Тележурналист и бард Николай Анисимов взлетает в небо на крыльях музы

Почему после авиашоу приходится молчать несколько месяцев, что приятнее – исполнить песню на «Поле чудес» или послать ее в космос, как взлететь в небо на крыльях музы, рассказал корреспонденту агентства «Минск-Новости» тележурналист телекомпании «ВоенТВ», бард Николай Анисимов.

С детства он мечтал летать – на истребителях, штурмовиках, вертолетах… И хотя судьба распорядилась иначе, наделив его близорукостью, несовместимой с армейской авиацией, мечту свою Николай Анисимов все же исполнил.

– «Я летал во сне», – улыбается он. – Так называется моя песня из первого альбома. Всего их три. «Ночь – такое время года» вышел в 2004 г. Там преобладают лирические композиции. Через два года записал альбом «Я – летчик». Это уже на военную и авиационную тематику. Посвятил его своему деду – лейтенанту Николаю Анисимову, геройски погибшему в августе 1943-го на Курской дуге. Этот диск переиздавался шесть раз. И вот теперь – «Предельные режимы» – уже более зрелая работа. Многие песни я писал подолгу, консультируясь с профессиональными летчиками, потому что в таких «авиационных» текстах не может быть неточностей. Я вообще пишу редко – в год песни четыре. Хотя за жизнь уже накопилось. Наверное, можно было бы выпустить еще несколько альбомов, но на всё нужны время и деньги. А их нужно зарабатывать, и для этого тоже нужно время. Не скажу, сколько у меня песен – не считал.

– Судя по длительности ваших концертов, много…

– Случаются и четырехчасовые концерты. Физически тяжело такое выдерживать, но репертуара хватает, и многое еще остается в запасе. Бывает, когда выступаешь в московских клубах, где не ограничено время концерта, задерживаемся с публикой на несколько часов. Администрация пыталась переносить концерты на пару часов раньше. Бесполезно. Все равно еще час или два вспоминаем то, что я написал в разное время и по разным поводам.

– Если концерты продолжаются, значит, это кому-нибудь нужно…

– Разумеется. Моя аудитория чаще специфическая – летчики, военнослужащие, друзья и знакомые, любители авторской песни. Недавно прошел мой сольный концерт в зале «Верхний город», и я был приятно удивлен, увидев много незнакомых лиц. Это те, кто просто увидел афишу и купил билеты. Здесь был первый за долгие годы концерт в Минске для широкой публики, который имел официальную рекламу и проводился не в войсковом клубе или Доме офицеров, а в профессиональном концертном зале. Площадка очень хорошая, популярная и, как говорят, намоленная, потому что здесь в свое время было церковное здание.

– А первый концерт помните?

– Помню как сейчас. Это было в 1989 году в Лиде. Местный Дом офицеров на 600 мест. Организаторы напечатали красочную афишу. Я ждал его с нетерпением, очень волновался, хотя выступал перед публикой уже давно – лет с пяти. Мама приобщила меня к армейской художественной самодеятельности, и в музыкальной школе доводилось выступать. И вот он, долгожданный миг, я выхожу на сцену, а в зале – помню точно – 28 человек! Оказывается, тогда впервые по Центральному телевидению пустили сериал «Рабыня Изаура», и вся страна замирала у экранов…

– Но сейчас-то люди даже из других стран приезжают, чтобы послушать Николая Анисимова!

– Бывает. В основном это мои хорошие друзья. Вот и теперь в Минск на мой сольник приезжал известный летчик-испытатель, Герой России Сергей Маслов. Есть люди, которых я просто обязан предупредить о предстоящем выступлении, иначе – обида кровная. Друзей и знакомых у меня несчетное множество по всему бывшему Советскому Союзу. Где только ни выступал: в Чечне, Дагестане, Абхазии, на Дальнем Востоке, Сахалине, в Благовещенске, Казахстане, не считая Минска и Москвы. В середине марта будет сольный концерт в известном московском клубе «Гнездо глухаря», потом в Иркутске, а сразу после – в Петропавловске-Камчатском…

Если говорить о концертах, какие из них вам больше запомнились?

