«Спасибо за доверие… Спасибо за талант…». Ушел из жизни режиссер Борис Луценко

5 февраля не стало Бориса Луценко — великого белорусского театрального режиссера, властителя сцены с середины 1960-х годов до наших дней, народного артиста Беларуси, лауреата Специальной премии Президента Республики Беларусь «За духовное возрождение». О нем – в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

Ему было 82 года. Все знали: режиссер-постановщик Национального академического драматического театра имени М. Горького Борис Луценко давно и тяжело болеет. Но также знали его бойцовский характер, который не давал слечь. Директор театра Эдуард Герасимович подтвердил: Борис Иванович работал до последнего. Его уход из жизни, несмотря ни на что, стал неожиданностью.

Творчество Бориса Луценко связано со многими театрами, в том числе зарубежными. Он делал постановки в Национальном академическом театре имени Янки Купалы, Театре-студии киноактера, причем эти спектакли имели большой резонанс. Всего же поставил на сценах страны и за рубежом более 100 спектаклей.

Настоящим театральным домом был для Луценко только Государственный русский драматический, он же Национальный академический драматический театр имени М. Горького. В этом театре он стал лидером, раскрылся как режиссер и превратился в европейскую знаменитость.

Сейчас многие вспоминают 1970-е как годы брежневского застоя, но в данном случае их можно назвать годами луценковского расцвета, а значит, и расцвета советского белорусского театра.

Театралы, и не только они, техническая интеллигенция, студенчество — казалось, весь Минск приходил на спектакли Бориса Луценко.

Сцена из спектакля «Макбет»
Сцена из спектакля «Трехгрошовая опера»

1974 год – «Макбет» по Шекспиру. 1976 год – «Трехгрошовая опера» по Брехту. Сложнейшие, тончайшие и в то же время яростные, площадные постановки, выдававшие режиссера как человека сильных эмоций, любящего жить на острие страстей. Тогда же, в 1970-х, появился еще один яркий спектакль Бориса Луценко – «Трагедия человека» по Мадачу. Энергия, сила режиссерской мысли у Бориса Луценко была такая, что он порой выпускал по три спектакля в год. Например, в 1976-м, кроме «Трехгрошовой…» поставил «Последних» Горького и «Сладкоголосую птицу юности» Уильямса.

И все-таки «Макбет», «Трехгрошовая…» и «Трагедия…» стали самыми запоминающимися. Эти спектакли сложились в трилогию, посвященную драме неординарного человека, который пытается спорить с судьбой, роком. Горьковский театр обрел весомый творческий багаж, с которым колесил по Европе, получал главные призы на фестивалях.

В 1982 году Борис Луценко ушел из Горьковского. В 1991-м вернулся. Несколько лет был художественным руководителем театра, который при нем получил звания «академический» и «национальный». Последние 11 лет работал режиссером-постановщиком. Не переставал удивлять зрителя. Благодаря Борису Луценко театралы полюбили Малую сцену театра, где на аншлагах шли его «Эдип», «Уходил супруг от супруги», «Он и Она», причем в последнем спектакле Борис Луценко оказался еще и превосходным актером!

Сцена из спектакля «Эдип»
Сцена из спектакля «Он и Она»

Масштаб личности Бориса Луценко был таким, что трудно поставить рядом с ним еще одно имя. Он — последний могиканин отечественного классического театра, традиции которого олицетворяли Владимир Маланкин, Валерий Раевский, Андрей Андросик…

Несколько слов об ушедшем режиссере мы попросили сказать народного артиста Беларуси Александра Ткаченка.

Утрата горькая, невосполнимая, до конца еще не осознанная. Не верится, что придем в театр, а... — Александр Леонидович с трудом подбирает слова. — Я впервые увидел его в театрально-художественном институте, где учился на курсе Владимира Маланкина. Нашими педагогами там были также Валерий Раевский и Борис Луценко. Уже тогда стало понятно, что это люди-глыбы. Именно Борис Луценко пригласил в 1975 году меня, выпускника БГТХИ, в театр Максима Горького и с его подачи я служу в этом театре уже почти 45 лет. Он давал мне роли — и главные, и не главные, но все они для меня стали значимыми. Это Пичем в «Трехгрошовой опере», Стафф в «Сладкоголосой птице юности», Адам в «Трагедии человека»… С «Трагедией…» мы ездили в Венгрию, играли на сценах Будапешта и Сольнока…

— Какой он был режиссер?

Скажу честно, мы с Борисом Ивановичем на репетициях оппонировали один другому. Я строптивый актер, а Луценко очень требовательный режиссер, так что гладкими наши отношения не назовешь. Но сейчас, по прошествии многих лет, понимаю, как много мне дал Борис Иванович: даже отрицая то, что я предлагал, он меня окрылял. Луценко занимает большое место в моей жизни. Его смерть сгладила все противоречия, и, конечно, прав в наших трениях был он, так как театр — механизм сложный, искусство коллективное, и только режиссер знает, каким должен быть спектакль.

— Что сказали бы ему, если удалось бы поймать последний вздох?

— Сказал: «Простите…» Сказал: «Спасибо за доверие… Спасибо за талант…»

Прощание с Борисом Луценко состоится 7 февраля. Оно начнется в 12:00 в зрительском  фойе Национального академического драматического театра имени М. Горького.

Борис Луценко (справа) и Ростислав Янковский

Фото автора и с сайта rustheatre.by

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