В июне 1944 года бригада Дяди Коли насчитывала 7 отрядов общей численностью более тысячи партизан.
На ее боевом счету 132 пущенных под откос эшелона, 32 уничтоженных склада, 8 мостов, 288 автомашин, 9 танков и 6 самолетов. О том, как природа помогла выиграть войну, рассказал партизан бригады Дяди Коли Федор Супранович.
Прическа спасла
Весть о начале войны разнеслась по селу с быстротой молнии.
– Никто не знал, что делать, – вспоминает Федор Супранович. – Но скоро из жителей деревни был создан комсомольско-молодежный истребительный батальон для борьбы с фашистскими разведывательными группами, шпионами и диверсантами. Поставили задачу охранять мост через Березину у нашей деревни Костюки. Приказ был однозначный – никого не пропускать. Всего в 10 километрах высадился немецкий десант, который мог напасть в любой момент. Тогда же подтвердились рассказы о шпионах и диверсантах, о которых постоянно писали в советских газетах до войны. Оказалось, что одного я хорошо знаю. Это мой школьный учитель немецкого языка Эгоф. Он пришел к мосту и сказал, что ему срочно надо в Борисов. Но мы его не пропустили. Приказ есть приказ. Он и просил, и ругался, но вынужден был уйти. Вскоре немецкий десант был уничтожен. Наш батальон распустили.
Через несколько дней в Костюки ворвался отряд фашистов. Тогда и выяснилось, что наш учитель Эгоф – разведчик Абвера. Сами того не зная, мы помешали ему встретить десант, который должен был участвовать в захвате переправы. Он указал на тех, кто не пустил его через мост. Тогда расстреляли 18 односельчан. Просто повезло, что он не узнал меня. До войны у меня была кучерявая шевелюра. С ней я был похож на Карла Маркса. Даже прозвище мне дали Карл. Так совпало, что за пару дней до того, как явились каратели, отец меня постриг. Это и спасло.
Оставаться в деревне подростку было опасно. Учитель немецкого в любой свой приезд мог его опознать. 15-летний Федор ушел из дома, работал дровосеком, затем на торфозаготовке.
Втереться в доверие
В 1942 году на связь с Федором вышли белорусские партизаны. Мальчишка был на хорошем счету у оккупантов, поэтому мог выведать нужную информацию.
– Завоевать доверие было нелегко, – продолжает рассказ ветеран. – Немцы ради забавы на предприятии устраивали показательные соревнования. Воткнут в землю высокий столб, а на верхушку положат махорку или кусок мыла. Забрать приз может любой, кто до него доберется. Чтобы было веселее, столб обмазывали мылом, и он становился очень скользким. Смеялись над каждым, кто падал. А я пару раз без труда на него взобрался. Это увидел начальник предприятия. За мою ловкость дал еще один кусок мыла. Потом я ему передал стакан ранней земляники. За этот презент он перевел меня в мастерские. Эта должность позволяла ходить по работе в лес. Так я спокойно передавал собранные разведданные партизанам. Рассказал им все, что знал про предприятие: численность и расположение охраны, местоположение складов, подходы к ним.
Через неделю партизаны провели прекрасно спланированную атаку. Они разгромили гарнизон, сожгли торфодобывающие машины, пополнили запас оружия и боеприпасов.
Федор Супранович успел выполнить еще несколько партизанских заданий. Но вскоре парню пришла повестка с приказом явиться в Борисов. Это было прямое свидетельство того, что его вывезут в Германию. Оставалось подчиниться или уйти в лес.
– Так я стал партизаном отряда имени Чапаева, – констатирует Федор Малахович. – Со временем перевели меня в пулеметчики. Это почетная и тяжелая должность. Продираться с таким оружием через лесные заросли очень трудно. Расчет пулемета обычно два человека. Один отвечает за ствол, второй – за патронные ленты. Вначале был вторым номером. Непосредственно в бою изучал теорию экономной стрельбы.
Под прикрытием леса
Главным союзником партизан была природа.
