солисты), женский балет, мужской балет, женский хор и мужской хор. И каждый мастер работает на своем участке, а еще дежурит во время представлений за сценой. У всех всегда при себе наборы с иголками, нитками и булавками. Выкручиваться из ситуаций, когда на актере пуговица отлетела или молнию заело, приходится мгновенно. А ведь в некоторых спектаклях одновременно задействованы полторы сотни костюмов!

Мы в рабочем кабинете Галины Сердюковой.

Здесь у меня оркестр, – начальник цеха указывает на белоснежные рубашки, к рукавам которых булавками прикреплены ярлычки с фамилиями музыкантов. – Здесь «Юнона» и «Авось», а тут – «Софья Гольшанская»…

Перед моими глазами словно мелькают эпохи, а руки Галины Никифоровны порхают от одной вешалки к другой, разглаживая сложное шитье, поправляя тонкие кружева и проверяя застежки.

Сложные кружева судьбы

По национальности – калмычка, по гражданству – белоруска. И еще Галина Никифоровна по праву считает себя минчанкой. Ведь в Минске выросли дочери, здесь родились внучки. В столицу БССР супруги Сердюковы приехали в 1970 г. Сюда после окончания ГИТИСа был распределен Василий Васильевич (ныне заслуженный артист Республики Беларусь). До этого студент театрального института, его жена и их маленькая дочка три года прожили в тесной комнатке при училище имени Щепкина.

Чтобы получить временное жилье, муж устроился дворником, –вспоминает собеседница. – Мне нашлась работа в студенческом гардеробе ГИТИСа. Признаюсь, вначале было сложно. Ведь до приезда в Москву я работала артисткой хора Калмыцкого государственного ансамбля песни и танца «Тюльпан», вела программы. Решение уволиться и уехать вслед за мужем-студентом в Белокаменную тогда, в 1967-м, приняли не все. Стремление быть рядом с супругом поддержала только мама… И я ни о чем не жалею.

В гримерный цех минского театра Галина Сердюкова пришла в 1972 г. Браться за незнакомую работу молодой женщине было боязно. Училась гримировать актеров, делать прически. А спустя пять лет попробовала себя в качестве костюмера.

Нынешнее здание театра еще не было построено, и мы располагались на базе Русского театра имени Горького, – рассказывает Галина Никифоровна. – Десять лет наша труппа кочевала. Костюмеры ежедневно паковали ящики с костюмами и реквизитом, чтобы к вечеру отправить их по адресу, где пройдет выступление. Параллельно надо было разобрать короба и развесить одежду от предыдущего спектакля. Семья росла, и к основной работе я взяла еще ставку прачки. Костюмы приводила в порядок дома вместе с детьми. Машины стиральной не было, рубашки замачивала в тазу. Дочки вручную простирывали иногда по три десятка рубашек, помогали гладить. Старшая Оля училась в пятом классе, младшая Таня в третьем, а как выручали!

Сценическую одежду носили домой в специально пошитых мешках.

Можете вообразить, какую картину мы с мужем представляли, – Галина Никифоровна со смехом припоминает историю, случившуюся с ней и Василием Васильевичем много лет назад. – Однажды стоим на остановке, ждем автобус. У обоих в руках большие тюки. Этим и привлекли внимание милиционеров. Оказалось, накануне в том районе обокрали квартиру. Пришлось супругу показывать актерское удостоверение и заверять, что в мешках лежат вещи из театра.

Благодаря усилиям работников костюмерного цеха за время кочевой жизни коллектива удалось сберечь многие костюмы. Сейчас они хранятся в запасниках, иногда используются в новых спектаклях.

В театре я по-матерински люблю всех, за каждого волнуюсь и переживаю, – признается ветеран-костюмер. – Некоторые артисты перед выходом на сцену просят их перекрестить. Актеры ранимы и чувствительны. С ними нельзя кривить душой, они сразу чувствуют фальшь. Стараюсь строить отношения на искренности. И поэтому легко нахожу общий язык с народной артисткой Беларуси Наталией Гайдой, с заслуженным артистом России Алексеем Кузьминым, другими известными мастерами сцены, а также с театральной молодежью – хорошей, талантливой.

Самое читаемое