СТОЛИЦЫ ЖЕНСКОЕ ЛИЦО. Золотой возраст актрисы

Есть такое понятие – золотой возраст артиста. Именно в нем удалось застать Аллу Пролич.

Агентство «Минск-Новости» совместно с Минской городской организацией ОО «Белорусский союз женщин» в третьем цикле проекта продолжает рассказывать о красивых и успешных женщинах, которыми гордится столица.

Пролич copy

«Дайте отдышаться», – только и попросила она после темповой, искрометной репетиции гротескного водевиля «Предложение». (Забегая вперед: искры летели и три дня спустя на премьере «Предложения».) Уже через пятнадцать минут Алла Пролич, ведущий мастер сцены Театра-студии киноактера, была готова к интервью. Мы беседовали в гримерке, куда заходили костюмеры, приносили одежду, готовились к вечернему спектаклю – лирической драме «Механический человек», где у моей визави роль Ольги. «Тяжелый день?» – «Хороший».

– Алла… Можно без отчества, по-европейски? Хочется начать с феномена: в репертуаре Театра-студии киноактера только один моноспектакль – «Айседора. Танец любви». На сайте театра о нем сказано: «Идея создания спектакля принадлежит Алле Пролич». И ниже: «В роли Айседоры Дункан – Алла Пролич». Вы – та женщина, которая делает подарки самой себе?

– Все так и не так… В самом начале 1990-х я работала в Минске в частном театре «Камерная сцена» у Александра Колюнова, который давал мне возможность использовать все свои умения. Колюнов принес пьесу Зиновия Сагалова «Три жизни Айседоры Дункан». Мы решили, что из нее может получиться фестивальный моноспектакль, но по какой-то причине не вышло… А пьеса зажила своей жизнью… во мне. Там была роль на выданье, она просилась на сцену. Когда я пришла работать в Театр киноактера, его директор Маргарита Пушкина сказала: «Алла, ты говорила, что готовила моноспектакль. Покажи». Показ состоялся, и началась другая история, мы стали репетировать, добавлять в пьесу свое. К тому времени я прочитала и узнала про Айседору все, что могла. Мы с ней очень разные – несопоставимые. Передать пластику Айседоры на сцене никто не сможет. Многие пытались повторить ее танец, и никому это не удалось, ведь она на сцене была как знамя, как пламя… Поэтому я захотела сделать спектакль не о танцовщице, а о женщине. Значит, и о себе, и о вас… Спектакль родился быстро, но в положенный срок.

– …И 20 лет не сходит со сцены. Все 20 лет вы, Алла, единственный исполнитель. Владеете ключом к тайнам спектаклей-долгожителей?

– Может, ключ в том, что я проживаю спектакль абсолютно искренне. Мой внутренний мир подключен к Дункан, я рождаюсь и умираю с ней, потом долго прихожу в себя… А может, все дело в том, что меняюсь я, меняется время. Был случай: знакомые зашли ко мне в гримерку и говорят: «Восемь лет назад смотрели этот спектакль с другой актрисой – совсем не то. А с тобой – ну ваще!» Я заметила, что на «Айседору» ходят годами одни и те же зрители – ее личность удивительно манкая. Спектакль получился жизнеутверждающим, при всем при том что Айседора испытала много горя. У меня есть в Смолевичах подруга, которая видела постановку раз десять, привозила и своих друзей. Она говорит: «Когда у меня на душе кошки скребут, я собираюсь и еду к тебе на спектакль…»

– Какую роль в вашей жизни сыграл другой долгожитель – «Миленький ты мой»?

– Главную. В Театр-студию киноактера я пришла в 1993-м, а в следующем году уже играла вместе с Владимиром Гостюхиным в трагикомедии «Миленький ты мой». У меня в профессии тогда был сложный период – комплексы, страхи… В Пролич мало кто верил. А Владимир Васильевич поверил. И пригласил в свой спектакль. Очень люблю эту постановку. Она апеллирует к добрым чувствам, к светлой стороне человека, что полностью соответствует моему мироощущению. Благодаря этому спектаклю я впервые получила признание – в Минске, на большой сцене.

– И в стране. За эту роль вас признали лучшей актрисой года.

– Сейчас, прожив полвека, я поняла: никем иным не могла бы стать. Только актрисой.

– Вы же учились драматическому искусству в Ярославле?

– Да. Но родом я из Гомельской области. Там живет моя любимая мама Валентина Петровна Пролич.

– Вы больше актриса театра, чем кино?

– Хочу избежать сравнения. В театре – процесс. В кино – запечатление мгновений. В театре даже небольшая роль со временем обрастает «мясом» и становится более чем реальной, ощутимой. А кино эфемерно.

– А вам не мешает в театре то, что ваша сцена находится в полушаге от зрителя первого ряда?

– Раньше очень мешало. Я человек чувствительный к чужой энергетике, тяжело переношу негатив. В спектакле «Айседора. Танец любви» моя героиня говорит: «Три года жизни в России значили для меня больше, чем остальная жизнь. Нет ничего невозможного для этой великой страны…» Кое-кто в этих словах слышит едва ли не политический подтекст, поэтому демонстративно встает и уходит. Переживаю…

– Что делаете, когда беретесь за характер, противоположный вашему?

– Создаю его в себе. Сегодня мы репетировали пьесу-шутку Чехова «Предложение». К Наталье приходят свататься, а она провоцирует жениха на скандал и исступ­ленно доказывает, что их с папенькой собака Откатай лучше, чем собака жениха Угадай. Наталья – совершенно не я. Но ведь это – Чехов! Его нельзя сыграть, скользя по поверхности сюжета. Такой персонаж, как Наталья, тоже нужно пропустить через себя.

– Не могу не спросить: как вам работается на одной сцене с мужем – народным артистом Беларуси, лауреатом Государственных премий СССР, Беларуси и России?

– С самого начала совместной жизни я научилась отделять работу от личных отношений. Для меня муж – это два разных человека. Здесь, в театре, он – Владимир Васильевич, режиссер и актер, мы играем в спектаклях «Миленький ты мой» и «Механический человек», и отношения у нас, как у коллег по цеху. А дома он – Володя.

– Ваша самая любимая роль…

– Не сыграна. Наверное, где-то сидит драматург и пишет роль, в которой я смогла бы высказать свое отношение к миру, к людям, к вере.

– Самый любимый поэт…

– Марина Цветаева. Чем больше ее узнаю, тем больше восхищаюсь. Она понятна и непонятна одновременно. Несет в себе столько граней, что полностью раскрыть Цветаеву никто пока не смог.

– Время года…

– Осень. Пушкинская…

– Отдых…

– На природе. У Владимира Васильевича есть дача на Голубых озерах. Мы встречаем там Новый год, Рождество. Озеро Болдук редкостной красоты. Правда, от Минска оно далеко. Я езжу и на озеро, и к маме. К маме, конечно, чаще. Сама за рулем, это очень удобно.

– Настроение… Нравлюсь себе, когда я…

– Сплю (смеется). Стараюсь никому не давать оценок. Оценку я могу выразить человеку, событию только на сцене. А в жизни… Каждый человек себе учитель – каким быть и каким не быть ему на этой земле. Неважно, что из себя представляют другие. Важно, что из себя представляешь ты сам…

Дополнительная информация

Спектакли с участием Аллы Пролич «Айседора. Танец любви», «Миленький ты мой», «Механический человек» отмечены наградами на фестивалях «Золотой Витязь», Международный Волковский, «Соотечественники».

Еще материалы рубрики:

СТОЛИЦЫ ЖЕНСКОЕ ЛИЦО. От педагога до ректора

СТОЛИЦЫ ЖЕНСКОЕ ЛИЦО. Руководитель должен быть порядочным и неравнодушным
СТОЛИЦЫ ЖЕНСКОЕ ЛИЦО. Жена дипломата
СТОЛИЦЫ ЖЕНСКОЕ ЛИЦО. Дипломат Зоя Колонтай
СТОЛИЦЫ ЖЕНСКОЕ ЛИЦО. Талисман телеведущей Юлии Александровой

Читайте и подписывайтесь на нас:

Самое читаемое