– Например, лес всегда предупреждал нас о врагах, – поясняет Федор Супранович. – Когда сидишь в засаде, то слышишь жизнь вокруг. Поют птицы, стрекочут сверчки. Если все замерло или, наоборот, птицы тревожно раскричались – враг рядом.
Учились понимать звуки леса, от этого умения зависела жизнь. Например, немецкие разведчики в лесу часто перекликались между собой, подражая соловью. Не сумел отличить птичью трель от человечьей – считай пропал. По лесным звукам учились определять, кто идет: враг, свой или местный житель.
– Осенью 1943 года наш отряд выдвинулся на подрыв эшелона, – вспоминает ветеран. – Вдоль железнодорожного полотна постоянно дежурили вражеские патрули. Ошибиться было нельзя. Несколько суток караулили, замаскировались отлично и ждали удобного случая. Патрули ходили часто, но нас не заметили. В тот день мы удачно заложили взрывчатку: разбили паровоз и по четыре платформы с дальнобойной артиллерией и тягачами.
За два года в отряде Федор Супранович участвовал во многих боевых операциях. Однажды отряд напал на немецкий склад, расположенный в одном из сел. Закрепили на доме красный флаг. В тот же день примчался фашистский отряд. Хотели сорвать знамя. Но не тут-то было! К древку был примотан проволокой объемный сверток с проводами. Каратели испугались, что это бомба. Срочно вызвали саперов из Борисова. Пока те пытались флаг разминировать, наши успели далеко в лес уйти. А взрывчатки там не было никакой – просто обманка. Вот простой пример партизанской смекалки.
Но весело все это только на словах. Каждый бой – это танец со смертью.
– Без подготовки не нападали. Вначале разведка узнавала, сколько солдат, какое у них вооружение, где пулеметные точки, – продолжает Федор Супранович. – Потом определяли лучшее время для атаки, направление. Очень многое зависело от эффекта внезапности. Конечно, без внимания наши атаки не оставались. Против партизан Борисово-Бегомльской зоны в мае – июне 1943 года была проведена операция «Котбус». Это было жуткое сражение. Фашисты взяли в кольцо несколько бригад и стали теснить их в болота. Боеприпасы на исходе. Только наличие полевых аэродромов позволяло получать патроны и снаряды с Большой земли. Часто ящики с боеприпасами сбрасывали нам по ходу боя. Одни держали оборону, а другие мчались за патронами. Противник давил числом и вооружением. Им удалось рассечь бригады. Мы были загнаны в болото. Ничего не оставалось, как собрать все силы и идти на прорыв. Впереди пулеметчики и автоматчики, поливающие врага огнем. За ними – безоружные местные жители, бежавшие в лес от карателей, потом повозки с ранеными и провиантом. Замыкали колонну партизаны с винтовками и пистолетами. Много погибло в тот день. Но основной части бригады все же удалось вырваться из кольца окружения.
Через месяц бригада Дяди Коли вновь стала проводить операции против оккупантов. Осенью 1943-го участвовала в рельсовой войне. Последнее испытание на долю партизана Федора Супрановича выпало накануне освобождения Белоруссии. Фашисты предприняли последнюю атаку на народных мстителей. Вновь часть бригады была загнана в болото. Многие, как и Федор, были ранены. Казалось, что уже никто не выживет. Но именно в этот критический момент фронт дрогнул. Началась операция «Багратион», а вслед за ней пришло и долгожданное освобождение.
Дополнительная информация
Федор Малахович Супранович родился в 1925 году. До войны жил в деревне Костюки Борисовского района. В 1942 году наладил связь с партизанами, а затем ушел в отряд. После освобождения Белоруссии был призван в Красную Армию, получил специальность радиста. Участник советско-японской войны. После демобилизации в 1950 году служил в МГБ. Полковник милиции в отставке.
Еще материалы рубрики:
СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. Судьба разведчицы
СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. Стрелок-радист бомбардировщика
СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. После войны была война
СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. Разведка боем Вениамина Орлова
СОЛДАТЫ ПОБЕДЫ. Сталинградская битва глазами медработника
