«У меня начали гнить обе руки». Как наркоманка со стажем и диагнозом «ВИЧ» нашла в себе силы жить

Как наркоманка со стажем и диагнозом «ВИЧ» нашла в себе силы жить — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

Передо мной — молодая красивая женщина с выразительными глазами и твердым взглядом. Если бы заранее не обговорили тему беседы, никогда бы не подумала, что она наркоманка со стажем.

Юля попробовала наркотик в 13 лет. Спустя годы, разбирая свою жизнь с психологами, поняла, что стало переломным моментом, круто изменившим ее судьбу:

— Все началось после того, как в 10-летнем возрасте меня попытались изнасиловать прямо в подъезде, — вспоминает собеседница.  Я возвращалась с тренировки. Их было трое, 24–25 лет. До насилия не дошло, но я очень сильно испугалась. Обидчиков быстро нашли, только в суде статью о попытке изнасилования переквалифицировали на статью о хулиганстве. Вот тогда во мне затаилась обида. Вернувшийся из тюрьмы сосед рассказал, что один из тех парней отбывал вместе с ним срок и за содеянное был жестко наказан сокамерниками. Тогда в моих глазах заключенные превратились в героев.

Своя среди чужих

С той поры между девочкой и соседом с его друзьями (бывшими зэками и наркоманами) завязалась странная дружба, о которой никто не подозревал. Она часто задавала вопрос: зачем им наркотики? Один ответ запомнила на всю жизнь: «Когда употребляю их, меня ничто не беспокоит».

Спустя два года, когда Юле исполнилось 13 лет, ее изнасиловал пьяный наркоман, которого она видела несколько раз мельком. Ее тайна раскрылась — она все рассказала маме, упросив ту не писать заявление в милицию… Но было настолько невыносимо больно, что, вспомнив сказанное пару лет назад друзьями-наркоманами, решилась проверить, так ли это на самом деле. И наркотик сделал свое дело — убрал всю боль, осталось только безразличие… Насилие не прошло без последствий — результат на ВИЧ оказался положительным, как и диагноз «гепатит». На жизнь ей отводили не более 10 лет. И это при условии, что не будет колоться.

— Врачи сказали: детей рожать нельзя, половой жизнью жить нельзя. Ничего нельзя, — вспоминает собеседница.  А раз так, зачем тогда жить? И я продолжила употреблять, все равно конец один.

Вверх по лестнице, ведущей вниз

Следующий год прошел в беспрерывном употреблении наркотиков. Деньги сначала украдкой брала дома, позже начала обворовывать квартиры, иногда вместе с друзьями, иногда в одиночку. Но при этом продолжала хорошо учиться. Родители не знали, что делать. Мама уговаривала, наказывала, в ответ Юля стала убегать из дома. Тогда близкие пошли на крайнюю меру — просто закрыли в квартире. На четыре месяца. И все время кто-то из родных был рядом.

— Не знаю, что сработало, но я остановилась и спланировала свою жизнь на оставшиеся девять лет. Решила, что нужно получить высшее образование, как хотели родители, родить ребенка для мамы — вместо себя. Еще мечтала увидеть море… И у меня все получилось. Встретила бывшего наркомана, но без ВИЧ, который знал о моем диагнозе. В 17 лет родила дочку, через год — еще одну. С мужчиной оформили брак, скорее ради мамы — она считала, что детей надо рожать в семье.

Девочки родились здоровыми, молодая женщина поступила в вуз. Работала, параллельно подрабатывала. Накопила денег, съездила на море. И все это время оставалась «чистой». Казалось, жизнь наладилась…

— Но на самом деле не было удовлетворения, — вспоминает Юля.  И я находилась в депрессивном состоянии. Во-первых, постоянно преследовала мысль: когда же умру? Зачем планировать дальнейшую жизнь, если это бессмысленно? И когда врачи вдруг сказали, что появилась антиретровирусная терапия и я могу жить до старости, эта новость меня… разозлила. Поскольку уже была нацелена на саморазрушение, начала выпивать. Впрочем, алкоголь не приносил тех ощущений, что когда-то давали наркотики. Жила в постоянной тревоге… Я не знала, где искать помощи, да и вообще не понимала, что она мне нужна. Раз колоться бросила, значит, и проблемы должны уйти? По всем социальным меркам у меня было достаточно причин, чтобы чувствовать себя счастливой. Но счастья-то и не было.

К этому времени Юля успела развестись и снова выйти замуж, кстати, тоже за наркомана. Пока тот отбывал срок, наркотики вернулись в ее жизнь. Бросила работу. Спустила все сбережения, у родителей выманивала деньги, все, что было в доме, вынесла, снова воровала…

Когда пришло осознание погружения на самое дно, попала в больницу в Новинках. Надеялась, что поможет… Но возвращалась в прежнюю среду — и все начиналось заново.

Время не ждет

Семь лет назад после первого пребывания в реабилитационном центре «Исток» приняла решение уехать из родного города. Два с половиной года в ее жизни места наркотикам не было. Пока в школе не обратили внимание: сама Юля живет в Минске, а дети — у ее родителей. Служба опеки поставила женщине ультиматум: либо она забирает детей в столицу, либо сама возвращается домой. И она вернулась, нашла хорошую работу, купила машину.

— И все же жить в трезвости было невыносимо, — как будто оправдывается Юля.  Злило отсутствие средств для покупки квартиры в Минске, злило решение службы опеки, на родителей перекинулись обиды… Я уже понимала, что такое болезнь зависимости, что есть непереносимые чувства. Привычные наркотики перестали действовать, пришлось перейти на тяжелые. Тут и случилось то, что должно было случиться: у меня начали гнить обе руки, грозила ампутация… Мне было всего 29. Боли испытывала адские. Врачи открытым текстом говорили о смерти. Да я и сама не хотела жить…

Вот тогда, наверное, пришли страх и осознание, насколько ужасна эта болезнь. Кругозор и все желания сузились, осталась одна мечта — ходить самой в туалет, а не в памперсы. И я молилась Богу: либо забирай меня, либо дай возможность двигаться, оставь мне руки… Я не знаю, как он выглядит, мой Бог. Просто он есть. Потому что за все, что я с собой делала, если по всей справедливости, не должна я сидеть здесь и рассказывать о своей жизни в адекватном состоянии, с руками и ногами.

Жизнь с другой стороны

В настоящее время Юля снова проходит лечение в реабилитационном центре «Исток». Последние 1 год 8 месяцев и 10 дней она «чиста». Снимает квартиру в Минске, наладила отношения со старшей дочерью, сейчас пытается помириться с младшей. Появилась новая цель в жизни — стать психологом. В какой-то момент из-за прошлой судимости (была домашняя «химия») возникли проблемы с трудоустройством, и она снова почувствовала тяжесть на душе, приближающуюся опасность. Не дожидаясь, пока появится конкретная тяга, обратилась за помощью.

— Я понимаю, что зависимость не уйдет никогда, она может ослабевать, может обостряться, — признается молодая женщина.  Наркоману очень важно понять, что есть проблема и ее последствия. А еще всегда можно обратиться за помощью. Насильно лечить бессмысленно. Мне в детстве не хватило понимания и знания, что есть люди, готовые выслушать и помочь. Наверное, я должна была опуститься на самое дно, чтобы понять: не надо стесняться и бояться. Нужно идти и просить помощи у специалистов. Иначе будет «помощь» в тюрьме, это в лучшем случае, в худшем — в морге.

Смотрите также: 

Подписаться

Подписывайтесь на канал MINSKNEWS в YouTube
Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