– Для артиста, хотя я себя настоящим артистом не считаю, каждое выступление – это событие, каждое чем-то памятно. Расскажу о двух неожиданных концертах. Однажды мне позвонили из Главкомата ВВС России и попросили спеть к 100-летию Военно-воздушных сил в программе… «Поле чудес». Я и не хотел, и на тот момент был очень занят, но уговорили, пришлось спеть «Грачи прилетели». А второй сюрприз был очень даже приятным: мне предложили исполнить несколько песен для космонавтов на орбите – в то время на МКС летал наш земляк и мой близкий друг Олег Новицкий. Я поехал в Королев, в Центр управления полетами, и спел три песни для него и для всего экипажа. Интересно, что радиосвязь с МКС сейчас идет через американский космодром, и связь получается с очень приличной задержкой: ты поешь и себя слышишь с экрана спустя пять-семь секунд. Получается даже не эхо, а такая какофония. Но все равно было здорово, Новицкий до сих пор это вспоминает, хотя прошло уже года два.

– Николай Викторович, у вас гитара такая интересная, вся в самолетах…

– Да, без ложной скромности скажу: второй такой в мире нет. Ее делал замечательный белорусский мастер, хорошо известный в Европе, Дмитрий Позныш. Это именная гитара. На грифе и внутри деки на этикетке написано: «Анисимов». Сам инструмент украшен изображением истребителя, лады обозначаются маленькими перламутровыми самолетиками. Представляю, как это было сложно сделать!

QY1A9978

– По всему видно, что вы больны авиацией.

– Да, и «болезнь» прогрессирует. Главное, что она иногда помогает другим выздоравливать от куда более опасных хворей. Я получаю обширную почту. В Интернете много пишут – благодарят за песни, просят помочь решить какие-то служебные проблемы. Один человек просит написать песню о втором штурмане самолета Ил-38, другой – о стрелке-радисте, третий – об авианаводчике… На все письма ответить невозможно физически, но когда вижу, что кому-то действительно нужна моя поддержка, например, вдове погибшего летчика, не могу оставить без внимания. Было очень интересное письмо: пилот летал на самолетах Су-24, в 90-е годы прошлого века полк расформировали, и он переучился на вертолет, однако вскоре вообще расстался с армией и даже уехал в Америку, у него там была вполне благополучная фирма. Не знаю, верить или нет, но он говорит: «Послушал твою песню – и вернулся в авиацию». Сегодня летает командиром воздушного судна в «Аэрофлоте». Мы подружились и иногда общаемся.

DSC_7812

– Когда же успеваете работать тележурналистом?

– Причем двух стран. Я работаю в белорусской телекомпании «ВоенТВ» и на российском канале НТВ корреспондентом военной программы. Еще иногда комментирую авиационные шоу – это тоже моя работа. Уже лет семь как начал этим заниматься. Однажды знакомые попросили подменить комментатора, который голос сорвал. Я попробовал и втянулся. Мой серьезный дебют состоялся в 2008 г. в Геленджике, где сопровождал выступление старых друзей – «Русских витязей» и «Стрижей» – на Гидроавиасалоне. Это потрясающая работа, на грани фола, когда летают шесть или даже девять самолетов, и ты о них рассказываешь многотысячной публике. Правда, очень вредно для связок: какой бы ни был микрофон, все равно приходится кричать. Однажды после такого шоу два месяца восстанавливал голос… Я и сам не знаю, как все это успеваю, когда в голове столько всего, что нужно сделать. Наверное, музыка помогает – упорядочивает, что ли.

– Наверное, трудно, когда с завистью смотришь в небо, где кто-то делает то, о чем вы мечтали?

– Я никому не завидую. Более того, иногда сам пилотирую самолеты в аэроклубах. Но, скажу честно, большого удовольствия от этого не получаю. Поскольку не профессионал – волнуюсь и боюсь допустить ошибку. Конечно, ее поправит инструктор, но от полета надо получать удовольствие. Лучше уж пассажиром летать, рядом с асом. Все мои друзья – летчики с большой буквы, им я доверяю абсолютно и знаю, что эти пилоты ошибки не допустят. Теперь, анализируя прожитые годы, чувствую, что, видимо, все так и должно было у меня сложиться. Все-таки для любого человека важно заниматься любимым делом. У многих есть хобби, в которых они находят отдушину. А у меня любимых дел несколько: музыка, военное телевидение, авиация – и все это, можно сказать, работа. Еще есть дом, где ждут и куда хочется возвращаться. Наверное, это и есть счастье.

Фото из архива Николая Анисимова

Самое читаемое