Специалист из Германии поделилась с белорусскими коллегами опытом работы с аутистами

В Минске открылся второй модуль обучения специалистов по программе TEACCH, применяемой при оказании помощи людям с расстройствами аутистического спектра, передает корреспондент агентства «Минск-Новости».

Обучение проводится при поддержке Федерального правительства Германии и Представительства Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ) в Беларуси, а также комитета по образованию Мингорисполкома, организационно-методическом содействии Минского городского центра коррекционно-развивающего обучения и реабилитации, — рассказала ректор Минского городского института развития образования Татьяна Мороз.

Второй модуль курса для белорусских специалистов и родителей детей с аутизмом проводит Эва Готтеслебен, педагог со специализацией по аутизму (фонды им. фон Бодельшвинга).

Я занимаюсь данной проблемой уже более 20 лет и могу с уверенностью сказать: с аутистами можно плодотворно работать, — отмечает она. — Прежде всего нужно понимать, что это первазивное расстройство, то есть всепроникающее. Заподозрить его можно еще в раннем возрасте. Так, стоит бить тревогу, когда у малыша отсутствует эмоциональный контакт с людьми, в первую очередь с родителями. Он избегает зрительного контакта, не тянется к маме и папе на руки, не улыбается. Находясь среди других, ребенок с аутизмом испытывает сильный дискомфорт, с годами тревогу. Нередко у таких детей есть проблемы с речью, наблюдаются приступы агрессии.

Специалист, читая лекцию, приводила яркие примеры, которые позволяли понять мир людей с аутизмом. Например, они могут радоваться или плакать там, где это вовсе неуместно. Или получать удовольствие от весьма странных вещей. Эве Готтеслебен и ее коллегам довелось работать с женщиной, у которой было хобби… швырять инвалидные коляски, порой даже с сидящими в них людьми. Она не понимала, что делает плохо, — ей просто нравилась реакция окружающих.

А еще аутисты любят шутить, только их юмор не всегда понятен окружающим, — утверждает Эве Готтеслебен. — Как-то мой подопечный рассказывал историю. Я поняла, что он пытается развеселить меня, и засмеялась. Но, как оказалось, не в том месте. Тогда собеседник начал сначала. И я снова не угадала. Так продолжалось несколько десятков раз, пока его коллега не подал знак, на каком именно моменте надо дать волю эмоциям.

Увы, некоторые специалисты в этой сфере полагают, что аутисты абсолютно неконтактны.

Я не знаю ни одного такого человека, который не хотел бы общаться. Просто многое у них завязано на страхе, — продолжает Эва Готтеслебен. — Однажды присела на диван рядом с аутистом, но он с агрессией вытолкал меня. Повторила попытку, но снова безуспешно. Узнав, что молодой человек любит играть с лентой, наматывая ее на пальцы, протянула ее парню. Так началась наша дружба…

По ее словам, большая ошибка состоит в том, чтобы дотошно пытаться что-то объяснять таким людям. Нужно меньше слов, ведь аутисты иначе воспринимают информацию: длинные речи для них становятся банальным шумом. А еще некоторые заблуждаются, что «люди дождя» не умеют ставить себя на место других. Еще как умеют! Только не могут делать это как мы.

Аутистам порой сложно переключаться с одной деятельности на другую. Им трудно понять, почему к одним можно обращаться на ты, а другим нужно говорить вы. Им присуща стереотипность поведения, и это нужно воспринять, — сказала лектор. — Будучи в командировке в США, оказалась на банкете. Вместе с педагогами за столами сидели их подопечные. Когда я встала за десертом и отошла буквально несколько шагов, услышала за спиной громкое «сядь!». Этого требовал аутист. Оказалось, его обучили, что из-за стола нельзя выходить до тех пор, пока сидящие за ним не закончат трапезу. Мне пришлось вернуться на место, ведь таких людей легко можно довести до большого стресса.

Присутствующие слушали спикера затаив дыхание. По словам мамы, воспитывающей ребенка-аутиста, на подобного рода лекциях она получает от практиков ценную информацию.

Я во второй раз приезжаю из Могилева на эти лекции. Местные специалисты не могли научить меня бороться с агрессией сына, а здесь пошагово объяснили, что нужно делать. Увы, на нашей беде более-менее толковые специалисты начинают зарабатывать деньги. Так, одна первичная консультация у известного в этой сфере психолога стоит более 750 рублей, последующие занятия обойдутся в 60-80 рублей в час. А ведь пенсия по инвалидности на такого ребенка всего 187 рублей ежемесячно… — поделилась Анастасия Качаева.

До того как запустить данную программу обучения, я много общалась с родителями особенных деток, выясняла, какая помощь им требуется, что их интересует. У людей, страдающих аутизмом, такие же потребности, как у всех, и у нас должен быть компромисс совместного проживания. В конце мая планируем провести третий модуль обучения, — подытожила директор Представительства Дортмундского международного образовательного центра (ФРГ) в Беларуси Ольга Ренш-Ветцель.

Фото Елизаветы Добрицкой

Самое читаемое