Умер великий сатирик Михаил Жванецкий. Чем он запомнился

Фото: Артем Краснов / Коммерсантъ

Умер великий сатирик Михаил Жванецкий. Тихо ушел на 87 году жизни. Это случилось 6 ноября в Москве.

Омрачились лица очень многих людей среднего и старшего возраста во всех бывших советских республиках и в тех странах, где теперь живут бывшие советские люди. А молодежь… Она и не подозревает, что говорит словами Жванецкого, что мыслит его образами, потому что все это вошло в наше общее сознание.

Нормально, Григорий? Отлично, Константин!

Тщательнее надо, тщательнее…

Пешеход всегда прав. Пока жив.

Забудьте все, чему вас учили в школе, как дурной сон…

В греческом зале, в греческом зале!

Вкус спецфичский.

Парадокс этого парадоксального писателя: много лет, в 1960-е, 1970-е, задолго до славы, советский народ хорошо знал Жванецкого. И — абсолютно не знал его. Потому что авторов скетчей, тогда их называли миниатюрами, редко объявляли, с ними не делали интервью и не показывали их лиц. Не было принято.

Михаил Жванецкий вошел в мир сатиры инкогнито через гениального артиста Аркадия Райкина, которого мы видели на концертах и телеэкранах, слышали по радио. Жванецкий писал — Райкин читал, точнее, представлял в лицах. Зрители не задумывались, чьи тексты. От Райкина все это уходило в народ и становилось фольклором.  Пересказывалось в курилках и предбанниках.

Ой, что деится! Балерина! Видали? Она вертит, аж в глазах рябит. Привяжи ей к ноге динамо, пусть она ток дает в недоразвитые районы. Ты кто? Иллюзионист? Фокусник? У тебя из пустого ведра курица вылезает? Иди, обеспечь народ курями. Ведра у всех есть — курей не хватает…

Михаил Жванецкий высмеивал агрессивное невежество. Тупость бюрократов. Глупость «мудрецов». Абсурд советского образа жизни. Делал это красиво, не зло. Нас высмеивал, однако же никогда нас от себя не отделял. В те времена юмор и сатира пробирались на сценические подмостки и телевизионные экраны тайными тропами, виртуозно обходя минные поля цензуры, и в этом Аркадий Райкин был не только великолепный артист, но и организатор своего успеха. Без него, возможно, Жванецкий так и остался бы инженером-механиком порта в Одессе, автором сценок для самодеятельного театра миниатюр.

В жизни Жванецкого большую роль сыграла цифра «8». Сын врачей, после окончания Одесского института инженеров морского флота Жванецкий 8 лет проработал в порту рядом с механиками, слесарями, крановщиками, электросварщиками… Куда до него студентам нынешних КВН и резидентам Камеди Клаб! Они настоящей жизни не знают. Жванецкий покорял аудиторию слушателей, даже близко не подходя к табуированной лексике, которую слышал каждый день. Только острота мысли. Этим он покорил и Аркадия Райкина, с которым писателя свел случай. Жванецкий покинул Одессу и 8 лет работал в Ленинграде в театре миниатюр Аркадия Райкина. Тот по разным причинам не все из написанного Жванецким брал в свой репертуар. На этих «скетчах-отказниках» вырос до всесоюзного масштаба эстрадный дуэт Виктора Ильченко и Романа Карцева. Они исполнили сотни миниатюр Жванецкого. Ну вот же — «Собрание на ликеро-водочном заводе». У вас плохое настроение? Найдите в интернете эту интермедию!.. А разве сегодня не актуален столь мучительный выбор между «маленькими, но по три рубля и большими, но по пять»?! Классика, одним словом.

Мудрость не всегда приходит с возрастом. Бывает, что возраст приходит один.

Чистая совесть — признак плохой памяти.

Хотелось бы все-таки послушать начальника транспортного цеха…

Одно неловкое движение — и ты уже отец.

Трое мужчин любовались фонтаном. Потом застегнулись и ушли.

Что охраняешь — то имеешь.

Много лет Михаил Жванецкий, уже находясь «в свободном плавании», не только писал, но и сам исполнял написанное со сцены и с экрана. Он стал режиссером и актером личного театра сатиры. Улыбчивый, невысокий, состоящий из одних округлостей, с хитрющими глазами, с низким поклоном публике, со старым потертым портфелем (отец Жванецкого, врач, носил в нем истории болезней пациентов, а сын сделал талисманом — сейчас в Ялте на Аллее юмора стоит памятник этому портфелю), Жванецкий выкатывался на сцену этаким колобком и очаровывал своим голосом, слегка одесскими интонациями (хотя давно жил в Москве), своими текстами — приземленными и одновременно какими-то фантастическими, небывалыми. Казалось, он видит почву на три метра под собой. Всё замечает. Над всем смеется. И делает это так умно, изящно, изощренно, что зритель тут же начинает гордиться собственным чувством юмора, изящным и изощренным. Жванецкий нас раскрепощал. При этом — никакой антисоветчины. Никакого политиканства. Никакой наглой щекотки в интимных местах. Ну разве иногда прорывалась обида — Жванецкого одно время запрещали…

Двадцать последних лет Жванецкий работал на российском телевидении в передачах «Простые вещи», «Дежурный по стране», продолжал вести концертную деятельность. Конечно, приезжал в Минск со своими монологами, короткими рассказами, некоторые из которых похожи на стихи прозой. Такого ажиотажа, как в советские годы, вокруг него уже не было. Изменилась злоба дня, ушло время инженеров, пришло время непьющих менеджеров. Но публика все равно его обожала. Она по-прежнему шла на Жванецкого не столько за смехом, сколько за узнаванием чего-то очень важного о самой себе — того, чего не скажет никто другой. Только Михаил Жванецкий.

Если вам долго не звонят родственники или друзья, значит, у них все хорошо.

Добро всегда побеждает зло. Кто победил, тот и добрый.

Вам помочь или не мешать?

Настоящее одиночество — когда вы всю ночь говорите сами с собой и вас не понимают.

Государство должно полюбить нас. Тогда государство для нас становится родиной.

Все великие давно уже умерли. Да и мне нездоровится…

Читайте нас в Google News

ТОП-3 О МИНСКЕ